Наследник Древних
Такой была жизнь следопыта до сего дня, и после того, что Ойген увидел, он оказался на распутье. Можно вернуться в Таскурбах. Но что его там ожидало? Ничего. Да и не хотел он идти обратно. В голове северянина родилась идея, пусть пока эфемерная, получить покровительство сильного чародея и влиться в группу, которая самостоятельно перебила отряд бывалых наемников и без потерь взяла добычу. Такие везунчики редкость, и встречу с ними Ойген расценил как свой шанс все изменить. Ведь это, если он не ошибался, возвращение легенды. И в итоге следопыт решил двинуться вслед за переселенцами, понаблюдать за ними, а затем, возможно, поговорить с Оттаром и еще раз предложить ему свои услуги. Не как временный проводник, а как постоянный член отряда.
«Да, – подумал следопыт, – просто так уходить нельзя. Надо идти вслед за таинственными поселенцами. Глядишь, удастся пристроиться и жизнь наладить. А если не возьмут? Тогда можно продать информацию о них эльфийским агентам, которые сопровождают идущие к морейской границе диверсионные группы. Они странной компанией, в которой есть белый волк-оборотень, наверняка заинтересуются».
Ойген определился, что должен делать дальше, поднялся и взялся за мешок. Однако южане вышли на него раньше.
За спиной северянина хрустнул сучок, и он развернулся. Рука опустилась на оружие, и он приготовился к бою.
Следопыт увидел перед собой крупного белого волка с человечьими глазами, который смотрел на него с угрозой, и поджилки опытного бойца затряслись, а рука дрогнула. Всякое он в жизни видел и всегда мог перебороть свой страх, но не в этот раз.
«Сейчас меня будут убивать как свидетеля», – промелькнула мысль, и когда волк сделал к нему первый шаг, следопыт поступил так, как ему подсказал инстинкт самосохранения. Северянин отпустил рукоять сабли, поднял вверх ладони и громко сказал:
– Я пришел с миром и хочу поговорить с Оттаром, он знает меня.
Оборотень сделал еще шаг, и Ойген подумал, что все бесполезно, – все равно его убьют. Но за спиной раздался знакомый голос:
– Что ты хочешь мне сказать, следопыт?
Осторожно, стараясь не делать резких движений, северянин посмотрел назад и обнаружил Оттара. Молодой воин улыбался и вел себя непринужденно, словно вышел на прогулку, одна ладонь за поясом, а вторая на превосходном мече гномской работы. В его взгляде было любопытство и не наблюдалось никакого волнения. Для юноши жизнь опытного следопыта ничего не значила и не стоила. Ойген понял это моментально, и проскочила мысль: «Сколько же смертей он видел и через что прошел, если так спокойно воспринимает убийство людей?»
Ответа не было, и, понимая, что время дорого, северянин выдохнул:
– Я хочу присоединиться к вам и готов дать клятву на верность.
– А вот это уже интересно… – Оттар усмехнулся, подумал и качнул головой: – Ладно. Пойдешь с нами.
– Да, – следопыт кивнул, проследил за тем, как оборотень исчезает в кустах, и пристроился рядом с Оттаром.
– Рассказывай, – начиная движение, потребовал предводитель.
– Что рассказывать? – Ойген старался сохранять присутствие духа.
– Все. Где родился, чем жил, почему за нами пошел, что на стоянке увидел и по каким причинам решил к нам примкнуть.
Ойген чувствовал, что оборотень продолжает за ним наблюдать. От этого было неуютно, и он зябко повел плечами. После чего следопыт на ходу начал рассказ.
Глава 3
– Красота! – взобравшись на горную террасу, выдохнул Вольгаст и полной грудью вобрал свежий воздух.
Я промолчал, остановился рядом и посмотрел на долину, которая нас приютила.
Внизу заросли кустарника, небольшие лиственные рощи и быстрая речка, а дальше – озеро и развалины замка Койран на перевале. Место удобное и надежное. Раньше мощные замковые стены полностью закрывали проход в долину, которая могла приютить тысячи людей. Поэтому в эпоху правления рунгийских королей здесь бурлила жизнь и находилось поселение. Однако эти времена давно в прошлом. Оборонительные сооружения разрушили эльфийские наемники, а людей убили или обратили в рабство. После чего долина обезлюдела.
