Разрушение Дьявольского Акра (ЛП)
— Нет, если мы найдем, чем её убить. — Она подошла к шкафчику с припасами и открыла дверцу, оторвав с полки аккуратно сложенное спасательное снаряжение. Продовольствие и медикаменты. Ничего смертоносного.
— Здесь нет никакого оружия. Я посмотрела.
Она все равно рылась в шкафчике, с грохотом сгребая на пол полку с консервами.
— В гараже хранилось оружие на съезд НРА. Как их может не быть в бункере для выживания твоего дедушки.
— Не знаю, но его нет.
Я пошел помочь ей, хотя и знал, что это бессмысленно. Я отодвинул в сторону стопку журналов миссий, инструкций по процедурам и других книг, чтобы заглянуть за них.
— Какого черта. — обыскав каждый угол шкафчика, она повернулась к нему спиной и швырнула банку бобов на пол. — Как скажешь. Мы все равно не можем оставаться здесь. С тех пор как мы вернулись со двора, она держалась на удивление спокойно, но теперь в ее голосе снова зазвучала паника.
— Дай мне минутку, — сказал я. — Мне нужно подумать.
Я плюхнулся во качающееся кресло. Конечно, был и другой выход: через второй туннель, наверх, дом на другой стороне бункера, где в гараже ждал дедушкин белый «шевроле-каприс». Со стороны, может быть, пустота — выбежит наружу, как только услышит мотор «каприса», и убьет нас прежде, чем мы успеем выехать с подъездной дорожки. Более того, возможно, я еще не был готов к слепому порыву и совершенному исполнению, которое требовалось для такого побега.
Казалось, в доме кто-то стучит отбойным молотком.
— Может, ей станет скучно и она уйдет, — полушутя сказал я.
— Она никуда не пойдет, разве что за подкреплением. — Она начала расхаживать по узкому полу. — Наверное, он сейчас вызывает подкрепление.
— Не думаю, что в пустотах есть телефоны. Или им нужно подкрепление.
— Что она здесь делает? Почему в доме твоего деда поселились тварь и пустота?
— Очевидно, они ждали нас, — сказал я. — Или ожидал кого-то.
Она прислонилась к двухъярусной кровати, нахмурившись и расстроенная.
— Я думала, что Марнау был последним не пойманных тварей. И почти все пустоты были мертвы.
— Имбрины сказали, что некоторые еще прячутся. Может быть, их было больше, чем они думали.
— Ну, они больше не прячутся. По крайней мере, эти двое нет. А это значит, что кто-то призвал их на службу. Что означает…
— Мы этого не знаем, — сказал я, не желая следовать этой линии рассуждений. — Мы ничего не знаем.
Она расправила плечи.
— Каул вернулся, не так ли? Марнау это удалось. Привел его оттуда… где бы он ни был.
Я отрицательно покачал головой. Не мог встретиться с ней взглядом.
— Я не знаю. Может быть.
Ее спина скользнула вниз по столбику кровати, пока она не села на пол, прижав колени к груди.
— Я чувствовала его, — сказала она. — Прямо перед тем, как я потеряла сознание. Это было похоже… словно ледяное покрывало накрыло меня.
И я увидел его. Увидел его лицо в самом сердце бури. Но все же я сказал: «Мы просто не знаем», — потому что не мог быть уверен и потому что не хотел признавать, что такая ужасная вещь была правдой, пока правда не стала неизбежной.
Она склонила голову набок, словно ей только что что-то пришло в голову, потом вскочила и полезла в карман.
— Я нашла это в руке Ви, когда заворачивала ее. Должно быть, она держала его в руках, когда умирала.
Я встал, и она протянула мне руку. Она держала в руках что-то похожее на поврежденный секундомер. На нем не было ни стрелок, ни цифр. Вокруг циферблата виднелись странные символы и что-то похожее на рунические буквы, а стеклянный циферблат был потрескавшимся и частично закопченным, как будто его бросили в огонь. Я взял его у нее и удивился его весу. На обороте, по-английски, стояла печать:
ТОЛЬКО ОДНОКРАТНОЕ ИСПОЛЬЗОВАНИЕ. 5 МИНУТ ОБРАТНОГО ОТСЧЕТА.
СДЕЛАНО В ВОСТОЧНОЙ ГЕРМАНИИ.
— Кнопка катапультирования, — тихо сказал я, благоговейный трепет охватил меня.
