Озарение

— Зачем мне врать? — пожал плечами Юлий. — Я бы тут согласился некоторое время пожить.
Возможно, это не самая плохая идея, пронеслось в голове Даны. Она села ему на колени и запустила ладонь в его густую шевелюру. Она отлично помнила, какие шелковистые у него волосы. Они ничуть не изменились.
Юлий улыбнулся и сжал рукой ее грудь. Внезапно на Дану, словно ураган, налетело сильнейшее вожделение. Она впилась губами в рот Юлия.
Все начиналось столь же прекрасно, как и тогда, все обещало упоительный секс, которые закончится тем же, — она снова окажется среди тех фантастических образов и картин, поразивших ее тогда до глубины души. И она сделает все возможное, чтобы это сейчас случилось.
Дана стала расстегивать рубашку Юлия, раздвинула ее полы и прильнула губами к его груди. Языком провела по соскам и стала спускаться ниже. Она уже плохо соображала, весь мир отодвинулся куда-то в сторону, а его место целиком заняло мужское тело.
Дана встала с его колен, заставила встать со стула и Юлия и начала раздевать. Если во время первого их соития ведущую роль в этой партии играл он, то теперь инициатива полностью принадлежала ей. И она не желала ее упускать — вдруг он сделает что-то не то.
Голым он оказался великолепным, она наслаждалась обнаженным видом его торса, и от этого ее тело вибрировало от нарастающего желания все сильней. Дана не стала дожидаться, когда он ее разденет, а с невероятной быстротой сбросила одежду сама.
Они повалились на постель. Дана ласкала партнера со жгучим нетерпением ожидая, когда ее захлестнет столь долгожданный оргазм.
Юлий внезапно оказался на ней и одним мощным толчком вошел в ее лоно. Горячий поток внутри него начал стремительно расширяться, орошая, захватывая собой все большую часть тела Даны. Какая-то неведомая сила стала приподнимать ее, Дану охватило невыразимое ощущение предшествия полета.
И он случился. Как и в первый раз, заряд оргазма буквально подбросил ее ввысь. По крайней мере, у нее возникло полное ощущение того, что она взлетела и устремилась ввысь. Но сейчас в отличие от того, что произошло тогда, приземление оказалось очень быстрым.
Дана открыла глаза и изумлением осмотрелась вокруг. Она лежала в кровати в своей квартире-мастерской, на ней лежал Юлий, который только что кончил. Все завершилось. Да, она ощутила сильный оргазм, но никаких видений не возникло. Ее сознание озарила очень короткая и яркая вспышка, но она тут же погасла. Затем наступила темнота, а затем все вернулась к обыденности. Ничего не произошло, точнее, не произошло того, на что она столь долго надеялась, что должно было непременно случиться.
  
71
 
— Что с тобой, почему плачешь? — услышала Дана удивленный голос Юлия.
Дана как будто очнулась и поняла, что действительно плачет, ощутив влагу на своих щеках.
— Тебе было плохо? — снова раздался вопрос Юлия.
Она посмотрела на него и смахнула слезы с глаз и щек.
— Мне было замечательно. А плачу от радости, что ты опять рядом.
— А… — неопределенно промычал Юлий. — Ну, тогда плачь. А я немного сосну. Что-то устал. Секс отбирает много сил.
Дана вдруг резко села на кровати.
— Извини, Юлий, но тебе придется уйти.
— Уйти, но сейчас ночь. Куда я пойду?
— Поедешь домой. Могу дать денег на такси.
— У меня есть, — буркнул Юлий. Секунду он подумал. — Хотя давай, с деньгами у меня сейчас туго.
Дана, голая, встала с кровати, подошла к кошельку и достала из него две купюры по тысячу рублей.
— Это тебе, — положила она деньги на стол. — Хватит, чтобы доехать?
— Хватит.
— Вот и прекрасно. Тогда собирайся.
Юлий тоже встал с постели и принялся одеваться. Дана следила за тем, как скрывается его обнаженное тело под одеждой.
— Я готов, — провозгласил он.
Дана кивнула головой. Она почувствовала себя не совсем удобно от того, что выпирает его посреди ночи. Но и оставлять Юлия до утра было выше ее сил. Она так долго и так страстно ждала эту встречу, так надеялась на нее, а в результате полный пшик. Почему на этот раз не получилось как тогда, почему возникший в ней оргазм не перешел в то восхитительное зрелище, которое потрясло не только ее, но и зрителей? задумалась она. Возможно от того, что она перегорела, тогда все произошло абсолютно спонтанно, неожиданно, а сейчас она пребывала в ожидании этого долгожданного чуда. А чудо всегда случается внезапно, когда его никто не ждет. А это означает только одно — для нее по крайней мере с Юлием оно больше не случится. Оно навсегда закрылось от нее непроницаемой завесой. А, следовательно, бесполезно дальнейшее его нахождение у нее дома.
 
