Будни и праздники (СИ)

Не так, как он выбивал Коннора, когда легковесный, по сравнению с ним, мальчишка от его удара, его силой подброшенный, даже взвивался в воздух. А так, как будто его катапультировало со спортивной площадки Колра. 
Чёрный дракон неуверенно шагнул в сторону падения взрослого эльфа…
Вот теперь Коннор стоял на ристалище чуть ссутулившись. Даже издалека видно было, как часто и тяжело двигается его грудная клетка, как быстро высыхает на его лице кровь, бежавшая до сих пор из его рта.
Не отрывавший от него взгляда, мальчишка-друид прочитал по изломанному движению его губ: 
- Продолжаем?
Колр, склонившийся над эльфом, оглянулся и пожал плечами. 
Быстро переместившись от яблони к крепчугу, Кадм всё пытался рассмотреть, в каком состоянии находится Трисмегист. И оцепенел: лежавший в не самой удобной позе эльф трясся от смеха. 
Коннор, будучи на ристалище, прошёл несколько шагов и увидел то же самое. Но не удивился, а будто получил некое разрешение – и присел на краю площадки, продолжая спокойно поглядывать на Трисмегиста, одновременно вытирая и промокая лицо от крови краем рубахи. 
Вот эльфу чёрный дракон помог подняться. Кажется, он спросил у Трисмегиста, куда его отвести. Тот что-то ответил, и Колр осторожно посадил его рядом с Коннором.
Ничего не понимающий Кадм следил за всеми тремя… заговорщиками, что ли? – и жалел только об одном: нельзя спросить своего юного учителя, что же происходит.
Два бойца, не глядя друг на друга, посидели немного, а потом, как по сигналу, переглянулись. Пауза. Трисмегист протянул Коннору руку. Мальчишка-некромант без промедления пожал ему ладонь. А потом встал и сразу пошёл по садовой тропе к Тёплой Норе. Трисмегист остался сидеть. Рядом с ним примостился чёрный дракон. Но не заговорили, просто сидели и смотрели вслед Коннору.
Кадм же сориентировался быстро и заставил ветер нести себя к спортивной площадке Коннора. Обогнал и принялся ждать. 
Коннор вышел из-за деревьев и встал на месте, с недоумением глядя на мальчишку-друида. Запоздало попытался скрыть лицо в потёках крови, но пожал плечами.
- Видел? – равнодушно спросил он.
- Видел, - сознался мальчишка-друид, но расспрашивать не стал: надо будет – Коннор сам объяснит, что именно случилось на ристалище Колра. Ведь Кадм понял, что там был не просто поединок между мальчишкой-некромантом и взрослым эльфом.
- Позови для меня Ладу, - попросил Коннор, усаживаясь на сдёрнутый с верёвки снаряд удобной формы – на нём можно было посидеть.
- Я могу и сам спрятать твои… - нерешительно сказал мальчишка-друид и пальцем провёл по своему лицу.
- Да нет, - скупо улыбнулся мальчишка-некромант: теперь, когда кровоподтёки на лице засыхали, стягивая кожу, улыбаться ему было сложно. – Я бы принял твою помощь. Но мы с Ладой… ты, наверное, помнишь, что тогда было из-за меня, да? Вот и хочу ей сделать приятное. Ей нравится за мной ухаживать. Ты можешь вернуться вместе с ней. Вместе и сделаете всё, чтобы Селена потом не ругалась, глядя на меня.
Кадм вернулся из Тёплой Норы не только с Ладой, но и со всеми средствами для заживления порезов и опухолей. Девочка-маг при виде Коннора не стала плакать, хотя пару раз её губы дрогнули, а мальчишка-друид даже обрадовался, когда она сердито (при нём!) спросила:
- Коннор, зачем?
Он потёрся головой о её плечо.
- Давно хотелось. 
