Портал на Пирес (СИ)

Клеман ослышался?
— Понял? — Борис с лёгкой ухмылкой смотрел на ошарашенного новоиспечённого помощника. — Чтобы ни одна зараза ничего не заподозрила. Как будто всё само починилось.
— А оплата? — Клеман понял, что Хранитель говорил абсолютно серьёзно про тайную помощь. — Как нам заплатят за работу?
— Деньги не проблема, — отмахнулся Борис и повернулся к экрану. — Часть собираемых на планете налогов идёт на наше финансирование. Если у этого фермера, — палец указал на красную строку, — заработает его система полива, то он сможет собрать хороший урожай, продать его и заплатить с этого налоги, небольшая часть которых пойдёт на функционирование этого замечательного здания.
Хранитель вздохнул.
— Сейчас в нашем правительстве рассматривается законопроект, который предлагает перевести деятельность Хранителей на самообеспечение. Чтобы мы не из планетных налогов получали средства к существованию, а от живущих. Я даже знаю фамилии гениальных авторов этой писульки, они прикрываются тем, что мы якобы слишком много получаем и слишком неэффективно работаем. Думаешь, секретариат был нашей идеей? Регистрация заявок, их отслеживание, выставление срочности, отчёты, отчёты, отчёты, бухгалтерия, кадры. Это всё им требуется, а не мне! Работать надо, а не этой глупостью заниматься!
Борис выплюнул последние слова, замолчал, закрыл глаза, сделал несколько глубоких вдохов и посмотрел на Клемана.
— Я, наверное, зря тебя гружу такими проблемами в первый рабочий день.
— Всё нормально, — Клеман сдвинул брови. — Я немного в курсе, на работе иногда визор смотрел. Студенты в Калеохорре из-за этого витрины бьют?
— Угу, — кивнул Борис. — Официально я не одобряю их поступки, но и не осуждаю. Ребята защищают своё будущее. Они прекрасно понимают, что та работа, что мы выполняем, её нельзя оценивать в деньгах. Мы сейчас помогаем всем и в обмен получаем нужные средства для своего существования. А если нас, Хранителей заставят зарабатывать, то первое, что я сделаю, это распущу всех в этом здании. Оксану Михайловну только оставлю, ещё Виктора. И Ингу. Ну и тебя, конечно. Никакой отчётности, никаких докладов. Красота!
Последние слова прозвучали с сердитыми нотками.
— Я снова завёлся, — Борис глубоко вздохнул. — Всё, к работе. Вот эти четыре экрана будут твоими. Завтра я закончу с небольшим артефактом, с его помощью сможешь решать проблемы на расстоянии. То есть, работа будет как в мастерской, но сидеть ты будешь здесь, а решать проблему там. Понял? Нет? Неважно, завтра покажу, там ничего сложного. Пока задачи читай, подумай, как их решать будешь. И начни с вот этих тёмно-красных, ими нужно заняться в первую очередь.
 Глава 10 
— Сюда лучше какие, серые или бордовые? — Элла задумчиво крутила в руках две цветные тряпки. Клеман ничего не ответил, он был занят поглощением бутерброда с утренними новостями.
— Серые, — ответила супруга самой себе. — Бордовые занавески утяжеляют общий вид. Но серой ткани не хватает. А бордовой много, ещё даже останется. Даже не знаю. Клем, что молчишь?
— Бери серые, — Клеман внимательно вчитывался в сухие строчки протокола вчерашнего заседания планетного правительства. — А бордовые перекрась.
— Они не перекрашиваются, Клем, — с укором произнесла Элла. — Это же спецзаказ с Золотистого Роя. Ты только потрогай их! Такие мягкие, как котята.
— Ну, тогда бордовые вешай, — Клеман вздохнул. Эта постоянная суета в правительстве начала его раздражать. И как только Борис умудрялся выдерживать такое давление? Хранители должны, Хранители обязаны, а почему Хранитель взял помощника без согласования, где характеристика на этого помощника, а вдруг планета сделает его вторым Хранителем планеты, срочно вызвать планетного аватара для доклада, и где отчёт Хранителя по заявкам за прошлый квартал.
— То есть, тебе всё равно, да? — Элла недовольно оторвалась от занавесок, заметила настроение мужа и тут же одёрнула себя. — Ладно, это пустяки, ты прав, разберусь сама. Что-то случилось, Клем? Ты сам не свой.
