Песнь Ветра. Между Западом и Югом (СИ)

— Не совсем. Мне действительно жаль, что мы были так жестоки с ним, Артес, — Тагал повернулась к сыну. — Просто я, видимо, не умею извиняться.
— В следующий раз поговори с ним лично.
— Мама, зачем ты давишь на него? Ты правда думаешь, что таким образом сможешь заставить кого-то себя уважать? — вмешалась Юна.
— Тебя, моя дорогая дочь, я не спрашивала. — ответила ей Тагал, холодно.
— Да почему вы с ним возитесь? — выпалил Олой, презрительно сплюнув. — Сын белой розы, да он же просто бастард!
Звонкий звук пощёчины разлетелся по саду. Ирика гневно сверкала синими очами:
— Не смей так говорить о своём будущем Воеводе!
— И, ко всему прочему, — вкрадчиво заметил Неон, ласково приобняв родного младшего брата за плечи и отводя от девушки, — он отличный воин. Если он услышит такие слова, боюсь, в честном поединке ты не выживешь.
— Но это же правда! — упрямо сопротивлялся юноша. — Он бутон!
— Правда не всегда уместна! — хором, заученно, проговорили Артес, Неон, Ямал, Ирика и Двина.
Тагал, собиравшаяся было открыть рот, только всплеснула руками. Лия и Ингри обменялись понимающими взглядами.
Артес и Неон расслабленно сидели у камина в кабинете будущего Казначея. Старший наследник улыбался и рассеянно глядел в потолок. Второй же задумчиво разглядывал блики огня на гранях своего хрустального бокала с вином.
— Как думаешь, когда начнётся война? — спросил Неон, скорее самого себя, чем брата.
— Какая война! — отмахнулся Артес. — О чём ты!
— Тейн предупреждал нас об ахедах и абаасах — погиб, зачищая логово первых. Сирел предупреждает нас и об ахедах, и об абаасах… Что будет с ним?
— Сирел просто помешан на заговорах, — покачал кудрявой головой Первый. — Ну ладно, в угрозу ахедов ещё можно поверить. Но абаасы! Чушь.
— Но ты же их сам видел.
— Видел. Но это не значит, что Посланники тоже вернулись.
— Значит, брату ты не веришь?
— Ну… — Артес выпрямил спину, вглядываясь в лицо среднего брата уже без улыбки, — я верю Сирелу! Я хочу, чтобы он стал моим Воеводой. Но он всё делает, для того чтобы в семье его не воспринимали всерьёз.
— Да, Сирел любит бунтовать по поводу и без, — Неон сощурился, с усмешкой.
— И это плохо. Вот что ему стоит жениться? Ты женился, я женился. И теперь я самый счастливый человек на свете. Я отец. И это оказалось не так уж и страшно.
Неон покачал головой, глядя на брата с иронией.
— А если война всё-таки будет?
— Почему ты так думаешь? — Артес нахмурился.
— Потому что Королева Орхона едет в Индигир. По размытым весной дорогам, вместе с дочерями. Сама Королева Орхона! — Неон многозначительно выделил эту фразу. — Если правитель сильнейшего на юге королевства, впервые за столько лет, лично едет к нам в гости, значит, дело пахнет гарью.
  
Глава 4. Первая Гроза
 
Jennifer van der Harten — Greensleeves
На какое-то время, занятый подготовкой новобранцев, Сирел забыл о тучах на Западе. Весна упрочивала своё положение: цветы в садах распускались; Нижний город покрылся белой дымкой цветущих яблонь, скрывающей грязь и убогость бедняцких жилищ. Дожди стали тёплыми, облака величественными кудрявыми великанами плыли по небу, чья яркая синева затмевала самые дорогие сапфиры в коронах Правителей. В Имперских садах распустились красные листья на чёрных деревьях, проклюнулись слабые ростки на клумбах, а стаи бабочек, поднимаясь с земли, загораживали солнце.
 
