Песнь Ветра. Между Западом и Югом (СИ)

— Нет никаких Посланников! — яростно прошипел Илим. — Мы разбили их!
— Даже если они и явятся, мы победим, как побеждаем уже полторы тысячи лет, — небрежно отмахнулся Леон. — И тебе не стоит недооценивать нашу армию! Мы разберёмся с Ахедами до того, как они успеют что-либо предпринять. Конечно, имей мы при себе то оружие, было бы проще. Но… — он обернулся к Омогою, магу огня, и тот незамедлительно ответил:
— Но орудие уничтожено, а его создатель сошёл с ума, — при этом его треугольная борода презрительно дёрнулась.
— Так что уже завтра я могу начать созывать войска, — Леон, такой спокойный и рассудительный раньше, вдруг показался Сирелу умалишённым.
Третий наследник попытался его остановить:
— Пошлите туда разведчиков! Выясните, для начала, почему мы так поздно узнали об этих людях, и что стало с нашими агентами на юге! Это может быть ловушкой!
— Ты просто трус, Сирел, — Бельфегор сверкнул бледными глазами, но не повысил голоса.
Третьего словно хлестнули плетью, он повернулся к отцу, на мгновение, потеряв дар речи. Советники испуганно замерли. Младший наследник вскинул голову, холодная, как ледяные брызги северных морей, ярость, заполнила его разум. Он выпрямил спину и сказал:
— Завтра же я выезжаю на Запад. Я обыщу место последней битвы с Посланниками и найду обломки оружия. А заодно, если Воевода выделит мне людей, прикрою наши западные границы, пока вы будете бессмысленно уничтожать армию на юге.
— Сирел! — Артес был зол и потрясён. — Ты должен отправиться с нами на юг! Ты должен помочь мне отомстить за Свирь! За мою дочь!
— Артес, я скорблю вместе с тобой. Однако, мы в ответе не только за свои семьи, но и за всех жителей империи. Кто защитит их от запада, пока мы воюем с югом?
— В чём-то он прав, — презрительно заметил Бельфегор. — Леон, пусть он забирает гарнизон западных сторожевых башен. Остальные готовятся к походу на юг.
— Да, мой Император, — Леон поклонился.
Советники снова зашумели, и когда Император поднялся и вышел, стали расходиться.
Артес догнал Сирела у дверей.
— Ты не можешь бросить меня в такой момент! Я твой старший брат! Мою дочь убили! Ты должен помочь мне отомстить!
— Нет, Артес. Месть должна быть продуманной. А то, что затеваете вы — самоубийство.
— Значит, ты бежишь от битвы?! Не ожидал от тебя!
— Я не бегу от битвы! Я хочу найти оружие, как ты не поймёшь! С его помощью горные крепости дрогнут и Ахеды падут, без него же вся наша армия подобна жертвенным баранам!
— Значит, не едешь?!
— Нет, — твёрдо ответил Сирел отворачиваясь.
— Ты мне больше не брат! — яростно выдохнул Артес и удалился.
Неон, ныне ставший молчаливой тенью, подошёл к потрясённому младшему брату:
— Сирел, не надо так. Не ссорься с семьёй. Иди на юг, поддержи брата.
— Нет, Неон. Должен же хоть кто-то в нашей семье иметь голову на плечах.
— А что, если твои поиски ничего не дадут?
— Тогда я вернусь и буду молить о прощении, — пожал он плечами, но у самого сердце сжалось от горя.
— Надеюсь, Артес тебя простит. Он ведь никогда слов на ветер не бросал, — Неон похлопал брата по плечу, попытался одобрительно улыбнуться, но не смог.
Ивдель, выходя из зала, неодобрительно поглядела на младшего наследника, словно он разочаровал её. Сирел стиснул зубы, чтобы не зарычать от бессилия и направился вглубь тёмных коридоров.
Поначалу путь его лежал в крыло Воеводы, где жили все родственники императора по линии военных и он в том числе, но тревога не давала покоя, и Третий направился в сад. Гроза раскачивала старые деревья, дождь заливал землю. Прихватив фонарь с центральной аллеи, мужчина подошёл к заросшим воротам сада своей матери.
Восстановленная статуя златоволосой дриады встретила его грустной улыбкой. В неровном свете фонаря, под проливным дождём, казалось, будто выражение её лица меняется, но Сирел, охваченный гневом и болью, не видел ничего, кроме оттенков печали и ярости. Он рассеянно прикоснулся к золочёным кудрям, а потом нырнул в тёмный проход за спиной статуи.
 