 
— Да так, — мужчина махнул рукой, поднялся из-за стола и криво улыбнулся, забота жены немного подняла настроение. — Читал протокол вчерашнего заседания правительства, там обо мне говорили, спрашивали, почему Хранитель меня взял на работу без их разрешения.
— Потому что ты умный, сообразительный и перспективный, — Элла отложила ткань на спинку стула, подошла к мужу, обняла его и поцеловала в щёку. — Не обращай на них внимания, это же политики, им ведь заняться нечем, скучно, а тут такой повод. Ты лучше скажи, когда же я стану женой Хранителя? Долго мой муж помощником бегать будет? Что Борис говорит?
— Молчит, — пожал плечами Борис. — Да я и не заострял внимания, всего две недели ведь прошло.
— Так заостри, — Элла смахнула с подбородка мужа какую-то крошку. — Ты же знаешь этих Хранителей, будут держать в помощниках до последнего.
— Откуда мне знать Хранителей, Элла? — нахмурился Клеман. — Ты так говоришь, будто я с ними каждый день за чашечкой кофе беседую. Я только Бориса знаю. Или ты что-то знаешь?
— Нет-нет, конечно нет! — супруга мило улыбнулась. — Это я так, предположила! Читаю на досуге всякие статьи.
Мужчина внимательно посмотрел на супругу, в его голове крутились странные мысли. Элла со своего выздоровления очень сильно изменилась. И дело было не только в характере, она зачастую говорила совершенно невообразимые вещи. Как сейчас. Вот откуда она предположила такое про Хранителей? С чего? Или она действительно что-то подобное в инфоцентре успела вычитать?
— Ладно, я пошёл, — мужчина чмокнул Эллу в щёку и высвободился из объятий. — Но серые мне больше нравятся. Может, ещё заказать?
— Я разберусь, — улыбнулась супруга. — Иди. И не обращай внимания на политиков! Пошумят и успокоятся. Артефакт взял?
Клеман хлопком ладони удостоверился, что фигурка была в кармане, кивнул супруге и быстрым шагом направился к лифту. Пара минут и он уже стоял у экрана с заполонившими его красными строками. Мужчина вздохнул, сел в кресло и выудил первую по списку строчку. Женщина на Южном континенте просила помочь с трактором, механизм стал медленней ездить.
Бориса сегодня в офисе не будет целый день, об этом Клеману сухо сообщала короткая записка на столе.
Ближе к обеду завибрировал целдон.
— Клеман Бачовский? — послышался знакомый голос. — Это Оксана Михайловна. Говорить можете?
— Да-да, слушаю! — сосредоточенный Клеман подбирал надёжный источник для старенького аттракциона “В добрый путь”.
— Нам нужно поговорить, — сделала собеседница акцент на слове “нужно”.
— Срочно? — мастер улыбнулся, ему наконец-то удалось нормализовать поток энергии и детский паровозик призывно замигал лампочками в ночи. — У меня тут парк аттракционов в работе, ещё шесть, нет, семь агрегатов и я освобожусь. Или поговорите с Эллой, она потом всё мне передаст.
— Рада, что у вас с женой такие доверительные отношения, — в голосе Оксаны Михайловны послышалось лёгкое раздражение, — но поговорить мне нужно лично с вами. Сможете прийти после текущей задачи? Я много времени не займу.
— Конечно, — кивнул мужчина невидимой собеседнице. Зачем он ей понадобился? Что-то неправильно оформил? Оксана Михайловна помогала со всей отчётностью, именно она учила его в первую неделю правильно закрывать задачи. В этом здании тоже недостаточно было просто исправить проблему, нужно было ещё и отчёт написать. Но в “Артефакторе” Клеман постоянно расписывал результаты работы в актах, так что уроки Оксаны Михайловны легли на плодородную почву.
— Присаживайтесь, — указала женщина на стул напротив. — Клеман, в паре отчётов у вас есть неточности, давайте сразу запомним, как их нужно поправлять, чтобы всё было в порядке. Сейчас, принесу их.
Оксана Михайловна встала из-за стола, подошла к шкафу у стены, вытащила объёмную папку, засунула глубоко руку в образовавшийся проём, что-то там нажала и комнату залил яркий, давящий свет. Клеман от неожиданности пригнулся, прищурился и тут же почувствовал невероятно сильное ощущение тоски, потери. Словно только что на его глазах разом погибли все родные и близкие, а он никак не мог этому помешать. Ощущение усилилось, Клеман вдруг понял, что он рыдал и выл одновременно.