— Должно быть, он был у нее в кармане, когда мы пришли, — сказала Нур. — Может быть, она знала, что за ней что-то придет.
Я кивнул.
— А может, она всегда носила его с собой. Чтобы она была готова сбежать в любой момент.
«Как беглец», — с грустью подумал я.
— Но это не сработало достаточно быстро. Здесь написано: «Обратный отсчет пять минут». Даже если бы она нажала на кнопку в ту же секунду, как вошел Марнау.
Нур смотрела мимо меня, на стену, в никуда.
— Достаточно быстро, чтобы спасти нас, — сказал я. — Но слишком медленно, чтобы спасти себя. — я вернул ей секундомер. — Мне очень жаль.
Она судорожно вздохнула, успокоилась и покачала головой.
— В этом нет никакого смысла. Она была подготовлена. У нее было все спланировано. И у нее были годы, чтобы обдумать вторжение. У нее были часы с эжектором. Дом, полный оружия. Да, она была застигнута врасплох — благодаря мне, — но держу пари, у нее был план и на этот счет.
— Нур, Марнау выстрелил ей в грудь. Как ты объяснишь это?
— Она позволила этому случиться. Я же тебе говорю. Если бы ей удалось выпрыгнуть из окна или что-то в этом роде, следующим его шагом было бы убить одного из нас, а затем использовать другого в качестве заложника. Поэтому она позволила ему застрелить себя.
— Но ее собственное сердце было в списке ингредиентов воскрешения Бентама. Она должна была это знать. Я думаю, что именно по этой причине она заперлась в этой петле — чтобы твари не украли ее сердце. Позволить Марнау убить ее, чтобы спасти нас, означало бы подвергнуть опасности всех.
— Мы должны были остановить его, — она большим пальцем стерла пятно с секундомера. — Но мы потерпели неудачу.
Я начал было возражать, но она оборвала меня.
— Послушай, это бессмысленно. Ничего не остается, как предупредить остальных. Мы должны вернуться в Дьявольский Акр и рассказать им, что случилось. И довольно скоро.
Наконец-то. То, о чем мы могли смогли договориться.
— Думаю, я знаю, как это сделать, — сказал я. — На заднем дворе дома моих родителей есть карманная петля. Он соединяется непосредственно с Пенпетлеконом, внутри Акра. Это на другом конце города.
— Тогда нам надо идти.
— Если она еще работает, — добавил я.
— Думаю, мы это выясним.
От перископа донесся громкий металлический скрип. Он внезапно завертелся на своей трубе, затем рванулся вверх и ударился о потолок. Мы нырнули в сторону, когда осколки стекла разлетелись по полу.
— Вот вам и наша система наблюдения, — сказала Нур.
— Она в бешенстве. И она никуда не денется.
— Мы просто должны рискнуть.
— Мы можем позволить себе рисковать своими жизнями, — сказал я. — Но если Каул действительно вернулся, мы не можем это сделать.
— Да ладно тебе…
— Нет, выслушай меня. Если в этом пророчестве есть хоть капля правды — а сейчас, я думаю, мы должны в это верить, — то ты — наша лучшая надежда. Может быть, единственная надежда.
— Ты имеешь в виду семерку. — она нахмурилась. — Я и еще шестеро. Ведь никто даже не знает, что они…
— Теперь ты жива, и я должен позаботиться о твоей безопасности. Ви пожертвовала собой не только для того, чтобы ты могла оказаться в желудке пустоты. Не знаю, как долго мы были без сознания. По крайней мере, несколько часов, а может, и дольше. Так что, пожалуйста, подожди еще пару минут, и давай посмотрим, не надоест ли этому мудаку жевать дерн. Тогда мы сделаем наш ход.
Она скрестила руки на груди.
— Прекрасно. Но должен же быть какой-то способ предупредить остальных, пока мы ждем. Здесь есть телефон? Радио? — она оглядела комнату. — Что это за штука у тебя за спиной?
Она говорила о телепринтере.
— Он устарел, — сказал я. — Ему место в музее.
— Он может связаться с внешним миром?
— Больше нет, не думаю. Они использовали их, чтобы говорить с другими петлями, но они не были достаточно безопасны…
— Стоит попробовать. — Нур села во вращающееся кресло и потянулся к клавиатуре, которая выглядела так, словно ее отпилили от старого факса. — Как мне его включить?