Никто, кроме тебя

Сердце медленно колотит в груди, когда он делает шаг в сторону моей постели. Закрываю глаза и прислушиваюсь к размеренному дыханию и осторожным шагам. Крепче сжимаю пододеяльник в руках, когда чувствую, как он садится на корточки рядом.
Его взгляд прожигает каждый миллиметр моего лица, отчего, кажется, я превращаюсь в агонию. Благо, было темно. И очень надеюсь, Даниэль не видит, насколько покраснели мои щеки.
Мужские пальцы неожиданно касаются моей щеки. Словно пух. Так неприкосновенно, но так чувственно, что через силу пытаюсь сдержать самообладание. Но Даниэль быстро приходит в себя и отводит руки. Последующие слова, слетающие из его губ, заставляют чуть ли не всполохнутся.
– Mi dispiace, uccellino, 6**– шепчет тихо и с нотками сожаления.
После чего встаёт и уходит, оставляя вертеться на языке один лишь вопрос: за что мне тебя простить, Даниэль?
 
Глава 4
 
"Когда яблока оказалось недостаточно, дьявол придумал любовь."
(с) Аспид
– Кристина Старк
__________
Утро следующего дня начинается не с кофе.
Дома стоит рутина. На кухне трудятся повара. Клининговая компания делает уборку, а я убегаю с Вивьен в магазин, для выбора платья на вечер, как бы этого не хочется делать.
– А что, если я выйду в обыденной одежде? – спрашиваю, шагая к машине, где уже стоит Даниэль, открывая нам дверь.
Сажусь первой, пытаясь не смотреть в его сторону.
– Они передумают брать меня в невесты?
Вивьен присаживается рядом. Даниэль закрывает дверь и располагается на водительском место. По нахмуренным бровям, можно было сказать, что разговор ему совсем не нравится.
Вчерашняя ночь и вся ситуация, все ещё с моих мыслях. Они не выходят из головы. Так же, как и союз, планирующийся с Рицци.
– Ну это вряд ли, – грустно усмехается Вивьен, прижимая к коленам сумку, тем самым прикрывая бедра.
Но даже это не скрывает от меня её синяков. Если вы думаете, что ей не достаётся, то, глубоко ошибаетесь. Вивьен делит с ним постель. Думаю, это то же самое, что делить одну клетку с голодным зверем, желающим растерзать тебя на куски.
Машина резко дёргается. С испугом придерживаюсь за сиденье.
– Спокойней, – выдыхает Вивьен, смотря на Дэна, – Я не хочу умирать сегодня.
Встречаюсь с его взглядом через стекло заднего вида, и вижу, как в нем играют огоньки злости. Руки Даниэля крепко сжимаю руль. Но он снова, как ни в чем не бывало, натягивает маску спокойствия и убавляет скорость.
– Не рассчитал, – выдает, отводя взгляд.
Понимая, что все время смотрела на него, быстро отворачиваюсь к Вив.
– Им не важно, как ты одеваешься, если не переходишь границ. Романо нужна невеста, что будет им ровней, – начинает Вивьен, – Будет молчалива, покорна и…, – девушка откашливается, смотря в сторону нашего водителя. Наверняка она думает, говорить ли об этом в присутствие Дэна. Но в конце концов решается, – Невинна.
Тут же закатываю глаза.
– Не удивительно, – твержу, размахивая руками, – Интересно, такие же требования есть к мужчине?
От абсурда моего вопроса, Вивьен заливается смехом
Конечно нет. Кто бы мог сомневаться.
Даниэль тоже сдерживает улыбку, когда я надуваю губы.
Все бы ничего. Возможно, это смешно. Но не для меня. Разве я не заслуживаю брака по любви? Не хочется, чтобы мой первый раз был с мужчиной, которого на дух не переношу с пятнадцати лет. Та ночь, в день помолвки сестры, все ещё стоит перед глазами. Он домогался меня!
– Традиции, есть традиции, – отвечает на мое возмущение девушка.
Про наши традиции молчу. Если говорить о браке: первую брачную ночь, молодожёны проводят в фамильном особняке семьи. А на следующее утро, женщины семьи заходят удостовериться в невинности невесты. Просто ужасно!
Свадьбы в нашем обществе проходят роскошно. Но если касаться устав брака, то, выйдет отдельная тема. В мафии женщинам нельзя работать и принимать важные решения. Мы никогда не вмешиваемся в эти дела. Смотреть на чужую жену в клане, неуважительно, как и откровенно проявлять интерес. Иногда это доходило до пролития крови. Браки по договору – самые частые явления в синдикате. Почти каждый второй брак строится на чести, долгу, и, чтобы закапать топор войны.
  
