Рюрик. Сын Годолюба (СИ)

Выходит, ярл Вирингена еще поживет… И свой обет ему придется исполнить!
  
Эпилог.
 
Рад приветствовать вас, дорогой читатель, в эпилоге романа. По большому счету эта книга написана именно для вас – и я очень рад, что вы вместе со мной прошли тернистыми тропами жизненного пути Рюрика, сына Годолюба…
Безусловно, «норманнская теория» происхождения княжеской династии была политически выгодна государям (и государыням) из рода Романовых в тот период времени, когда правила, к примеру, природная немка Екатерина Вторая, урожденная принцесса София Августа Фредерика Ангальт-Цербстская. Не стоит также забывать, что ее супруг Петр Третий при рождении был наречен Карлом Петером Ульрихом – и если по матери он Романов (внук императора Петра Первого), то по отцу уже герцог Гольштейн-Готторпский и родственник «того самого» шведского короля Карла Двенадцатого, потерпевшего поражение при Полтаве.
В сущности, будущий «Петр Третий» имел реальные шансы стать не только русским императором, но и шведским королем… Соответственно, его сын Павел был по крови лишь на четверть Романов – а на три четверти немец. Стоит ли раскрыть родословную дальше? Думаю, все же стоит – ибо супруга Павла Мария Федоровна была урожденной принцессой Вюртембергской, Софией Марией Доротеей Августой Луизой.
Таким образом, русский император Александр Первый, сумевший выиграть борьбу с Наполеоном – и в годы Отечественной войны ставший действительно народным лидером (я говорю сейчас именно о духовном единении с народом)… Таким образом Александр Первый является «Романовым» по крови только на одну восьмую.
Ну и не стоит забывать, что женился он на Луизе Марии Августе Баденской…
Ну вот как в таких обстоятельствах не сделать Рюрика «норманном» на страницах вышедшей в царствие Александр Первого «Истории Государства Российского»?! Даже если допустить, что не было заказа сверху – как Карамзину в подобной ситуации не «угодить» правящей династии? Особенно, если он рассчитывал на «хорошие тиражи и солидный гонорар», выражаясь современным языком?
Безусловно, я могу быть неправ в оценке деятельности Николая Михайловича – и я вполне лояльно отношусь к династии Романовых, пусть и щедро разбавленной немецкой кровью. В конце концов, человека определяет не происхождение и родословная, а поступки – и гораздо важнее его генетики есть его убеждения и воспитание. Его дух и душа, в конце-то концов! Так вот, будучи по большей части немцами по крови, в душе Романовы были именно русскими.
Как кажется, по древней еще формуле «русский – значит православный»…
И, тем не менее, нельзя отрицать того факта, что история есть наука чрезвычайно политизированная, ее «пишет победитель» – иными словами, историю вполне могут переписать в зависимости от политического строя и его смены. Как государь Николай Второй стал объектом всеобщих нападок после победы революции, так и Иосиф Виссарионович был щедро облит грязью после падения СССР… Как впрочем, и после смерти своими же сподвижниками.
Далековато ушел – но приведенные мной примеры необходимы для понимания механизмов переписывания истории. В том числе и современных нам попыток исказить ее в трудах историков-популистов и авторов жанра «альтернативной истории»… А «норманнское» происхождение основателя древней Руси является, в сущности, фундаментом давно уже устоявшегося преклонения перед западом - и навязываемым русскому народу чуждым ценностям.
Итак, возвращаемся к Рюрику. Упоминание о том, что его отцом был славянский князь Годолюб из племени ободритов, я впервые встретил у Валерия Шамбарова в его труде «Воины языческой Руси». Безусловно, Валерия Евгеньевича можно обвинить в том, что он не профессиональный историк по образованию. Но неужели каждый школьный учитель истории (профессионал – ибо и учился, и основная профессия) способен написать качественную публицистику?! А Валерий Евгеньевич очень хорош как писатель-публицист, рассказывающий историю живым и понятным языком. После его книг Родину начинаешь любить сильнее, сильнее гордишься предками и сопереживаешь им… Безусловно, я не могу утверждать, что версия Валерия Шамбарова есть истина в последней ипостаси – но я точно рекомендую ознакомиться с его трудами хотя бы как точкой зрения.
  
