Свет на вершине (СИ)

Кристина, услышав про воина, закашлялась. Я же ограничился тем, что приподнял брови. Переспросил:
— Воина? — переспросил я. — В моей одежде? — Подумал несколько секунд и выдал предположение: — То есть, в белой рубашке? — коснулся воротника.
Витман нахмурился:
— Нет, об этом речь не шла.
— А о чём же она шла?
— О том костюме, за эскиз которого в прошлом году мсье Карден отвалил роду Барятинских весьма неплохую сумму. Модель, по которой великосветская молодежь сходит с ума вот уже год. Не удивлюсь, если этот костюм появился в гардеробе каждого аристократа старше пятнадцати и моложе двадцати пяти лет.
— В таком случае, как можно утверждать, что этот костюм — именно моя одежда? — Я подался вперёд, изображая крайнюю степень заинтересованности.
Витман понял, что попал впросак. Конечно, этот хитрый жук давно меня подозревает чёрт знает в чём. Однако сейчас максимум, чего может добиться, это заставить меня выдать себя какой-то непроизвольной реакцией. Я ему этого подарка не вручил.
Витман, Витман… Да разве ж бывалого подпольщика так легко одолеть?
— С уверенностью утверждать не берусь, — потупился Витман. — Но все в один голос говорят, что одежда была похожа на ту, что носит молодой князь Барятинский. Что-то вроде военной формы, однако неизвестного фасона.
— И воин в этой форме неизвестного фасона всех спас, — повторил я слова Витмана. — Надо же. Очень интересно.
— Сами-то вы что помните? — поменял предмет беседы Витман.
Я притворился задумавшимся. Да и на самом деле в этот момент лихорадочно перебирал в голове варианты развития событий.
Можно, конечно, просто уйти в глухое враньё. Сказать, что ничего не помню. Это — Изнанка, про неё никто ничего не знает, во лжи меня не уличат.
С другой стороны, Юнг, например, в Изнанке разбирался весьма и весьма. А если разбирался он, то наивно предполагать, будто Тайная канцелярия совершенно не в курсе вопроса.
К тому же, мы вроде как общее дело делаем, и имеющиеся у меня сведения могут натолкнуть Витмана на какую-нибудь ценную мысль…
Нет, лучше уж придерживаться старого доброго метода: добавь в правду щепотку лжи, и комар носа не подточит.
— Помню Изнанку, — сказал я. — С тех пор, как мы с Кристиной там побывали, ничего особо не изменилось. Порталом я перенёс туда всех людей, которые составляли колосса, и, соответственно, Тьму. Тьма превратилась в живого мертвеца, почти скелета. Её это очень удивило, но потом она вроде освоилась и принялась рассказывать, как мне её не победить. Обычная история.
— Так. Дальше? — Витман сверлил меня взглядом.
— Дальше я не стал вступать в дискуссии. Мне показалось более приоритетным вывести людей с Изнанки, всё же это — место, для человека не предназначенное. Кто знает, как она может повлиять на обывателя, который даже с магией не знается. И я пошёл к людям.
— А Тьма просто стояла и смотрела вам вслед?
— Нет. На неё напали твари Изнанки. Ну, или сама Изнанка, чёрт их разберёт.
— Я помню этих тварей, — вставила свои пять копеек Кристина. — В прошлый раз мы еле от них отбились… И когда появился Юнг, твари сразу переключились на него. Видимо, они реагируют на самый большой кусок го… — Тут Кристина осеклась, чуть подумала и выкрутилась: — … горячего пирога. А может, им в принципе не нравится Тьма как таковая.
— Вот и в этот раз людей они не тронули, — кивнул я. — Зато на мертвеца налетели как следует.
— Уничтожили его? — продолжал допрос Витман.
— Не знаю. Когда мы уходили, битва ещё продолжалась.
— Как именно вы ушли?
— Я призвал…
— Ворону!
— Ворону? — Я с изумлением поглядел на Витмана.
— Ну да. Люди вспоминали ворону, — улыбнулся тот. Прямо как хищник, глядящий на жертву.
Я несколько раз моргнул. Потом чуть закатил глаза, будто припоминая:
— Н-нет, постойте… Какая ворона? Я призвал своего фамильяра, чайку. И он нас вытащил. Надорвался, сейчас с ним работает Клавдия Тимофеевна. Какая может быть ворона? Эти люди что-то путают.
— Все сразу?
— Да что вы ко мне пристали с вашими воронами? — возмутился я. — Лично я никаких ворон не видел. Воинов в моей одежде, кстати, тоже. Впрочем, это всё, конечно, интересно… Может быть, допросим людей ещё раз?
 
