«Колонист»
В столице я оплатил номер в отеле и начал поиски Мари. Фамилию её новую я знал, найти удалось без труда. Дома её не оказалось. Обе старшие дочери и старший сын в гимназии учатся, и та с младшими детьми. Мари троих родила от нового мужа. Сейчас ушла на прогулку. Слуга подсказал куда. Мари девочка умная, она не только поместье в Подмосковье купила, между прочим оформила на себя, так и этот особняк в центре города. Той доли, что приходилась на неё, для этого хватило. Управляющего для имения наняла и, летом проводя там время, постоянно его проверяет, так что доход от имения шёл стабильный. Я прогулялся до снежных горок и вот нашёл её с младшей дочкой. Точнее младшая годовалая в кроватке дома, а тут средняя дочка и младший сын восьми лет. Его я пока не вижу, видимо на другой горке, а вот саму Мари вполне.
Мари с тревогой наблюдала за дочкой, как та скатилась вниз, когда я подошёл со спины и встал рядом, наблюдая за малышнёй.
– Здравствуй, Мари, – сказал я на филиппинском.
– Ох, Хан? – повернулась она ко мне с большими глазами на лице и с некоторым облегчением вздохнула, обнаружив, что рядом с ней стоит другой. Подросток по факту, но не знакомый.
– Хан, Хан, – подтвердил я. – Ты не ошиблась. Погиб я тогда на английском фрегате, взорвав его погреба, и вот очнулся в этом новом теле. Десять лет прошло. Рванул за вами, нашёл пещеру, откопал и понял, что вы спаслись. Искал в деревне, но её не стало, через год, как вы отплыли, её испанцы сожгли, а жителей увели в рабство. Я нашёл выжившего, тот и сказал, что вы отправились в Россию, вот и последовал за вами. В Танжере узнал, что вы с русскими уплыли. Ты не волнуйся, у мужа забирать тебя не буду, и остальных тоже. Это в том теле я был Ханом Соло, вашим мужем, сейчас моё имя Луи Соло. Я хочу продолжить общаться со своими детьми. Нужно будет сказать им, что я родной брат Хана, мол, отец у нас один, я в него пошёл, а Хан в мать. На мой взгляд хорошая идея, как ты на это смотришь?
Мари, выслушав меня, сделала шаг и судорожно меня обняла, заплакав. Что я отметил, женщин вокруг было много, как и слуг, и некоторые женщины, бросая на нас тревожные взгляды, поспешили к нам, видимо посчитав, что я чем-то расстроил Мари. Та сразу их успокоила, мол, родственник приехал, долго не видела. Мне же пояснила, что это офицерские жёны, они друг за друга держатся и помогают, тем более Мари приняли в свою среду, не сразу, но приняли. Дальше таская санки для Ольги, дочери Мари, мы и пообщались, я описал свои приключения, про то, как того английского лейтенанта встретил и всё от него узнал, тоже. В общем, рассказал, только про другие свои жизни не стал, но Мари, кажется, это поняла, она умная. Ведь вёл я себя как взрослый, а был подростком, это бросалось в глаза близким. Узнав, что я остановился в отеле, та категорично заявила, что я буду жить у них, за вещами слугу пошлёт. А пока на горках были, я расспросил, как та жила, как остальные девчата. Они для меня девчата даже сейчас, крепкие тридцатилетние кобылки.
История их мне была известна до Танжера, Мари описала с некоторыми подробностями и приключениями. В отличие от меня, жёны с пиратами встречались дважды. Оба раза ушли, используя скоростные качества джонки, не зря ведь, когда покупали судно, это было самым важным в ней. Приключений было множество, но и отдых они себе давали в пустых бухтах, поэтому путь до Танжера у них чуть ли не семь месяцев занял. А я за пять с половиной прошёл, при этом двигаясь по следу. В Танжере их действительно напряг ажиотаж среди местных мужчин, и помощь моряков с русского военного корабля женщины приняли с удовольствием. Шли те в Кронштадт, возвращались после выполнения задания. Очень удивились, что красавицы-филиппинки говорят на русском, узнали, что они жёны соотечественника со странным именем Хан Соло, отговорили от маршрута на Чёрное море и забрали с собой. Даже тайную операцию провели. Сами покинули порт ночью и джонку увели. На неё отправили офицера и пять матросов, теперь те вели судно следом за фрегатом. В пути и получилось так, что сначала две парочки образовались, а потом и ещё две. Свадьбы сыграли уже в столице, всё как полагается. С тех пор и живут в России, и Мари честно призналась, как бы ни тяжело было привыкать к местному суровому климату, но она счастлива, приближена ко двору. Пусть её внешность и внешность наших детей тут пока экзотичны, привыкла что на неё пялятся, всё равно нравится. Ассоль вышла замуж за гвардейского офицера, тот сейчас ротмистр, оба блистают во дворце. Живут они тут же в столице, и Мари собралась отправить слугу за Ассоль, чтобы прибыла на ужин. Мари ещё и с мужем своим обещала познакомить, тот проверяет свой корабль на зимней стоянке, но обещал к вечеру быть. И заново с родными детьми познакомит, но уже как их родного дядю. Хоть так.
