Любовь во тьме (ЛП)

-Тайер! 
✽✽✽
Глава 39
Тристан
Я должен был сказать Нере правду вчера.
Я думал, именно поэтому она все прекратила. Когда она закричала, что знает, что я сделал, я был уверен, что меня разоблачили. Облегчение, когда я понял, что она неправильно поняла мой ужин с Тесс, было сокрушительным.
Это было моим началом обнажить все это и признать ложь, лежащую в основе наших отношений, но я не смог этого сделать. Не тогда, когда я впервые пережил сорок восемь часов ада, не тогда, когда я знал, что если я это сделаю, это будет означать еще много дней без нее.
Это было эгоистично, но я был готов на гораздо большее, чем просто солгать, чтобы убедиться, что она останется моей.
Я скоро скажу ей, как только мы установим наши официальные отношения. Как только она поймет, как сильно я ее по-настоящему люблю. Тогда она не сможет меня бросить.
- Так ты извращенец?
Голос и вопрос одинаково пугают меня и вырывают из моих мыслей. Я отворачиваюсь от своего стола и нахожу Сикстайн, Тайер и Беллами в дверях моего класса.
Заговорила Беллами. Они с Сикс входят в комнату, когда Тайер закрывает за ними дверь.
- Прошу прощения? - Спрашиваю я, сбитый с толку.
Сикстайн стоит перед моим столом, скрестив руки на груди и прищурив на меня глаза. Беллами прислоняется бедром к моему столу с подозрительным выражением лица.
- В этом году ты пришел на RCA весь такой угрюмый и загадочный, с твоими идеальными скулами и явным презрением к своей профессии, я имею в виду, о чем это? Тебе пришлось уйти из твоей предыдущей школы из-за какого-то грязного скандала или чего-то в этом роде? - Спрашивает Тайер, беспечно сидя на парте в первом ряду и счастливо болтая ногами.
  
- Она спрашивает, это что, твоя фишка? - Требует Беллами. - Приставать к девушкам помоложе, спать с ними, заводить с ними отношения?
Это все равно что быть загнанным в угол Крутыми Девчонками. Прошлой ночью я знал, что девушкам необходимо провести обстоятельный опрос, поэтому довольно быстро ушел после того, как они втроем постучали в дверь. Когда Нера пришла позже, она сказала мне, что они часами допрашивали ее в стиле испанской инквизиции. Она пересказала каждую деталь нашей истории, за исключением признания в наших чувствах ранее той ночью.
Я думаю, что часть ее все еще не решается поверить, что это правда, что я действительно люблю ее. В прошлом она была разочарована той же самой реальностью, так что я понимаю.
Это только заставляет меня любить ее еще больше.
А теперь, похоже, настала моя очередь подвергаться допросу.
- Она не девочка, - выдавливаю я из себя.
- Но это твое дело? -Спрашивает Сикстайн.
- Нет.
Тайер наклоняет голову набок и изучает меня, бросая испытующий взгляд, прежде чем решить: - Он не похож на извращенца.
Беллами поворачивает только голову, чтобы посмотреть на свою подругу.
- То, что он сексуальный, не означает, что он не является огромным красным флагом. На самом деле, это, вероятно, делает все еще хуже . - Она задумчиво смотрит на меня в ответ. - Он, должно быть, извращенец.
- Я не извращенец.
- Это именно то, что сказал бы извращенец, - восклицает Тайер, указывая на меня.
Я закрываю глаза, сжимаю переносицу и делаю глубокий вдох, используя все свои запасы терпения. Я слышу, как снова открывается дверь, и поднимаю голову, когда входит Феникс. Он хмурится, оценивая открывшуюся перед ним сцену, но подходит к своей невесте, его лоб разглаживается, когда руки обнимают ее за талию.
-Дикая девчонка, - мурлычет он, его рот опускается к ее волосам. - Что ты здесь делаешь?
Она хихикает, когда он утыкается носом в ее шею и обхватывает ладонями лицо, покрывая губы быстрыми поцелуями.
Тайер закатывает глаза. - Не прямо сейчас, Феникс. Не отвлекай ее, у нас есть важные дружеские дела, которыми нужно заняться.
Он мычит в знак согласия и подходит, чтобы сесть на стол рядом с ней, увлекая Сикстайн за собой и устраивая ее между своих ног и у себя на груди.
- Ты допрашиваешь его о его отношениях с Нерой? - спрашивает он, доставая телефон. - Я говорю ребятам.
Сикстайн смотрит на него широко раскрытыми глазами. - Ты знал?
Феникс машет телефоном в мою сторону. - Он проводит восемьдесят процентов своего времени в классе, трахая ее. Я удивлен, что ты не заметила. - Черт возьми, правда? Это новость для меня. Мне нужно быть более осторожным, не раскрывая свою одержимость ею. - Это все, что тебе нужно увидеть, чтобы понять, что он чертовски избит. Нера обвела его вокруг своего мизинца, - добавляет он, ухмыляясь мне, как будто то же самое нельзя сказать о нем с Сикстайн.
Беллами поднимает бровь в мою сторону, когда я продолжаю молчать. - На это нечего сказать?
- Нет.
- Почему бы и нет?”х - Спрашивает Тайер.
Медленная, удовлетворенная улыбка растягивает мои губы.
- Я не слышал ни единой лжи.
Сикстайн поднимает взгляд на Феникса.
- Почему ты не рассказал мне о них двоих?
Он пожимает плечами. - Мне похуй, что он делает. - Его руки сжимаются на ее бедрах. - До тех пор, пока это не будет касаться тебя.
Она мило краснеет. - Теперь, когда я думаю об этом, я бы не хотела услышать это от тебя. Нера должна была сказать мне, когда будет готова. Она оглядывается на него. - У тебя есть еще какие-нибудь секреты?
Он напрягается, но мне надоело наблюдать, как бесцельно протекает этот разговор.
- Послушайте, - вмешалась я, глядя на девушек одну за другой, - последнее, чего я хочу, это быть пойманной со студенткой, поверьте мне. Ты думаешь, я не хочу держаться подальше? Ты думаешь, я не хочу встречаться буквально ни с кем другим? Я, блядь, не могу, - выдавливаю я сквозь стиснутые зубы. - Если я трахаю ее в глаза на уроке, это потому, что я не могу насытиться ею, хотя мы проводим вместе каждую ночь. Я люблю ее. Я пытался не любить ее, но не могу. Что еще более важно, я этого не хочу. Все, о чем я могу думать, - это о том дне, когда я смогу держать ее за руку на публике и кричать с крыш, что она принадлежит мне .