И естественно, версия Валерия Евгеньевича относительно отцовства Годолюба нашла у меня исключительно живой интерес и внутренний отклик.
Так вот, теория «Годолюб – отец Рюрика» действительно имеет место быть, это не выдумка Валерия Шамбарова. Также, как и теория родства Рюрика с «новгородским посадником» Гостомыслом через дочь его Умилу. Да кто-то утверждает, что обе теории не имеют исторического основания и были выдуманы позже – но смысл-то в том, что иных, более достоверных версий все равно нет. А эти теории дают не только пищу для размышления, они исторически возможны.
К примеру – между Велиградом (Рериком, как его называли даны) и Ладогой существовало торговое сообщение, что подтверждено археологическими находками у современного Гросс-Штрёмкедорфа (ладожская керамика). А раз есть торговая связь, то почему бы не навести и дипломатических мостов? Учитывая, что лидер северо-восточных славян был крайне заинтересован в поисках союзников против свеев (шведских викингов)…
Также археологически подтверждается факт присутствия скандинавов в Ладоге (Альдейгьюборге) и у современного Новгорода (Хольмгарда) во второй половине восьмого века – как и их столкновения со словенами. В свою очередь, последние не смогли бы справиться с морскими (и речными) разбойниками без определенной централизации! О чем и свидетельствует возникновение так называемого «Русского каганата»… Кстати, сам титул «каган» был лучше известен восточным славянам за счет близости Хазарского или Аварского каганатов. И летописный Гостомысл вполне мог быть лидером этого государственного образования – выдавая своих дочерей за возможных союзников.
И тут славянский князь Годолюб из племенного союза ободритов, в начале девятого века вышедшего на пик своей мощи, вполне подходит для создания как брачного, так и политического союза.
Но также известно, что уже в 808 году от Рождества Христова Велиград был взят данами, Годолюб повешен; пропадает из поля зрения летописцев и Умила Новгородская (Ладожская). Думаю, что она погибла при штурме града – ведь сохрани дочь Гостомысла жизнь, то она наверняка бы искала возможности вернуться в Новгород, к отцу. Разве не так? В конце концов, славянское население не истребили, а вывезли в датский Хедебю, получивший сильный толчок к развитию за счет купцов и ремесленников ободритов. Следовательно, плененная Умила могла послать отцу весточку с кем из купцов, чтобы дал за нее и внука выкуп…
Но нет. Рюрик впервые побывает в «Гардарике» лишь после смерти всех своих родичей – потомков Гостомысла по мужской линии. Зато в Хедебю около 810 года вдруг появляется Рёрик, представитель династии Скьёльдунгов «неустановленного» происхождения – он то ли племянник, то ли брат, то ли даже сын Харальда Клака! Очевидно, что мальчик был усыновлен – а вот каким образом все это могло произойти, я и описал в романе…
Рада, безусловно, выдуманный персонаж – но это не значит, что помимо трех сыновей у князя ободритов Вышана не могло быть также и дочерей, не упомянутых в трудах хронистов. Вполне себе нормальная практика и для более позднего времени – к примеру, у князя Владимира Красное Солнышко не установлены имена пятерых дочерей. Но почему именно сестра Годолюба, а не его жена, взятая в наложницы Харальдом? Так ведь Рёрика чаще всего называли именно племянником – а чтобы быть братом Харальда Клака по крови, он слишком юн. Соответственно, влюбившись в сестру славянского князя и приняв ее в свою семью, он также мог принять и ее племянника.
К сожалению, я не стал делать Раду датской королевой, несмотря на тот факт, что про жену Харальда известно крайне мало. Да и скандинавская аристократия роднилась с западными славянами, это событие не из ряда вон. К примеру, супруга Ярослава Мудрого Ингигерда является дочкой свейского конунга Олафа Шётконунга и Астрид «Ободритской», славянской «принцессой»… Но все же хроники упоминают имя лишь одного сына Харальда, Готфрида – и родился тот около 820 года, то есть спустя двенадцать лет после «знакомства» с Радой. Очевидно, что у них наверняка бы родились и еще дети, и родились бы раньше, если бы сестра Годолюба не умерла…