Deadушка (СИ)

— Какая красота, — я одобрительно кивнул. — Эх, жаль что финансы поют романсы. Что хотите за Светку тридцать шестую?
— О, а я смотрю, вы кое-что понимаете, — хитро прищурился мужчина, снимая со стены винтовку и показывая ее с рук. — Превосходный образец, в комплекте к винтовке пять магазинов на двадвать патронов и три магазина на десять. Все еще в оружейном масле, целочка, порохом не целованная. Без раковинок и заедов. Хранилась бережно и с любовью. И вся эта секс-бомба оружейного производства, всего за жалкие полторы сотни продовольственных таллонов!
— Продталлоны? Это что-то новенькое, — усмехнулся я, поглаживая седую бороду. — А не подскажешь, на что смениваются?
— Да все просто, уважаемый. Вон, где кассы были пригородные, сидит квартирмейстер, или по-нашему, старшина. Вот к нему тащишь все что можно, он и меняет на таллоны, если его это заинтересует, — добродушно улыбнулся торговец.
— Благодарю, буду знать, — кивнул я и решил сходить до менялы, заодно глянуть, что же там такое в ходу нынче.
Кассы переоборудовали в настоящую огневую точку. Из трех окон, только центральное было открыто, два боковых представляли из себя пулеметные позиции. Рядом так же дежурила парочка ополченцев.
Там где раньше висела информация по билетам и проездным, нынче расположился список особо востребованных товаров. А именно: батарейки и аккумы, сигареты, алкоголь, консервированная и «сухая» еда, оружие и патроны, лекарства и медикаменты.
Цен на все это нет. Видимо зависит от прихоти старшины и обьемов привезенного. Однако, переговорить с квартирмейстером мне так и не дали.
— Старый, — окликнул меня прапорщик, тот что обычно выступал секретарем Престнякова. — Группа готова, вас ждут на парковке.
Согласно кивнув, отправился к этому отряду самоубийц. Даже интересно, что же там за фрукты, раз им не хватило полутора суток и потребовалось еще два с половиной часа на доподготовку…
  
Глава 25. Команда мечты
 
Тревога Феди быстро передалась и мне. Команда собралась воистину героическая.
У микроавтобуса с гордой надписью «ХЛЕБ» на перевернутых ящиках сидели представители элиты разведки. Навскидку я определил всего двоих, в смысле по их специализациям, остальные же были для меня, как темный лес.
Механик-водитель в черной танковой спецовке и явно не особо трезвом состоянии. Практически двухнедельная щетина, свежий синяк чуть ниже левого глаза и сечка на переносице. Он сидел ближе всех к машине и мирно похмелялся баночкой пива, то и дело прикладывая холодную жестянку к голове.
— Горелый, ну как ты? — суетился рядом отрядный медик.
Его можно было определить по белой повязке с красным крестом, натянутой на рукав синей спортивной куртки. Через плечо у него перекинута стандартная сумка медицинская, санитарная, она же пресловутая СМСка. Абсолютно бесполезная штука для полей, особенно если учесть, что все содержимое морально устарело еще сотню лет назад.
— Жить буду, — отозвался танкист и вяло усмехнулся. — Правда, явно не долго. Во, гляди, какой партизан.
Мда, из всей группы на военного хоть как-то походил только я. Остальные пятеро представляли из себя бомжей-спортсменов. Заросшие неухоженными бородами, грязные и неопрятные вахабиты в спортивно-походных костюмах.
Медик в лёгкой, синей, то ли ветровке, то ли бегунке, накинутой к черным треникам. Два стрелка, что были похожи друг на друга, с разницей лет эдак в пять, одеты в легкие «горки» первых версий. Ну а взрывотехник… Попросту неописуем. Это самый настоящий нохчи. Кавказец, укутавшийся в какую-то бекешу, спокойно покуривал небольшой кальян.
— Здравы буде, мужики, — поприветствовал я всех. — Ну что, все готовы? Будем знакомы, позывной «Старый», авиаинженер.
— Шахид, — удовлетворительно кивнул кавказец. — Бывший командир отделения разминирования. Ныне просто пиротехник.
— Горелый, — представился мехвод и в очередной раз придожился к пиву. — Буду вашим водилой. Трезвым по тем местам не поеду из принципа. А вот это медицинское недоразумение: Аскорбин. Пацан ещё, только медучилище окончил, так что как фельдшер он так себе. Если что, я вместо него вытаскивать буду.
 