Устав мафии – жесток. Придерживаться омерты должен каждый, вплоть до ребёнка. Вендетта – дело чести. И многие годы это приводит к кровавой вражде между кланами. Именно такая граница в данный момент связывает семью Конселло с нашей. Это дело принципа. Кровь за кровь – вот что важно.
Попасть в мафию может лишь посвящённый. А посвящённый – тот, кто смог доказать свою верность семье. И это доказательство могло быть с самого невинного поступка до самого жестокого убийства. Мальчики синдиката тоже проходят посвящение. Самый малый возраст шел с десяти лет. Но обычно принимают мальчиков с четырнадцати.
Страшно, что они идут на это. Они убивают. Становятся неприкосновенны, непробиваемы, жестоки и хладнокровны. Всё это огромными стенами выстраивается вокруг них. Эти стены невозможно пробить. Все свое существо эти мальчишки закапывают навсегда, отдавая жизнь своему делу. Своему клану.
Мы приезжаем в один из самых любимых бутиков одежды Вивьен и начинаем искать наряд. Место правда красивое. Бутик в нежных белых и фиолетовых оттенках. Здесь все из женской одежды. Начиная с вечерних платьев на любой вкус, заканчивая пеньюарами, сумками, туфлями и бижутериями. Глаза разбегаются от разнообразия вокруг.
Вивьен, с каждым днем, нравится мне все больше и больше. Она понимает меня как никто прежде. И это…трогает до глубины души. Даже сейчас, когда я отказываюсь примерять платье на тонких бретельках, полностью раскрывающее декольте и плечи, она понимающе кивает, говоря как-нибудь в следующий раз.
Платье мне и вправду нравится, но, когда на глаза попадается изумрудное, в стиле миди, вовсе забываю о других. Оно оказывается суженой формы, с длинными рукавами до самых кистей рук, а оттуда рассыпавшимися волнистыми движениями. Декольте сдержан, а на талии ткань собрана с двух сторон, что ещё больше подчёркивает силуэт.
Появляется желание его примерить. Консультант приносит мой размер, когда я внимательно изучаю Даниэля, стоящего около двери. Он не смотрит в мою сторону, с холодным взглядом разглядывая местность бутика. Вчерашняя ночь дернула в нем что-то.
За что он попросил прощения?
Вопросы не дают покоя.
Быстро отдернув себя, исчезаю за ширмой.
Платье пришлось по размеру. Подчеркивает каждый дюйм тела. Но при этом, в нем чувствую себя комфортно. Под платья тут же подобрали туфли. Мы останавливаемся на матово-черных с заостренным концом.
Не знаю, зачем так стараюсь. Моя воля, бежала бы прямо сейчас. Но, смотря в свое отражение в зеркале, не понимаю, чего хочу.
Куда бежать? Где искать спасательный круг? Просто в тупике.
Когда выхожу из тени ширмы, непроизвольно ловлю взгляд Даниэля.
Он изумлен. Я вижу. Его жилка на шее дергается.
Вивьен привстает с мягкого диванчика, на котором пила кофе, и улыбается, смотря с восторгом.
Я редко надеваю настолько женственные вещи. Поэтому их удивление можно понять. Взгляд Даниэля прожигает в теле необузданные сигналы, и с каждым днем, я чувствую, это становится наваждением.
Вив кружит меня вокруг себя, заставляя отвести глаза, и восторженно заявляет:
– Ты потрясно выглядишь! Они потеряют дар речи.
Не слышу её. Взор опять, словно магнит, устремляется в сторону одного лишь мужчины в этом заведении. Мужчины, который завоевал внимание всего женского пола в магазине. Но, который сейчас смотрит только на меня.
Заметившая всё Вивьен, аккуратно наклонившись, шепчет на ухо:
– Думаю, это плохая идея.
И я знаю. Прекрасно понимаю, о чем она говорит не в первый раз.