Полуночная Лили (ЛП)

Сидя на террасе и глядя в лес, со смутным намеком на надежду, пробегающую сквозь меня, я принял решение. Сегодня я собирался туда вернуться, я собирался найти ту девушку и разгадать тайну того, кем она была.
Час спустя, чувствуя ту же волнующую решимость, которую испытывал, когда впервые отправился на ее поиски, я вошел в чащу леса.
Стояла теплая пасмурная погода, и под густыми пологими деревьями было прохладно и туманно. Я шел, как мне казалось, тем же путем, что и в прошлый раз. Решив стряхнуть с себя страх и странное предчувствие от моего последнего путешествия в эти леса, я приложил все усилия, чтобы оценить красоту дикой природы вокруг, изучая гроздья грибов и гнезда птиц.
Для такого парня как я — родом со Среднего Запада, эти леса были новыми и необычными, и в течение первых нескольких часов я будто очутился в том затерянном месте детских приключений. Мальчишкой я бы полюбил этот лес — сооружая крепости из камней и палок, притворяясь исследователем. Тогда я был полон жизни, надежд и мечтаний, ведь так? Должно быть, так оно и было. Сейчас — я не мог понять этого чувства, но я знал, что был счастливым ребенком — мальчиком, который мечтал, что все возможно, и находил радость в простых вещах. Может быть, этого паренька пора было оплакивать? Потому что он ушел, и теперь его место занял беспутный мужчина, которым я стал.
Я позвал девушку, но с меньшим энтузиазмом. Прошло несколько часов, и я снова начал сомневаться в себе.
Я шел еще некоторое время, прежде чем решил окончательно сдаться и вернуться обратно. Мне становилось холодно, несмотря на теплую погоду за пределами этого густого леса, и я не взял подходящей одежды, недооценив падения температуры к вечеру. Я снова почувствовал недомогание. Мне нужна была доза. В ушах слегка звенело, а ощущения на коже казались странными, так было всегда, когда я какое-то время не принимал таблетки: как будто по мне пробегал электрический ток и меня знобило. Я ненавидел это. И я был разочарован, можно сказать, даже подавлен, потому что до сих пор не заметил и признака девушки.
Я двинулся обратно тем же путем, но внезапно осознал, что какое-то время иду по плоскогорью, а не в гору, как на днях. Тогда было достаточно легко определить правильное направление, потому что я просто спустился под гору и пошел обратно. Но теперь, оглядываясь по сторонам, я почувствовал, как внутри у меня все сжалось от беспокойства, когда раскат грома прорезал деревья.
— Черт, — пробормотал я.
Нет, я не мог заблудиться. Я отправился назад тем же путем, каким, как мне казалось, пришел, но почувствовал, что постоянно неуверенно оглядываюсь, а мое сердце бешено колотится в груди. Ветви раскачивались от нарастающего ветра, и внезапно молния пронеслась по небу, на короткое мгновение осветив лес жутким мерцающим белым светом.
А потом пошел дождь.
Приглушенный свет, пробивающийся сквозь деревья, потускнел. Темные облака двигались по сумеречному небу, окрашивая лес в серебристые оттенки серого.
Я вытащил мобильный телефон, пытаясь поймать сигнал, но это было бесполезно. Конечно, в этом густом лесу не могло быть никакой связи.
— Ты находишься у черта на куличиках, идиот, — пробормотал я себе под нос.
Я двигался быстрее, сражаясь с кустами ежевики, которая, казалось, протягивала свои ветви и хватала меня. Я уклонялся от них, цепляющихся за мою одежду, спотыкался о бревна и камни, которых не видел под ногами. Я падал не один раз, ощущая, как острые сосновые иглы и упавшая кора впиваются в мои руки.
— Бл*дь! — крикнул я, поднимаясь на ноги в очередной раз.
Я остановился и повернулся вокруг своей оси. О чем, черт возьми, я думал? Я уже пробовал это раньше, и у меня ничего не вышло. С чего я решил сунуться сюда снова?
Это произошло из-за нее.
Иногда я был таким тупым ублюдком.
Итак, теперь пришло время столкнуться с реальностью: я был один в лесу, без укрытия, во враждебной среде, которая уже взяла верх надо мной во многих отношениях, в том числе из-за гребаного ливня.