Оказавшись на стрельбище, наследник зажёг фонарь у входа. В каменной беседке, в углу, теперь стоял большой лук и колчан со стрелами, которые Сирел принёс сюда. Мужчина положил стрелу на тетиву, вскинул лук и выстрелил. Сквозь плотные потоки воды было сложно целиться. Несколько первых стрел легли рядом с центром, и только последняя угодила точно в яблочко.
За его спиной послышались шаги, Сирел резко обернулся и распахнул глаза от удивления. Пред ним стояла Юна, в карминовом облачении ордена Матерей. Лицо женщины было встревоженным.
— То, что ты задумал — безумие! — воскликнула сестра, но тут же взяла себя в руки. — Однако, я могу тебе помочь.
— И чем же? — не очень вежливо ответил наследник, раздосадованный её появлением.
— Нам лучше присесть, — заметила она.
Сирел проводил старшую сестру до скамьи под навесом в передней части сада, сам же сел напротив, на крупный каменный обломок. Когда ветер налетал с запада, вода попадала под навес, точно ему на спину, но он этого не замечал, поглощённый своими переживаниями. Фонарь наследник воткнул около статуи, и лица сидящих освещались с одной лишь стороны.
— Ты знаешь, что орден Матерей не пользуется у знати популярностью, — начала Юна, — Матери не служат своему роду, не почитают стихии. У нас много Подруг среди знатных и незнатных особ по всему миру. Но, Подруги — это только видимая часть, того, что мы имеем…
— К чему ты ведёшь? О вашем тайном ордене Воинствующих Матерей давным-давно прознали все три службы разведки, — перебил её Сирел. Третьего трясло. Ему не хотелось разговаривать.
— Сирел, мы знали… — Юна нервно сглотнула, — Мы знали о том, что может произойти на празднике. Но мы не думали, что они тронут младенцев. Нам удалось спасти Артеса с Неоном, но Свирь…
— Фигуры в капюшонах? Это были вы? — поразился Сирел.
От движения ветра огонь затрепетал, разбрасывая загадочные силуэты по траве.
— Да, — кивнула Юна. — Я говорила им, что в толпе, где всё без головных уборов, их капюшоны будут слишком заметны! — проворчала она недовольно, в сторону. — Но я вот к чему: на празднике Артес убил зачинщика, даже не попробовав его разговорить. Остальные бросились в толпу и весьма удачно с ней слились. Нам удалось поймать только двоих.
— Где они? Что с ними?
— Сирел… В том-то и проблема, что они… Безумны! Они отравились с помощью яда, что прятали в капсулах за щеками. Самое же жуткое: они умирали с улыбкой, абсолютно уверенные в том, что совершили благой поступок! Это страшные люди, Сирел!
— И чего же ты от меня хочешь? — мужчина поднялся, — Чтоб я поехал на юг?
— Нет. Ни в коем случае! — Юна тоже встала. — Наоборот. Скачи на запад, брат. Подними гарнизоны, сделай вылазку в пустыню. Узнай, отчего дымят вулканы. Поищи и оружие, если будет время. Я знаю, что наш отец не дал тебе людей — гарнизоны западных башен наполовину опустели, после Дня Смерти. Но если тебе понадобится помощь — оставь на рынке, в любом населённом пункте, наш знак и жди. Последние новости со всех частей империи и убежище — это минимум из того, что тебе могут предложить. Ты волен послать девушек и на разведку, если понадобится, или отправить с ними донесение. Поверь, они лучше и быстрее императорских курьеров. Но, я прошу, никому о них не говори. Мы редко рассказываем о себе.
— Почему же ты посвятила меня?
— Потому что месть никогда не даёт того облегчения, которого у неё ищут. Месть, да ещё и необдуманная, путь от гармонии, путь в хаос. И ты один ей не поддался. А почему — я не хочу знать… Пока мы воюем со страшным врагом на юге, запад дремать не будет. Я знаю, что ты, как и я, опасаешься войны на два фронта. Марха может оказаться неготовой к удару в спину. Так что удачи тебе. Я молю Прамать, чтобы мы оказались не правы. И если мы ошибёмся — я буду просить прощения вместе с тобой.
 
Юна крепко обняла младшего брата и вышла из сада. Сирел ещё некоторое время обдумывал её слова, а потом встал, погасил огни и ушёл. Путь его лежал в казармы городской стражи, где сегодня выходил на дежурство его друг Бова.