Ты все равно станешь моей (СИ)

Ладно, Елагиной наберу завтра, пусть в очередной раз протащит меня по всем злачным местам города. В конце концов, когда-нибудь нужно начинать выбираться из этой ямы, так почему бы не сейчас?
На часах — начало седьмого, и мой желудок явственно просит еды. Что ж, хочешь — не хочешь, но из постели вылезти все равно придется. Сейчас вся еда сосредоточена в гостиной и незаметно проскользнуть мимо всех, кто в ней собрался, точно не удастся.
Еще раз глянула на свое отражение в зеркале, дабы не испугать честных людей непотребным видом и вышла из комнаты.
В нашей уютной гостиной витают ароматы вредной, но такой притягательной пищи. Следуя, как Рокфор из одного небезызвестного мультика на запах сыра, я иду на прекрасно чувствующийся запах пиццы. Надеюсь, это пахнут не пустые коробки…
— Всем привет! — здороваюсь с четырьмя здоровыми лбами, пятым из которых является мой собственный брат.
— Привет! — гаркнули мне в ответ. Данька с Андреем сейчас насилуют нашу приставку, поэтому я удосужилась лишь мимолетного приветствия в виде кивка головы; Саша и Сережа, как настоящие джентльмены, расселись немного в стороны, освобождая мне место между собой.
— Ты наконец-то решила почтить нас своим присутствием? — не преминул поиздеваться надо мной Никита, кто сейчас великодушно отвлекся от созерцания «экранного боя».
— Нет, — качаю головой, оглядывая практически пустой стол, — я пришла найти себе хоть что-нибудь для ужина. — уже без особого энтузиазма отвечаю.
— Хочешь фокус? — на мое плечо ложится большая лапа Сашки. Заинтригованно смотрю на мужчину и кивнула. — Закрой глаза. — доверительно шепчет, обдавая ухо теплым дыханием. Перевожу взгляд на закатывающего глаза брата и усмехаюсь. Ладно, фокус так фокус. Поворачиваюсь к Саше всем корпусом и закрываю глаза.
— Молодец. — снова совсем рядом раздается тихий низкий голос. — Теперь открой рот. — просит брюнет.
— Ты уверен, что фокус мне понравится? — почему-то решаю поддержать тихую атмосферу шепота: все также с закрытыми глазами наклоняю свое лицо ближе к его, но, когда говорю, нечаянно касаюсь своей щекой чужой, колючей.
— Уверен. — негромко смеется мужчина, возвращая меня в изначальное положение.
— Ну ладно. — соглашаюсь, открывая рот. Несколько мгновений, и я чувствую яркий вкус той самой пиццы на языке. «Действительно, замечательный фокус» — отмечаю про себя.
— Ник, подай платок какой-нибудь, что ли. — задумчиво тянет Саша.
— Сань, прекращай издеваться над малявкой. — заржал брат. — У тебя нехватка женского внимания, что ли? — иронично произнес. Потом, по звукам, Никита все же встал и куда-то пошел. Не сдержалась: открыла глаза и оглядела обстановку.
— Не подглядывай! — обиженно рыкнул Саша, закрывая мои веки ладонью.
— Все, все. — засмеялась. — Прости. — скорчила извиняющуюся рожицу.
Эти странные люди, что им только в голову не придет! Теперь хотят покормить меня с завязанными глазами. Честно, я уже давно привыкла к их свойскому отношению и не воспринимаю это, как что-то экстраординарное. Правда, издеваются надо мной они гораздо чаще, чем даруют привилегии.
— Сколько пальцев? — на меня легла непрозрачная ткань.
— Не знаю. — бурчу. — К чему эта конспирация? У вас еда с личинками? Вы хотите накормить меня просрочкой?
— Нет, — фыркает Саша, — мне просто скучно.
— Меньше слов — больше пиццы! — нетерпеливо хлопаю по коленям.
— Кусай. — мужчина водит по губам чём-то совсем не похожим на пиццу. — Лика, — недовольно тянет, — ты что, мне не веришь? Вон, Ник в метре от нас сидит, пялится. — приводит действительно неопровержимый аргумент. — Не переживай, он не даст накормить тебя картоном.
— Ага, конечно. — бормочу, откусывая то, что оказывается сочной котлетой.
— Вкусно? — спрашивает, а я аж подавилась от заботы в его голосе. Нечаянно вцепилась в кого-то ногтями и продолжила откашливаться.
— Лика! Больно же! — по голосу Серёжи сзади я поняла, что ему мой новый маникюр не пришёлся по вкусу, хотя ногти у меня вроде бы не длинные.