Витман тяжело вздохнул и откинулся на спинку стула.
— Их уже допросили всеми доступными методами. В том числе магическими.
— И? — развёл я руками.
— Всё как обычно. Если десять человек смотрели на одно и то же — каждый видел своё. Кто-то действительно вспоминает мужчину с вашей прической, к которому прилетал ворон. Кто-то — странного воина в непонятной одежде. Люди были напуганы, в панике. Да ещё воображение дорисовало… Увиденные события ведь не хранятся в голове в неизменном виде. Это всегда — интерпретация.
— А меня самого никто не видел? — уточнил я.
— Кто-то видел и вас, — нехотя признал Витман.
Тут я изобразил лёгкую сердитость:
— Ну так и какого дьявола вы на меня напустились? Как будто я должен в чём-то признаться, что от вас скрываю! Если какие-то впечатлительные барышни увидели во мне нездешнего воина — это их проблемы, а не мои. Всё, что сделал я — призвал Джонатана и попросил вытащить нас. Слава богу, у него получилось. И вот мы сейчас здесь. Пьём. — Я грустно потрогал кружку с кисловатой субстанцией. — А он…
— Будем надеяться на искусство госпожи Вербицкой, — поспешно сказал Витман. — Уверен, что она поможет вашей птице.
Я кивнул. И вспомнил:
— Кстати. Не успел вам сказать: перед самой помолвкой великой княжны Мурашиха прислала мне записку. Написала, что видела чей-то конец.
— Чего? — Витман поперхнулся воздухом и закашлялся.
— Что написала, то и передаю. Просит заехать. Думаю, нам стоит посетить её всем вместе. Только сначала я дождусь вестей о Джонатане.
Я вдруг поймал красноречивый взгляд Кристины. Она промолчала почти весь «допрос», учиненный её отцом, и теперь я понял, почему.
Девочка изрядно перетрусила. И, возможно, только сейчас поняла, почему я её столь категорически не взял с собой в Изнанку. Ведь если бы со мной была она, то рядом со взрослым воином с глазами и причёской Кости Барятинского стояла бы женщина в кольчуге. И от такого дуплета отмахаться было бы уже гораздо сложнее.
Хотя, конечно, на самом деле я Кристину не взял, потому что у меня не было ни малейшей уверенности, что смогу вернуться. А оставлять мир сразу без двух сильных бойцов — глупо. Ну и… Ну да, чёрт возьми, я просто не хотел лишний раз подвергать Кристину опасности!
Улыбнувшись ей, я перевёл взгляд на Витмана. Тот как раз переварил новую порцию информации и приготовился к дальнейшему конструктивному разговору.
— Ну и как вы расцениваете Изнанку, капитан? Я имею в виду, в качестве оружия против Тьмы.
— Ну как вам сказать… — Я потянулся за кружкой. — И да, и нет. С одной стороны, мне всё понравилось. С другой стороны, я не знаю, что там сейчас происходит. Уничтожила Изнанка этого скелета? Или битва до сих пор продолжается? Или скелет победил Изнанку и сейчас, с возросшими в миллион раз силами, прорвётся сюда?
— Н-да, нюанс, — буркнул Витман.
  
Глава 7
 
Я кивнул.
— И не единственный нюанс, прошу заметить. Слова Тьмы — так себе источник информации, но всё же. Скелет сказал, что вся Тьма в целом порвёт Изнанку одним своим количеством. И тут я склонен ему верить. Потому что Изнанка всё же не может быть больше нашего мира. А Тьма… Ну, эта тварь, похоже, сожрала не один мир, прежде чем добралась до нас. Так что мы поймали в капкан одну её лапу — и на том спасибо.
Витман кивнул, совсем погрустнев.
— А самое скверное, — выложил я последний горький козырь, — заключается в том, что у нас нет рабочей технологии по выходу с Изнанки. В первый раз мы с Кристиной чудом выскочили через портал, который остался от Юнга. Если бы этот старательный негодяй не пришёл добивать нас лично — вероятнее всего, там бы и остались. Но он, видимо, был о нас слишком высокого мнения. Решил подстраховаться и прос… проигрался вчистую. Джонатан, как показала практика, тоже может вытаскивать людей с Изнанки. Но готов поклясться, что больше я его так делать не заставлю. Это чистой воды самоубийство.