Ребенок от лучшего друга (СИ)

  
Ребенок от лучшего друга
 
Ксения Богда
 
— То есть как беременна? — ошарашено выдыхаю я, сидя в кабинете гинеколога.
Женщина в возрасте деловито поправляет очки и поднимает на меня насмешливый взгляд.
— Милочка, если вы в положении, то мне явно нет необходимости рассказывать вам, как это происходит.
В ее голосе нет никакого осуждения. Скорее, мягкая издевка над такой дурной мной.
А у меня в голове вспыхивает недавнее утро, которое, видимо, и перевернуло всю мою жизнь. Точнее, ночь. И надежда, что тогда все обошлось, рушится с таким грохотом, что внутри все обмирает.
— Да у меня же даже не было ни с кем…
Скорее, на автомате проговариваю. Осекаюсь и замолкаю. Не могу поверить, что все это случилось с нами.
Вот и ответ на вопрос, который терзал меня не один день. Видимо, все же было. И теперь получается, что я беременна от…
Хватаюсь за лоб и слышу собственный стон. Вот это попадос!
— Ну, вижу, что вы припомнили что-то, — продолжает врач.
— И что мне теперь делать? — задаю вопрос, скорее, себе, чем ей.
— Ну, для начала решить, как действовать дальше, — бесстрастно продолжает она. — Но скажу сразу, судя по вашим обследованиям, такая быстрая беременность для вас подобна чуду.
— Что вы имеете ввиду? — резко вскидываю голову.
Гинеколог перебирает бумажки разного размера, на которых нечитаемым почерком накаляканы цифры.
— У вас был, да и есть, гормональный сбой, при котором беременность возможна только при очень хорошем планировании. Считайте, что с вами произошло чудо, — припечатывает она.
— Но я не планировала даже… — блею я, потому что реально не планировала ничего такого.
Мне двадцать два, я ни с кем не встречаюсь. Только нашла место для практикии имела огромные планы на карьеру.
Какой ребенок?
— В таком случае, обдумайте альтернативные варианты.
Меня затапливает возмущением.
— Что?! — взвизгиваю я и вскакиваю на ноги со стула. — Вы на аборт намекаете? Да что вы такое говорите?
Да я даже не собираюсь думать в ту сторону. Даже если сейчас все это не укладывается в голову. Врачиха ухмыляется и берет со стола очередные бумажки.
— Я рада, что вы приняли правильное решение. Я выпишу вам направления. Вам нужно будет пройти все анализы и убедиться, что все идет как надо. И отец ребенка должен…
— Ничего он мне не должен.
Отец ребенка даже знать не должен. Врач только хмурится. Но молчит.
Я какое-то время молча наблюдаю, как она заполняет бланки и протягивает мне.
Ослабевшими руками беру бумажки.
— Жду вас через две недели.
Вздрагиваю от ее громкого голоса.
На негнущихся ногах выхожу из кабинета и прислоняюсь к стене.
Мне нужно пять минут. Пять минут, чтобы прийти в себя и осознать, что все происходящее не сон. Ребенок реально есть.
— Девушка, вам плохо?
Меня трогают за руку.
Распахиваю глаза и вижу озабоченное личико молодой медсестры, которая пробегала мимо.
— Нет-нет, — пересохшими губами шепчу.
— Вы бледная, давайте я вас провожу.
Она хватает меня под локоть и ведет к скамейкам. Плюхаюсь на них и впериваю взгляд в противоположную стену. На ней какие-то странные желтые потеки. Видимо, верхний этаж когда-то топил.
— Может, воды? — девушка садится напротив на корточки и заглядывает мне в лицо.
Мотаю головой:
— Все хорошо, спасибо за заботу.
— Уверены?
— Да, конечно. Сейчас я посижу и приду в норму.
— На вас лица нет, что-то серьезное?
Хмыкаю. Удивительно, но разговор с девушкой успокаивает.
— Беременность.
Девушка улыбается и стискивает мои пальцы.
— Это же прекрасно. Поверь, намного страшнее, когда из того кабинета выходят с приговором, что не смогут иметь детей.
Ее взгляд на мгновение тухнет, а я понимаю, что сейчас передо мной редкая находка. Потому что не каждый день встречаешь такого искреннего человека.
— Наверное, вы правы.
— Я Арина.
Снова улыбка озаряет милое личико.
— Алена.
— Приятно познакомиться. И поздравляю. Поверь, это действительно здорово. Такое счастье.
 