Находясь здесь, не имело значения, что на моем счете были миллионы долларов. Было не важно, что для одних я был суперзвездой, а для других — трагическим провалом. И было не важно, что у меня имелось кольцо Суперкубка или целый парк автомобилей.
 
Это все — не имело значения, потому что природе было наплевать.
И, честно говоря, для меня это тоже стало не важно. Ничто из этого не принесло мне счастья, ни капельки. И что оставалось делать, когда у тебя было все на свете, но ни одна чертова частичка этого не приносила тебе радости? Куда было деваться? Что должно было произойти, чтобы появилась хоть какая-то надежда?
Я перепробовал все… Черт возьми, абсолютно все. Я тяжело опустился на большой валун, уныло оглядываясь по сторонам и почти ничего не видя сквозь тяжелые завесы дождя. Я умру либо от переохлаждения, либо от того, что на меня нападет дикий кабан. А может, и хуже. Скорее всего, хуже. Я переживал о смерти, но не был уверен, что переживал ли о том, чтобы умереть самому. В смерти был покой. Тишина.
Я заблудился, мои руки были в крови и ссадинах, я задыхался, меня тошнило, и было так чертовски… грустно. Мне было так чертовски грустно. Я чувствовал себя раздетым догола, и все, что у меня оставалось — это страх и такая ужасная печаль. Подняв лицо к дождю, я почувствовал, как он смешивается с горячими слезами, текущими по моим щекам. Господи, теперь я еще и плачу? Этот лес обезоружил меня так, что я даже не хотел думать об этом, особенно сейчас, когда оказался таким одиноким неудачником.
— Ты заблудился? — послышался женский голос.
Я опустил испуганный взгляд и увидел, что рядом с деревом стоит она, наблюдая за мной. Ее волосы и одежда промокли от дождя, хотя она, казалось, этого не замечала. Как будто была создана по волшебству из комбинации моих собственных желаний и самой ночи.
Я долго колебался, просто глядя на нее и гадая, не была ли она сном. Ее слова постепенно проникали сквозь мою кожу, прямо в сердце, в душу.
— Да, — прошептал я. — Заблудился.
Она медленно кивнула, словно все поняла.
— Пойдем, — сказала она. — Я помогу тебе найти обратную дорогу.
Облегчение затопило мой организм так сильно, что у меня закружилась голова. Я поднялся на ноги и сделал шаг, изучая ее. Я подошел ближе. Ее волосы были очень темные, может быть, даже черные, хотя трудно было сказать наверняка, так как они промокли. Они были заплетены в косу и перекинуты через плечо. Свободные пряди выбились из прически и прилипли к щекам. А ее лицо, Боже, ее лицо.
Она была… прекрасна.
Какое-то мгновение я просто смотрел на нее. Была ли она настоящей? Ее белое платье прилипло к телу, демонстрируя изящные изгибы, на ногах были коричневые ботинки с выглядывающими из под них шерстяными носками, но никакой куртки не было.
— Разве тебе не холодно? — спросил я, дрожа телом и постукивая зубами.
Она улыбнулась, и ее лицо преобразилось от прекрасного в захватывающее дух, красота была почти сверхъестественной.
— Нет.
Я моргнул, удивляясь тому, как она появилась из тумана.
— Ты что, мечта? — Размышлял я вслух. — Или, может быть… призрак?
Она наклонила голову, пристально глядя на меня.
— Я не представляю, что могу быть чьей-то мечтой. Но призраком?
На мгновение она задумалась. Какая-то эмоция отразилась на ее лице, но я не смог понять, какая именно.
— Может быть, — прошептала она. — Да, пожалуй, — и с этими словами она повернулась и направилась в противоположную сторону.
Я хотел заговорить с ней, спросить, что она имела в виду, но мои зубы стучали так сильно, что я едва мог сформулировать мысль, а голова раскалывалась так, будто по моему черепу стучали молотком. Поэтому вместо этого я сосредоточился на ее виде сзади и сладком изгибе ее попки под мокрым платьем, когда она уверенно и быстро шагала через лес, выводя меня из темноты в белое сияние луны. Дождь утих, а затем совсем прекратился. Ночные птицы, казалось, оживали вокруг нас, пока мы шли.