Юлий подошел к столу, взял купюры и положил их в карман. Затем двинулся к выходу. Около двери он остановился.
— Слушай, а что это было? — спросил он.
— О чем ты?
— О том, что было совсем недавно в этой комнате.
— По-моему, ясно, был секс.
Юлий с сомнением покачал головой.
— Я много занимался сексом, это был не секс.
— Что же тогда?
— Во и мне любопытно знать: что?
Дану удивил тот факт, что Юлий почувствовал, что с ее стороны это был не совсем обычный секс. Она и не подозревала, что он может оказаться столь проницательным. Впрочем, какое это имеет сейчас значение.
— Тебе показалось, все было, как всегда.
— Нет, — убежденно произнес Юлий.
— Даже если это и так, тебе-то что? Тебе пора идти.
— Не хочешь говорить?
— Так нечего.
— Тот раз ты была совсем другая.
Дане надоел этот праздный разговор, не будет же она ему пересказывать всем то, что произошло с ней после первого их соития.
— Да, я была другая, — согласилась Дана. — Но люди все время меняются. Это я могу тебе сказать, как художница. Когда пишешь портрет человека, то каждый день у него другое лицо. И сам он другой. Поэтому бывает трудно уловить в нем нечто постоянное и неизменное. Лучшие портреты те, что написаны за один сеанс.
— Не знал.
— Ты же не художник, — снисходительно пожала плечами Дана. — Теперь я думаю, что все, что могла, я тебе объяснила. Можешь идти.
— И больше не увидимся?
— Зачем?
— Зачем мужчины и женщины встречаются.
— Это не наш случай.
— А мне хотелось, чтобы был бы наш.
Дана внимательно посмотрела на Юлия. А если это шанс? Если им воспользоваться? Но колебалась она буквально мгновения.
— Если после первого раза ты бы не исчез, то возможно. Сейчас же нет.
— Но почему?
— Потому что не хочу, потому что не вижу смысла, потому что это ни к чему не приведет. Ну и так далее…
— Ты очень все доходчиво объясняешь.
— В таком случае я тебя очень прошу…
— Ухожу.
Юлий прощально помахал рукой, отворил дверь и шагнул за порог. Дана подошла к ней и закрыла ее на замок. Не раздеваясь, упала на кровать. И вскоре уже спала.
  
72
 
Проснулась Дана с тяжелой головой. Несколько минут лежала неподвижно, пока ею снова не овладел весь ужас ее положения. Она встала, села на стул и стала тупо смотреть перед собой.
Этот день стал едва ли не самым кошмарным в ее жизни. Ощущение краха не покидало ни на минуты, к нему прибавлялся элементарный, животный страх за свою жизнь. Одна мысль о возможной реакции Гершовича на то, что она больше не предоставит ему ни одной картины, вызывала судороги в ногах. И при этом ей было грустно. К чему она пришла, что ее дальше ждет даже при самом благоприятном развитии события, если сумеет выскочить из той западни, в которую сама же себя и загнала.
В какой-то момент Дана принялась рассматривать все свою работы, которые находились в мастерской. И может, впервые вынуждена была признать печальный для себя факт, — художника из нее не вышло. Да, она хорошо умеет рисовать, у нее получается классные картины, но все это не более чем подражательство, повторение того, что уже многократно было до нее. Ее главный недостаток — дефицит самобытности, у нее просто нет собственного стиля. Все ее, так называемое, творчество сводится к тому, что она тщательно воспроизводит то, что видит. А все ее попытки как-то отойти от этой манеры, найти нечто свое, неповторимое, только ей присущее ни к чему не приводят. Лишь однажды благодаря Юлию ей на несколько мгновений приоткрылся вход в какой-то новый, неизведанный мир. Приоткрылся и тут же, словно раковина моллюски, закрылся. И все ее усилия снова отворить эту дверь оказались тщетными. И даже когда она вновь встретила Юлия, опять переспала с ним, ни к чему не привели.