Часто, по вечерам, Сирел приходил в заброшенный сад своей матери и вглядывался в лицо каменной статуи, словно надеясь получить ответ на свой вопрос. Но холодное изваяние молчало, устремив пустые глаза на колючие заросли диких роз. Запустение этого места наводило на мужчину тоску, и он решил привести сад в порядок. Теперь днём здесь трудились садовники, выпалывая сорняки, подстригая розы и убирая мёртвые побеги. Каменную статую очистили, убрав потёки грязи на щеках. Волосы статуи когда-то были позолочены, как у мифических дриад, а под грязью скрывалось лицо прекрасной женщины.
Сирела всегда удивлял выбор его матери, ведь золотоволосых дриад обычно изображали лишь в храмах всех стихий на витражах, да и то, на свой страх и риск, ибо очень уж они походили на Посланников. Первым порывом наследника было — избавиться от подобного произведения искусства, но, подумав, он решил оставить всё как есть.
На выходном в середине декады, когда Сирел собственноручно сдирал со стены за статуей мёртвые побеги плюща, дверь в сад отворилась, и, решительной походной, в тихий уголок снова вторгся Артес.
Наследник императорского престола выглядел великолепно: в курчавых тёмных волосах поблёскивал тонкий золотой обруч с сапфиром, в тон его синим глазам. Плащ был того цвета вечернего неба, когда солнце уже скрылось, но свет ещё теплится в мире. Две мощные бляхи с символом ветра удерживали его на плечах. Золотой кафтан из тонкой резной кожи, весь в хитросплетениях тиснённых узоров, доходил до середины бедра. Чёрные штаны и высокие сапоги с золотыми шпорами завершали образ.
— Куда это ты так нарядился? — удивился Сирел, оглядывая брата.
Сам он, в перепачканных землёй штанах и грязной синей рубахе, с распахнутым до неприличия воротом, почувствовал себя неуютно рядом с Первым наследником.
— Королева Орхона, наконец, прибыла. Жалуется, что наши юго-восточные дороги размыло паводками. Я встречал её у ворот. К вечеру, до праздничного приёма, она хочет переговорить с Правителями, ближайшими советниками и наследниками.
— Вероятно, она привезла плохие новости, — предположил Сирел нахмурившись.
Засохшие побеги плюща не хотели поддаваться, поэтому он достал нож, и работа пошла быстрее. Артес, присев на скамейку под дриадой, наблюдал за работой брата.
— Наверное, у них опять нет денег, чтобы отдать нам долги.
— И ради этого, королева всего Орхона, месяц тряслась по нашим размытым дорогам?
— У неё три незамужние дочери, боюсь, что одну из них мне придётся взять в жёны, — Артес обречённо выдохнул.
— Третью жену вперёд второй возьмёшь? — усмехнулся брат, почти срезав весь плющ.
— Ну, за второй женой дело не постоит. Дай только дяде Ирию волю, он со всей империи подберёт мне по кандидатке из каждой провинции Казны.
— Зато, если повезёт, твоя третья жена будет одной из знаменитых воительниц Орхона. И твой Третий наследник обретёт потрясающего учителя.
Артес усмехнулся, но ничего не ответил, наблюдая за стараниями младшего брата. В синих его глазах стоял вопрос, который он хотел задать, но всё не находил слов. Сирел хорошо знал брата, и это его нерешительное молчание. Покончив с плющом, он повернулся к нему:
— Ну, давай, спроси уже.
— Ты злишься на мою мать?
Третий помолчал, слегка прикусив нижнюю губу.
— Честно?
Артес кивнул.
— Злюсь. Знаешь, — Сирел сел рядом с братом, — мне кажется проще засунуть абаасов обратно в ту дыру, из которой они лезут, чем понять, что в головах у наших родственников. Видит ветер, я бы уехал, если бы была возможность.
 
— Но куда? Ты и так долго отсутствовал. Наш отец уже стар, скоро придёт время сменить правителей.
Сирел поднялся, прошёлся вдоль стены задумчиво, остановился возле брата.
— Боюсь, будет война. А на войне правителей не меняют. Так что, у меня ещё есть немного времени, — Сирел попытался пошутить.