Позже, во время расцвета Морейской империи, здесь обосновался Халли Фэшер со своим отрядом, но он погиб, а отстроенный моим братом замок Койран стал имперским форпостом. Но и он был разрушен. После развала империи его взяли приступом отряды гномов, и с тех пор люди здесь не жили. Дичи нет, ценных ресурсов никаких, и дорога далеко. Так что все заросло, а развалины покрылись мхом. И только разбойники иногда зимовали, прятались в многочисленных горных пещерах и строили планы по набегу на поселения и торговый тракт. Да только и они не приживались. Скучно тут, и припасы таскать далеко, а на восстановление защитной перемычки ни у кого не хватало сил и средств.
Прошли годы, почти целый век минул, и в долине появились мы, провели разведку, удостоверились в безопасности долины и начали обживаться. Точнее, обживаться стал Юссир, которому помогают работники и Наймар. Сейчас они валят лес, расчищают площадку возле озера, разбирают руины замка и строят первый дом. А я с Вольгастом и следопытом Ойгеном в это самое время начал осмотр пещер. В одной из них, а может, и в нескольких, находятся необнаруженные мародерами тайники Халли Фэшера, и они мне нужны. Это не обсуждается, поскольку помощи от матери нет. Значит, нужны дневники родственника. И нам приходится ползать по склонам, рубить заросли, торить тропы и быть предельно внимательными. Не хотелось чего-то упустить.
– А следопыт молодец, – вновь заговорил Вольгаст и кивнул на склон, по которому полз Ойген, – выносливый.
– Слабаки на севере не выживают, – сказал я, и взгляд зацепился за нового члена нашей команды.
Ойген, на которого навьючили рюкзак с припасами, пыхтел и упрямо следовал за нами. Ему повезло: следопыту оставили жизнь, и он поклялся хранить мне верность, а взамен просил не обижать его при разделе добычи и платить за службу. Хм! Я пообещал. Правда, клятвам северянина не верил, да и Ойген человек не простой, сам себе на уме и по натуре одиночка. Но пока он под присмотром, поэтому мы дали ему шанс, и только время покажет, что он за человек и можно ли на него положиться.
– Фу-х! – Выдыхая, следопыт вышел на ровную площадку и сразу спросил: – Куда дальше идем?
Вольгаст посмотрел на меня, и я ответил северянину:
– Оставайся здесь, разбей стоянку и костер разведи, а мы по пещерам пройдемся.
– Ясно.
Зачем нам пещеры, следопыт не спрашивал. Наверняка ему было интересно, но он сдерживался, и это правильно. Меньше знаешь – крепче спишь.
Следопыт остался. Оборотень направился к ближайшей пещере, которая была ближе всего к замку, а я последовал за ним. Надежды на то, что мы сразу же найдем дневники брата, немного. Но я надеялся, что нам повезет. И каково же было мое удивление, когда, оказавшись в просторной и захламленной пещере, практически возле входа я обнаружил окованный ржавыми стальными полосами сундук.
– Ого! – воскликнул я.
– В чем дело?! – Оборотень обернулся.
– Смотри! – Я ткнул пальцем в находку.
– И что? – Он пожал плечами, и на его лице появилось недоумение. – Стена как стена, самая обычная.
– А сундук? Ты его видишь?
– Какой сундук, Оттар? О чем ты?
– Да вот же он!
– Не вижу. – Вольгаст приблизился к сундуку и в паре метров от него уперся в преграду. – Это камень. Нет ничего. Самый обычный камень.
Оборотень хлопал ладонями по воздуху. Между ним и тайником находилась невидимая стена, и я встал рядом с ним, а затем уловил слабый поток магии Древних. После чего уверенно сделал шаг вперед и почувствовал, как меня обволакивает нечто вязкое и тягучее. Стена пропускала меня, хоть и с трудом, и я сделал еще шаг.
Рывок! Магическая преграда осталась позади, и Вольгаст воскликнул:
– Оттар! Ты где?!
Он меня не видел. Для него я просто вошел в камень и исчез, а мои глаза не замечали никакого иллюзорного камня.