Нуждаясь в Нове (ЛП)

«Они такие красивые, но такие грустные. Я хочу, чтобы они искрились», — его голос звучит в моей голове с тех пор, как он произнёс эти слова.
Орион часто называл меня настоящей феей Динь-Динь. Я всегда искала радостные мысли и словно осыпала окружающих волшебной пылью. Именно поэтому в тот вечер, когда он пришёл в мой магазин с этими милыми потерянными мальчишками, он меня так очаровал. Потому что я давно искала свои радостные мысли.
Потерять родителей было тяжело для нас обоих. Но мне пришлось взять на себя всё. Сохранить дом, вырастить Ориона, сделать так, чтобы он окончил школу. Я старалась изо всех сил, но в итоге этого оказалось недостаточно, чтобы сохранить нас счастливыми. Этого оказалось недостаточно, чтобы он остался верен мне, своему единственному родному человеку.
Думая о его отношениях с Оклин, я понимаю, что, если забыть о том, что она моя лучшая подруга, а он — мой младший брат, они идеальная пара. Я даже думала когда-то свести их вместе, чтобы сохранить двух самых важных для меня людей рядом. Но их ложь, их тайны за моей спиной причинили мне боль. Им оказалось так просто меня оставить.
Что у меня есть, чтобы праздновать в одиночестве?
Нико, кажется, думает, что может дать мне что-то для праздника. Но мне не нужно, чтобы меня исправляли или разбирали на части, чтобы собрать обратно по его замыслу. В том, что я ненавижу праздники, нет ничего неправильного. В том, что я отказываюсь праздновать пустоту своей жизни, тоже.
«На той поляне не чувствовалось никакой пустоты.», — говорит тихий голос внутри меня.
Я улыбаюсь и ещё немного привожу в порядок цветы, любуясь их красотой и нежным ароматом. Снаружи снова идёт снег, и я натягиваю шерстяное пальто, шапку и перчатки. Я действительно люблю снег, даже если ненавижу его связь с праздниками. Каждый снегопад для меня — это новое начало, а кому из нас оно не нужно время от времени?
Идти по мокрому снегу становится тяжелее, и я останавливаюсь, когда слышу шум. Это не просто рождественские певцы. Нет, звук громче, ярче, и он словно наполняет весь воздух. Вдалеке я вижу яркие огни, переливающиеся и мерцающие, слышу смех и крики толпы. Моё сердце сжимается, когда я понимаю, что это. Единственное, чего я не могу избежать, как бы ни пыталась.
Зимний фестиваль в Тру-Ридже идёт в самом разгаре.
— Ну вот, — бормочу я, натягивая шапку ниже. — Не то, на что я рассчитывала сегодня, — вздыхаю, пробираясь сквозь толпу.
Каждый год он становится больше и ярче. Я помню, когда всё было просто: горячий шоколад, сани, и весёлый Санта Клаус, слушающий желания детей. А теперь это катания на санях, сидр, свежие пончики и сувениры. Этот фестиваль стал больше о прибыли, чем о празднике, и я каждый год ненавижу его ещё больше.
— Никогда бы не подумал, что встречу тебя здесь, — звучит знакомый хриплый голос.
Я останавливаюсь и поворачиваюсь. О, нет. Почему он такой чертовски привлекательный? В клетчатой рубашке, кожаной куртке и ботинках Нико выглядит как парень с обложки календаря. Он легко мог бы быть мистером декабря с этой бородой, светлыми глазами и улыбкой с ямочками.
— Ну, ты меня здесь не встретил, — поправляю я, улыбаясь сквозь притворное раздражение. — Я пытаюсь сбежать, разве не видишь?
Он ухмыляется, наклоняет голову, изучая меня, будто пытаясь понять, серьёзно ли я. Протягивая руку, он ждёт. Я не могу сопротивляться — кладу свою руку в его. Его ладонь огромная, такая тёплая, что я чувствую это даже сквозь перчатки. Он подносит мою руку к губам, сдвигая перчатку вверх. Я затаиваю дыхание, когда он мягко целует внутреннюю сторону моего запястья.
— Давай я помогу тебе сбежать. Пойдёшь со мной?
Сейчас ранний вечер воскресенья, и у меня нет причин отказывать. Магазин закрыт, и мне некуда идти. После его букета я почувствовала вдохновение, но сейчас… я вдруг понимаю, как сильно хочу пойти с ним.
— Ты выведешь меня отсюда?
