Больше, чем ничего (СИ)

И мне совершенно не хотелось, чтобы она переживала за меня. У мамы и так этого в жизни хватило, а видя, что Дар-Мортер её пугал, что, учитывая его внешность, было совершенно не странно, я кое-как, но с трудом перешагнула через себя, после чего сказала:
— Этьен говорит, что мы встречаемся недолго, но на самом деле, уже около четырех месяцев, — сама не веря, в то, что делаю, я подошла к Дар-Мортеру, после чего обняла его и щекой прислонилась к груди. Постаралась создать вид влюбленной девушки. — Прости, что раньше не рассказала об этом. Просто хотела сделать тебе сюрприз и лично вас познакомить.
  
Посмотрев на Этьена, я увидела, что он приподнял бровь, из-за чего, без слов, лишь одним взглядом, сказала ему, что он сам виноват. И тут же ощутила, как Дар-Мортер приобнял меня за талию.
— Нет, ничего страшного, — мама растерянно улыбнулась, хоть и попыталась это сделать искренне. — Я очень рада такому сюрпризу.
Было видно, что она все ещё взволнована. И, более того, постоянно кидала на меня взгляды. Словно пыталась убедиться точно ли у меня все хорошо. Да и, наверное, для нее все это было странно. Все-таки, мы почти каждый день созванивались, а я ни разу не рассказывала про парня. При этом, теперь твердила про какой-то сюрприз.
Наверное, поэтому обстановка была, мягко говоря, напряженной. Но, кто бы мог подумать, что она настолько быстро изменится?
В первую очередь, по той причине, что я и не подозревала, что Этьен может быть таким. Он был с моей мамой настолько обходительным, что мне даже пришлось ущипнуть себя, чтобы поверить в то, что я не сплю.
Не понимая, что происходит, я смотрела на то, как Дар-Мортер помог моей маме снять куртку. Затем, когда мы пошли на кухню, он достал для нее ту посуду, к которой мама не могла дотянуться. И так ещё много чего по мелочам. А потом, когда мама поставила на стол к чаю пирог, Этьен сказал, что это самое лучшее, что он ел в своей жизни и мама вообще растаяла. Он зашел с козырей.
А ещё.… он улыбался.
Дар-Мортер умеет это делать? Лично мне было трудно в это поверить. Даже слишком.
Но улыбка у него красивая. Я, против воли, засмотрелась.
Правда, чем больше я думала об этом, тем более колючий холодок бежал по коже. Мама с настороженностью относилась к людям. Особенно, к ухажерам Кларис. А Этьена приняла настолько быстро. Потому, что он заставил ее это сделать. Оказывается, он и так может.
— А, как вы познакомились? — мама, расслабившись, уже более спокойно задавала вопросы. И их у нее было множество. Мы с ней, крутясь на кухне, готовили ужин и мама постоянно подносила Этьену пирожки, которые ранее испекла. Со стороны могло показаться, что она решила закормить его до смерти.
— В университете. Мы столкнулись в коридоре и я случайно разлила на него йогурт, — когда речь шла о Дар-Мортере, а, вернее, о романтических отношениях с ним, мой мозг отказывался работать и, тем более, что-то придумывать. Поэтому я решила вспомнить про книгу.
— Я так рада, что ты встретила человека, с которым счастлива, — мама улыбнулась мне. — Ты очень похорошела. Правда. Я же тебя не сразу узнала. Представляешь? Ты прямо расцвела.
В принципе, я уже даже была рада тому, что мы с Этьеном притворяемся парой и перед моей мамой. Так есть оправдание моему изменившемуся внешнему виду и наличию новой одежды.
— А ведь я раньше думала, что ты ни на кого кроме Астора не посмотришь. Думала, что для тебя только он существует.… - мама резко запнулась и, будто осознав, что сказала, широко раскрыла глаза и прикрыла рот ладонью, после чего встревожено посмотрела на Этьена.
Меня передернуло от слов мамы. Они будто острием ножа прошли по нервам. Краем глаза я заметила, что Дар-Мортер застыл, так и не донеся чашку к губам, но в итоге так и не посмотрела на него. Продолжила нарезать овощи, а мама, почему-то поспешила сказать:
— Я немного не это хотела сказать. Просто Астор друг детства Вивьен и они очень много времени проводили вместе. Вернее, почти все. Не было ни дня, чтобы они провели его друг без друга. Иногда мне казалось, что они вот-вот начнут встречаться. Или уже встречаются…
— Мам, а где лежит соль? — я прекрасно знала, где эта чёртова соль. Просто пыталась перевести тему разговора. Меньше всего на свете мне хотелось даже просто слышать имя этого ублюдка.
Но тот вопрос, который задал Этьен, заставил меня вздрогнуть:
— Начнут встречаться или уже встречались? — впервые с тех пор, как мы оказались в моей квартире, голос Этьена стал прежним. Даже более жутким. — У них настолько близкие отношения?
— Нет, — мама тут же качнула головой. — Раз вы с Вивьен встречаетесь, значит, я ошибалась.
Мама шумно выдохнула, затем взяла меня за руку и, под предлогом, что ей срочно нужно мне что-то показать, вывела меня из кухни. Когда же мы оказались в коридоре, она тихо произнесла:
— Прости, я сказала лишнего. Я не хотела. Просто немного волнуюсь.
— Ничего страшного, — я качнула головой. Наверное, мама считала, что сказала то, из-за чего Этьен, как мой парень, может начать ревновать. Вот только, мы с ним не встречалась. — Но про Астора лучше больше не говорить.
Мне правда не хотелось про него слышать. Вообще. Но, когда я уже собралась идти обратно на кухню, мама меня остановила:
— Точно? — спросила она. — Просто, вы ведь с Астором точно встретитесь. Вы же столько не виделись. И, когда ты познакомишь своего парня с ним, Этьен уже преждевременно может относиться к Астору негативно из-за моих слов. Я боюсь, что могла все испортить.
— Ничего страшного. Этьен совершенно не ревнивый.
— Правда? — мама с облегчением выдохнула. — Кстати, не знаю рассказывал ли тебе Астор, но он часто приходил в пекарню.
Я, до этого поправляя пальцами рукав блузки, так и замерла. Лишь спустя несколько секунд подняла на маму взгляд.
— Зачем он приходил? — спросила.
— Покупал имбирное печенье. И о тебе спрашивал. Но, навряд ли ты ему рассказывала о себе меньше, чем мне, поэтому я просто говорила, что у тебя все хорошо и ты загружена учебой. Понимаешь, я не хочу вторгаться в ваши с Кларис взаимоотношения с друзьями. Я поняла, что ты, судя по всему, не рассказала Астору о том, в каком университете учишься, так как он у меня несколько раз об этом спрашивал. Но, раз ты не рассказала, я тоже не стала этого делать. Может, я что-то не понимаю. Я этого не исключаю. Но.… Может, вы поссорились?
Ответить я не успела. В дверь постучали и мама пошла открывать. Я же решила зайти в ванную и умыться. Когда же я вернулась на кухню, там была лишь мама.
— А где Этьен? — спросила, посмотрев на стул, на котором он до этого сидел.
— К нему друг пришел. Они сейчас разговаривают в подъезде.
Я удивленно приподняла бровь. Это ещё какой друг мог сюда прийти к Этьену?
Меня настолько встревожил этот вопрос, что я даже пошла в прихожую и, приоткрыв дверь, выглянула в подъезд.
Увидела Девять. Причем, он был растрепан. Явно в домашней одежде и даже в домашних тапочках.
— Ты знаешь, что я обязан быть рядом с тобой, — Девять оскалился. — Так какого, блядь, чёрта ты пишешь мне присмотреть за Ромом, а потом уезжаешь непонятно куда? И ещё нихрена не отвечаешь. Мне пришлось отслеживать тебя по машине.
— Если я не отвечаю, значит, нехрен меня тревожить.
Девять хотел ещё что-то сказать, но заметил меня, выглядывающую в подъезд. В принципе, я и не скрывалась.
— Привет, — я помахала ему рукой.
— Бертье? — Девять, приподняв бровь, окинул меня взглядом. Правда, почти сразу перед нами встал Этьен.
— Ты можешь свалить. У меня все отлично.
  
— Ты знаешь, что я не могу, — произнес Девять. — И когда ты собирался мне сказать, что она жива и вернулась?
Разговор был прерван тем, что к нам вышла мама. Она спросила все ли хорошо, после чего сказала, что ужин готов.
— Зайдешь к нам? — все ещё находясь около двери, я спросила это у Девять. — Ужин будет очень вкусным. И ты, наверное, после дороги устал.