Она и мальчишка-друид несколько секунд озадаченно смотрели на него, а потом принялись за работу, исцеляя его раны… 
…А он временами охал, но продолжал улыбаться, не замечая, что улыбка выглядит саркастичной, ближе к ухмылке… Но он это сделал. Оставалось лишь вспоминать тот последний удар и кровь на лице того, кого он подспудно, несмотря на привычку к нему, считал личным кукольником… И старая ненависть укладывалась внутри опадающими листьями, холодными и лишёнными эмоций, которые впервые всколыхнулись, когда Трисмегист перешёл границу между луговиной и территорией деревни… И Коннор начинал больше понимать Кадма с его сморщенной кожей на животе… 
…В этот воскресный день Кадм ещё долго обеспокоенно поглядывал на своего учителя, а потом, улучив момент, когда они остались наедине в гостиной для старших, встревоженно спросил:
 
- Коннор, ты из-за этого, да? Из-за боя с Трисмегистом тренировался на двух площадках? Теперь – что? Ты не будешь меня тренировать, да? 
- Я перед всеми заявил, что ты мой личный ученик, – и ты надеешься, что я не доведу дела до конца? – насмешливо переспросил мальчишка-некромант. – И не думай об этом. Завтрашнее утро ничем не будет отличаться от всех, уже бывших у нас с тобой. Пока не научу всему, что знаю и умею, не смей уклоняться от тренировок.
- И… как ты будешь проверять меня? – медленно, уже понимая, что ответит Коннор, но всё же спросил Кадм. – Боем с Иваром? Потому что он ученик Трисмегиста? 
- Почему бы и нет? – легкомысленно ответил учитель. – Что? Испугался?
- Посмотрим ещё, - пробормотал ученик.
И ушёл. А Коннор смотрел ему, уходящему, вслед и думал, понял ли Трисмегист, что побеждён нечестно: первые два этапа боя нужны были, чтобы отразить его движения. И эти движения Коннор пустил в ход уже на третьем этапе боя. Так что Трисмегист, по сути, дрался с самим собой. Можно сослаться на боевую хитрость. Можно сослаться на то, что он, Коннор, младше… Нечестность оттого не будет оправдана. Или так можно – в бою между тем, кто однажды превратил его в машину, и им, кто в последние годы отчаянно пытался стать той же машиной, но без металлической начинки? Вопрос больше для эльфа-философа… Но ведь не спросишь напрямую. Ведь побеждённый Трисмегист смеялся. Над чем? 
Зато в будущем его отражённые удары Коннор собирался перевести в личные. Стиль эльфа-бродяги должен стать частью его собственного стиля. И тогда никто не скажет, что Трисмегист побеждён нечестно… Зато все до сих пор думают и будут думать про эльфа, что он был нечестен, когда делал из живого машину…
Вошла Лада, обрадовалась, что он дождался её, и села на диван, чтобы присмотреться к его лицу. Селена уже ругалась из-за драки – это она так думает, что он, Коннор, с кем-то подрался и наверняка не один на один. А вот Лада, наоборот, гордилась тем, что сумела убрать самые страшные отметины с его лица. Братья ещё тоже… Недовольны, что пропустили поединок между ним и Трисмегистом. Как они только узнали? Браслеты-то он заблокировал в первую очередь. 
На какое-то время можно забыть о страстном желании снова схватиться с эльфом в поединке. На какое-то неопределённое время. Но однажды они снова сойдутся в бою. И Коннор уж постарается на этот раз действовать без отражения, который он скоро освоит в идеале. Постарается. Нет – будет драться. Никаких "постарается", потому что это слово для слабаков… 
И неожиданно для себя усмехнулся: а потом можно попробовать схватиться с Колром! Правда, придётся тренироваться и тренироваться. Но время – за него, за Коннора. А пока… Пока Лада рядом, с ней тепло и уютно. И Селена, которая ругается, что старший сын слишком много тренируется и дерётся, втихаря сочувствует ему. А Джарри – он это видел – гордится! И вся Тёплая Нора, как ни странно, будет на его стороне, скажи он только, что собирается драться хоть с кем…
Сердце перестало биться слишком часто. И Коннор предложил Ладе, благо воскресенье, погулять по саду.