— Милая, я отвезу тебя куда угодно, — его голос становится низким, когда он подходит ближе. — Я ведь не подводил тебя, да?
  
Я улыбаюсь, качая головой. Нет, он не подводил. Тот обед был самым романтичным моментом в моей жизни. Даже если он расстроил меня разговорами о Рождестве, он дал мне пространство, когда я его потребовала. А этот букет… он говорил больше, чем слова. Нико видит мою силу, ценит её. Но, может быть, мне не нужно быть сильной всё время?
Кивнув, я следую за ним, сильнее сжимая его руку. Он тихо смеётся, и этот звук заставляет моё сердце затрепетать. Пробираясь сквозь толпу, он выводит меня прочь от шумного праздника. Мы садимся в его большой чёрный пикап, и он увозит нас вдаль, в сторону низких горных хребтов.
— Это моё второе любимое место, — говорит он с кривоватой улыбкой, и ямочка мелькает на его щеке, пока он аккуратно паркуется на гравийной парковке с видом на город.
Вылезая из грузовика, он жестом приглашает меня выйти. Мы обходим машину сзади и останавливаемся, чтобы насладиться видом на Тру-Ридж во всей его зимней красе. Всё выглядит волшебно: мягко падающий снег, яркие огоньки фестиваля, украшенные к праздникам дома.
На мгновение я забываю, что ненавижу праздники. Забываю о боли, которую они мне принесли. Когда-то это было моё любимое время года. Я обожала вешать гирлянды и упаковывать подарки. Теперь всё это кажется таким бессмысленным. Если честно, после всех утрат многое кажется бессмысленным.
— Иди сюда, — мягко говорит Нико своим глубоким, тёплым голосом, протягивая ко мне руку. Я оборачиваюсь и почти смеюсь, увидев, что он сделал.
В кузове грузовика разложено несколько одеял и гора подушек. Всё выглядит настолько уютно, что я хочу просто забраться туда и устроиться с ним. Я поднимаю бровь, словно спрашивая, как он всё это организовал. Он смущённо трёт затылок, его щеки слегка розовеют.
— Ну, я ехал в твой магазин, милая. Надеялся, если мне не удастся уговорить тебя на бранч или ужин, то, может, удастся предложить сладости под звёздами. Сегодня идеальная ночь. Я подумал, что тебе вряд ли захочется идти на фестиваль, и решил, что, возможно, смогу уговорить тебя прокатиться со мной.
— Я раньше спрашивала, часто ли ты делаешь подобные вещи. Ты сказал "нет"… Как я могу тебе верить, если ты продолжаешь устраивать такие… милые сюрпризы?
— Поверь, что я никогда не думал делать что-то подобное, пока не встретил тебя, Нова. В прошлый раз я тебя расстроил, поэтому решил выложиться на все сто. Ну же, милая. Давай просто немного посидим здесь.
Я даже не колеблюсь, позволяя ему помочь мне забраться внутрь. На улице холодно, но кузов грузовика удивительно тёплый. Мы пробираемся к самому краю, облокачиваясь на подушки. Я провожу рукой по мягкому одеялу и нахожу, что оно, должно быть, с подогревом.
— Ты действительно всё продумал. Это просто рай, — признаюсь я, уютно устраиваясь, пока он притягивает меня к себе. — Это теплее, чем должно быть. Очень уютно, Нико. Если ты снова решишь сделать что-то подобное, ничего не меняй.
— Я сделаю это снова, если ты захочешь, — говорит он, его голос мягкий и искренний. — Как я уже говорил, я никогда раньше не думал делать что-то милое, но теперь, когда я это сделал… Ну, я говорил, как мне нравится, когда твои красивые глаза искрятся. Быть тем, кто заставляет их искриться, — это как выиграть что-то особенное.
Тронута его словами, я вздыхаю и откидываюсь назад, прижимаясь к его широкой груди. Он подтягивает ещё одно одеяло поверх нас, пока снег медленно падает вокруг. Нико пахнет свежестью, как выстиранное бельё, и его тепло словно окутывает меня, согревая изнутри.
Мы сидим молча, не чувствуя необходимости что-то говорить.
Я умею отталкивать людей, держать их на расстоянии, достаточно безопасном, чтобы они не могли причинить мне боль. Моё сердце уже было слишком сильно ранено жизнью. Но сидя здесь с ним, я начинаю задумываться: а не рискую ли я снова? Не ставлю ли я свои чувства туда, где их могут сломать?
Нико не единственный, кто никогда не думал о том, чтобы делать что-то милое для кого-то.