Улыбаюсь с надрывом. В конце концов, не рассказывать же ей всего.
А суть такая, что по коже медленно ползут мурашки, а внутри разливается немой страх. Липкий и противный.
Кажется, я вляпалась!
По самую макушку.
Потому что, судя по всему, я не помню свой первый и единственный раз. И теперь я беременна от человека, с которым я никогда не буду. Потому что у него скоро свадьба.
  
Глава 1
 
За полтора месяца
С трудом разлепляю глаза и осматриваю смутно знакомую обстановку комнаты. Подскакиваю, и с меня слетает покрывало, под которым нет ни лоскутка одежды. Мозг простреливает узнавание комнаты в которой я просыпаюсь.
Какого черта я сейчас в комнате Макса? Голая и ничерта не помнящая?
Это чья-то шутка? Розыгрыш? Где камера? Кто меня сюда притащил?
Кручу головой в поиске черного глазка, но тщетно.
Пытаюсь напрячь память, но вчерашний вечер как отшибло. Помню, как Макс притащил меня на какую-то вечеринку, мы танцевали. Помню, как сделала глоток какого-то коктейля — и потом как в тумане.
Вздрагиваю от прохладного воздуха, долетающего из приоткрытого окна. Натягиваю на себя покрывало, и в этот момент рядом ощущаю шевеление.
Все внутри обмирает, а глаза расширяются. Как в замедленной съемке поворачиваю голову и визжа слетаю с кровати.
— М-м-м-м-м, че орешь-то?
Макс трет лицо рукой и пытается открыть глаза.
Я же плотнее закутываюсь в покрывало и стараюсь не смотреть ниже подбородка лучшего друга.
Вопросы множатся в голове в геометрической прогрессии.
— Какого фига? — голос после сна сипит, и я откашливаюсь.
Меня передергивает от абсурдности происходящего.
— Макс? — пытаюсь разбудить друга, который снова уснул, кажется.
Подхожу к кровати, где раскинулся парень, и тыкаю ногой в его обездвиженное тело.
— Иди лучше сюда, — бормочет Макс и шарит рукой в воздухе.
Я мешкаю, и ему удается зацепить меня за руку и дернуть к себе.
Ноги запутываются в покрывале, и я с визгом валюсь на грудь Макса. Он охает и распахивает глаза.
— Леля? — ошарашено выдыхает он и чуть ли не скидывает меня с себя.
Опускает глаза вниз и возвращает на меня.
— Че за фигня? — вскакивает на ноги.
Его ведет в сторону, но ему удается выровнять тело.
Я же все еще стараюсь не отрывать глаз от его лица. Взъерошенные русые волосы и прищуренные синие глаза, которые внимательно осматривают меня.
— Мы че… — он не договаривает и запускает руку в волосы.
Тыкает пальцем сначала на меня, потом на себя и вопросительно вздергивает бровь.
— Я не помню, — шепчу я.
Меня, кажется, отпускает первый шок, и я усиленно прислушиваюсь к ощущениям, но гул в голове перебивает все другие ощущения.
— Так, — Макс начинает метаться по комнате, — давай рассуждать логически.
Из него вырывается стон, и он хватается за голову.
— Нет логически, наверное, не получится, — падает на кровать и опирает голову на руки. — Что произошло?
Он поднимает на меня непонимающий взгляд.
— Ты у меня спрашиваешь? — всплескиваю руками и тут же жалею.
Покрывало, пользуясь случаем, ползет вниз, грозясь обнажить все стратегически важные места.
— Ну я же с тобой проснулся в одной кровати.
Злится. Хмурится, ероша непослушную темную шевелюру. Теперь уже я жалобно стону и сажусь на противоположный край кровати.
— Ты хоть что-нибудь понимаешь?
Спрашивает так, как будто не сидит сейчас передо мной в чем мать родила. А я все же перевожу взгляд на плечи, забитые татуировками. Во рту пересыхает от темных узоров на смуглой коже, и я сглатываю. Пытаюсь.
Красивый, зараза!
— Может, ты оденешься хотя бы? — жалобно скулю я, потому что глаза против воли опускаются еще ниже.