— Слушай, Савельев, а что это ты такой добренький сегодня? — только сейчас до меня начало доходить, что обычно еда здесь не задерживается и тем более не остается для кого-то там, если сразу не отнять.
 
Вокруг послышался громогласный хохот, а я подумала, что на сегодня темноты в глазах мне достаточно и сняла «маску». Невозмутимо оглядела ржущих «в кулачок» мужчин и перевела взгляд на единственного, кроме меня, кому сейчас было не весело.
— Я внимательно тебя слушаю, Сашенька. — елейно пропела и выжидающе уставилась на злого «Сашеньку», кто сейчас вероятно очень хотел избавиться от собственных друзей.
— Ну, — начинает он, но тут до меня долетело, что в спальне звонит мобильный.
— Прости, пожалуйста. — извиняюсь и выхожу из комнаты.
Раскопав смартфон в ворохе пледов, отвечаю на звонок с работы.
— Слушаю. — «хоть бы не вызвали, хоть бы не вызвали!» — скрестив пальцы, продолжаю мысленно проговаривать.
— Лик, привет! — бодро отвечает Матвей.
— Привет. — настороженно здороваюсь с коллегой. Как оказалось, сомневалась я не зря.
— Выручишь? Мне срочно нужно уехать. Лика, ты моя последняя надежда! — ноет.
— Матвей, — мысленно чертыхнулась, — суббота, семь вечера, мой законный выходной впервые за несколько недель. Имей совесть! — обиженно шиплю. — Попроси Надю выйти вместо тебя. — предлагаю.
— Она за городом. — оповещают меня, руша все надежды насладиться отдыхом. — Лика, пожалуйста. — совсем уж отчаянно тянет парень. — Вот когда ты в следующий раз работаешь? — спрашивает.
— Завтра, представь себе! — язвительно отвечаю.
— Ну хочешь, я завтра за тебя отработаю? — предлагает и зря: я никогда не отказываюсь от настолько выгодных предложений, и этот раз точно не станет исключением!
— Идет, минут через сорок максимум буду. Обязательно дождись. — рапортую.
— Спасибо, ты лучшая! — удовлетворенно произносят в трубке и отключаются.
Напоследок еще раз откинувшись на мягкие подушки, встаю с кровати и начинаю одеваться. В автобус я сейчас точно не полезу, придется вызывать такси. Запрыгиваю в джинсы, сверху яркий малиновый свитер, волосы — в хвост. Сойдет.
Пролетая мимо гостиной, замечаю, что Даня нашел еще один кусочек пиццы. «Мне нужнее!» — проносится в голове, прежде чем я, крадучись, подхожу к нему сзади и умыкаю заветную еду.
— Лика?! — удивленно рявкает единственный семейный человек из всех собравшихся.
— Дико извиняюсь, но голодной на работу ехать никак не хочется. — корчу виноватое выражение лица.
— Куда ты едешь?! — буквально звереет Никита, вставая с дивана и отводя меня на расстояние ото всех. — Ты работала три недели без выходных! С ума сошла? — тихо шипит, скрещивая руки на груди. — Ты никуда не поедешь! У тебя выходной. — чеканит по буквам.
— Ник, отстань, — закатываю глаза, — и дай пройти. — пытаюсь сдвинуть это каменное изваяние с прохода. Разумеется, безуспешно! Брат с явной издевкой поднимает бровь и продолжает опираться плечом о косяк двери. Как со стеной разговариваю!
— Можешь не стараться. Разворачивайся, ты сидишь дома. — указывает взглядом на одно из кресел.
— Боже, какой ты противный! — стону. — Я сейчас поработаю несколько часиков, а завтра возьму выходной. Позвоню Соне, договорюсь встретиться с ней где-нибудь. Схожу на шоппинг, в конце концов. — применяю все свои способности, чтобы хоть немного разжалобить это чересчур ответственное лицо.
— Хорошо. — после, казалось, вечного раздумья отвечает Никита. — Обратно поедешь — берешь такси. — угрожающе поднимает палец. — И, кстати, сейчас тоже. — для пущей убедительности кивает собственным словам.
— И без тебя разберусь. — бурчу в ответ.
— Я отвезу её, не переживай. — на мои плечи ложатся руки Саши. За что мне это? Сколько еще бородатых няней вынесет моя хрупкая душонка?!
— Можно я сама доеду, а? — недовольно прошу, дернувшись в этом совсем не слабом захвате.