— Типа битый волчара? — я еле сдержал усмешку, глядя на молодого пацана лет двадцати.
Действительно, на полноценного медика он никак не тянул.
— Типа того, — согласно кивнул Горелый, отставляя пустую банку. — В прикрытии у нас Ястреб и Сокол. Я, негласно командир группы. Майор, ты может и старше по званию, но если хочешь выжить, то слушаешь мои команды. Кстати как вояка зря вырядился. Там, куда мы пойдем, могут быть недобитки из подразделений противника, не говоря уже о загульных бэхах с экипажем.
— Понятно, я смотрю, вы без оружия пойдете? — вяло улыбнулся я, уже осознав, насколько зелёные сопляки мне попались.
— За дураков нас не держи, — фыркнул мехвод, поднимаясь с места. — Ладно, мужики, грузимся.
«А вы и есть дураки,» — мысленно ответил я и тяжко вздохнул.
В жизни каждого военного, диванного партизана, подпивасного тактикульщика и просто любителя кричать, что разведка бессмертна, есть четыре основных этапа.
Первый, на котором остаются многие. Когда камуфляж считается крутым просто потому что это камуфляж и носится как рабочая одежда, без подбора под местность. Не важно, это военные которые получили уставной комплект и таскают его или партизан выходного дня, вышедший в осенний лес в своем любимом мультикаме.
Второй, на котором зависли эти якобы «профи». Когда камуфляж перестает быть крутым и уступает место более дешёвым и удобным вещам. Как правило, это околоспортивная, или туристическая одежда. Никакого единообразия в форме, полный разброд, зато удобно. Правда это удобство полностью превращается в лютый дискомфорт, если уйти в рейд с активными боевыми действиями хотя бы на недельку.
Третий, на котором нахожусь я. Под каждую задачу подбирается своя экипировка. Если выход в лес, то одно снаряжение. Просто бродить по городу, не привлекая внимания, другой комплект.
В общем на любую задачу, свой инструмент и экипировка. Если провести аналогию, то можно сравнить с молотками: Обычный столярный — универсален, но обувь лучше подбивать обувным, а стены пробивать кувалдой.
Четвертый этап пока что находится за гранью моего понимания, но я знаю, что он есть. Возможно там универсальный минимум. Впрочем, это лишь мое представление, основанное на понимании, степеней познания медицины. Там так же, сначала ты покупаешь кучу говна по советам людей и рекламы, а затем, изучаешь фармацевтику и понимаешь, что куда важнее действующее вещество.
И вот уже в твоей аптечке вместо тонны разных таблеток и мазей, лежит лишь пара блисстеров и тюбик какого-нибудь Заживита, или Левосина.
— Все сели? — спросил Горелый, надевая кожаные перчатки для вождения.
— Да, — негромко отозвался я, последним забираясь в салон и закрывая дверь микроавтобуса.
Расположившись в самом конце, я принялся быстро снаряжать магазины к Валу, попутно поглядывая на сопровождение.
Шахид скинул свой полушубок, под которым оказался обычный рабочий комбез темного цвета, с множеством карманов. Ко всему прочему, у него в ногах стоял огроменный вещмешок, с примотанным к бочине укороченным автоматом Калашникова.
Двое стрелков везли с собой такие же сидоры, только облегченные. Вооружены «веслами», то есть, обычными АК-74, с фиксированным прикладом, фурнитура полностью деревянная. Где только такой раритет откопали, ума не приложу.
Чем снаряжены Горелый и Аскорбин, видно не было, они сидят спереди.
Ну что, судя по всему выходило, что эти якобы опытные волчары, не относятся к ополчению. Те до сих пор бегают вооруженные доисторическим дерьмом, по типу карабинов и винтовок, а значит регуляры, или бывшие контрактники. В то, что нохча действительно является сапером, я не верил. Скорее любитель, знающий как вкручивать взрыватель и что на минах прыгать не стоит.