Так вот, Мари проживает в столице с шестью детьми, трое от меня, трое от нового мужа, капитана первого ранга, командира линейного корабля Балтийского флота. Ассоль замужем за ротмистром лейб-гвардии, проживает тут же, фаворитка императрицы, у неё двое моих детей и двое от нового мужа. Тану живёт в Архангельске с мужем, тот там службу несёт. Ирия и Лана помещицы, стали ими после гибели мужей в разное время, так что теперь они вдовы морских офицеров, воспитывают своих детей. Каждая по ребёнку от новых мужей успели родить, но у Ланы отобрали его родители того офицера, что не одобряли брак с туземкой. Использовали связи и смогли это сделать. Вот такие дела, и при этом не сказать, что те несчастливы, четыре раза в год собираются в доме Мари и обмениваются новостями. В каждую смену года собираются, у них это традиция, последнюю я пропустил, опоздав. Насчёт Ланы, поколебавшись, Мари сказала, что получила от неё письмо, мол, та собралась снова замуж, приглашая на свадьбу летом. А сейчас же мы забрали детей, малышку Ольгу и Георгия, тот действительно на другой горке катался, и направились к дому Мари. На санях, они ожидали в стороне. На этих же санях я и за своими вещами съездил, пока Мари за Ассоль слугу отправила. Я же волновался, вскоре мне предстоит встреча с пятью моими детьми, стоит подготовиться, а то от волнения почему-то в пот бросает. А на общение с детьми у меня всего две недели времени. До столицы я добрался за полтора месяца, а ещё нужно обратно путь проделать. Поэтому и стоит иметь лимит времени ещё на две недели.
Вернувшись в дом Мари, я стал обустраиваться в комнате. А когда раздались звонкие детские голоса из прихожей, вышел. Там стояли трое моих детей, две дочки-близняшки, юные красавицы четырнадцати лет от роду, восточного типа, и сын десяти лет. Дочек я называл, Вероника и Мария, а сына – уже Мари, он после моей гибели родился. Хан Ханович Соло, вот как его звали. Богданов хотел удочерить и усыновить их, но Мари решила, что те должны носить фамилии отца, и муж отступил. Молодец она. Дети быстро познакомились со своим дядей, порадовавшись моему появлению, и приняли подарки, сыну я подарил пистолет отличной выделки, а девчатам дорогие украшения, чем тех до визга поразил. Умели они показывать свою радость. Подарки я заранее подготовил, ещё до встречи в Москве с тем морским офицером. Не зная, живы они или нет. Ну и по пути ещё докупил. Мальчикам оружие, воины растут, девочкам украшения. Всё верно. Мари свою долю тоже получила. Про детей Богданова не забыл, им игрушки и куклы.
Потом был ужин и встреча с Ассоль, которая подкатила на санях с нашими детьми. Тут та же история произошла, что ранее с нашими детьми и Мари. С Ассоль у нас были сыновья. Игорь и Михаил. Знакомились мы, общались активно, да так, что даже за столом звучали вопросы. И Вероника, когда мы перешли к десерту, вдруг спросила:
– Дядя Луи, а вы француз?
– Я этого и не скрывал. Я даже больше скажу, пару месяцев назад я добровольцем вступил в военный флот Франции, получив офицерское звание мичман. И даже знаю, на каком корабле буду служить, шлюп «Колонист». Мне дали отсрочку повидать родных, что я и делаю, и нужно будет вернуться обратно, вступить в свою должность на борту боевого корабля.