Пятница, 13-е

— Иди сюда, дорогая, — проворковала она. — Тебе будет умирать легче, чем Джейсону.
Она медленно приближалась к Элис, в приступе сумасшествия не обращая внимания на наставленное на нее ружье. Либо она знала, что то разряжено, либо не предавала ему никакого значения. Она, казалось, и не собиралась останавливаться.
—Убей ее, мамочка,— произнесла она детским голоском. —Убей ее! Убей!
В отчаянии Элис швырнула в нее винтовкой.
Ружье ударило умалишенную в живот, но мисс Вохис только что-то проворчала и приостановилась на секунду-другую.
Элис стала швырять в нее всем, что попадалось под руку — мотком веревки, небольшой банкой с краской, коробочкой гвоздей. Все эти вещи летели в сумасшедшую, но та отбивала их в сторону, и расстояние между врагами сокращалось с каждой секундой.
Элис вдруг поняла, что находится в самом углу комнаты.
Она зарыдала, когда мисс Вохис схватила ее одной рукой, а другой со страшной силой ударила по лицу. Элис никогда в жизни так не били. Ноги уже не держали ее.
— Правильно! — воскликнула идиотка, победно усмехнувшись. Она схватила жертву обеими руками и поставила на ноги. — Вот так!
Она подняла Элис и отшвырнула ее в другой конец комнаты так, будто Элис была не взрослым человеком из мяса и костей, а куклой, набитой опилками.
Девушка больно ударилась о стол, оказавшийся на пути. Она упала на пол, застонала, но ужас от происходящего быстро вернул ей чувства. Она перевернулась и попыталась дотянуться до валявшегося неподалеку ружья.
Она схватила ружье обеими руками за ствол и, как только мисс Вохис добралась до нее, с силой обрушила оружие ей на голову. Мисс Вохис зашаталась, и тут Элис вновь ударила ее прикладом по лицу.
Памела Вохис рухнула на матрас, но Элис уже не следила за ней. У нее не было времени оглянуться, посмотреть, жив ли ее враг, поднимается ли он. Девушка выбежала в открытую дверь и побежала так быстро, как только могла. Она старалась увеличить дистанцию. Она должна была найти место, где можно было бы спрятаться. Единственным инстинктом, который оставался в ней, был инстинкт самосохранения.
Хоть и со стонами, но мисс Вохис все же поднялась на ноги.
—Убей ее, мамочка!— заканючила она детским голосочком. —Убей ее! Она не должна спрятаться! Здесь негде спрятаться!
Она подошла к двери и остановилась, прислушиваясь к шуму быстрых шагов своей жертвы.
—Доберись до нее, мамочка! Найди ее! Убей! Убей! Убей ее!
Она направилась в сторону озера, прислушиваясь, как охотник, выслеживающий жертву в прериях. Она услышала, что топот ног девушки раздавался со стороны тропинки. Она остановилась, но и шум шагов тут же стих. Ее жертва была в ловушке. Она улыбнулась.
—Убей ее!
Нет спасения.
Нет надежды.
Она затаилась где-то, как маленькое пугливое животное, которое осознает, что ему придется погибнуть… Так же, как и Джейсон это понимал, когда его мышцы слабели, когда из него вытекали последние силы, и слезы его были смыты водой…
—Прикончи ее!
Она должна наказать их всех, каждого в отдельности. Они должны почувствовать то же, что испытывал Джейсон — страх, ужас от неминуемой гибели. Они должны были присматривать за ним; они должны были защищать его; они обязаны были оберегать его… Они его погубили, они виноваты в его смерти, и теперь пришло время расплаты. В живых осталась только одна. Только одна… и все будет кончено.
Она тяжело вздохнула и пошла в сторону причала, прислушиваясь к каждому шороху, каждому звуку…
«Плачь, — думала она. — Рыдай, как рыдал Джейсон. Страдай как и Джейсон».
Она будет умирать медленной и страшной смертью.
Элис зажала рот рукой, чтобы не произвести ни единого звука, когда женщина проходила мимо нее.
Девушка забралась за кучу всякого хлама рядом с причалом и наблюдала за сумасшедшей. Мисс Вохис была как раз рядом с ее убежищем. Через каждые несколько секунд идиотка останавливалась и прислушивалась, уставившись в темноту.
«Нельзя даже дышать, — думала Элис. — Опасайся невольного вскрика. Я должна пересилить свой страх. Эту кретинку ничто не в силах остановить. Она обладает невероятной силой безнадежного безумия. О, Боже, должно быть что-то, что остановит ее… она направляется сюда!»
 
Внезапно на глаза ей навернулись слезы, она попыталась сдержать дыхание. Но как она не старалась, ей не удавалось логично размышлять. Ее безудержно трясло. Ею полностью овладела паника. Все говорило ей: «Беги!!!», но она понимала, что бегство здесь не поможет. Она могла бы убежать в лес, но она не знает местности, а мисс Вохис знает. Ведь этой сумасшедшей удалось остаться незамеченной, пока она не переубивала их всех поодиночке. Сколько у Элис шансов на спасение? Она сознавала, что должна бежать в сторону дороги. Но вряд ли ей удастся убежать от мисс Вохис, у которой еще и автомобиль. Она никогда не вернется в город!
«О, Боже, — подумала Элис, — что же мне делать?»
Она находилась все в том же положении, боясь пошевельнуться.
Дождь прекратился, но со страшной силой дул ветер, и черные облака пролетали на фоне полной луны. Элис выглянула из своего убежища и заметила, что белый свитер сумасшедшей виднеется неподалеку от причала, рядом с сараем для лодок. Медленно, стараясь не наступить на какую-нибудь сухую ветку, Элис выбралась из своего пристанища и побежала в сторону коттеджа, ежесекундно оглядываясь через плечо.
Если бы она только смогла найти какое-нибудь укрытие, которое могло бы защитить ее. Если бы она могла продержаться там до рассвета, а потом кто-нибудь наверняка появится в лагере. Это ее последний шанс.
Она, сжав зубы, чтобы не закричать, на цыпочках бежала в направлении главного коттеджа. Это подходящее место, может быть, эта идиотка не пойдет еще раз проверять его. Если только ей удастся еще раз забаррикадироваться там… нет, ничего не выйдет, была уверена она. Она сможет там спрятаться только на время. Ей, может, удастся запереть дверь, но заблокировать окна…
Она вбежала внутрь и закрыла за собой дверь. Ее дикий взгляд упал на распростертое в луже крови и осколках стекла тело Бренды. Она захныкала, крепко сомкнув губы, чтобы остановить готовый вырваться из груди крик. Она должна найти место, где сможет переждать до утра. Но где?!
В кладовке!
Она осторожно выглянула в окно: сумасшедшей не было видно.
Элис забралась в крохотную кладовку, закрыла за собой тяжелую дубовую дверь и заперлась на массивный деревянный засов. Она облокотилась о стену и замерла, стараясь не дышать.
«Кто-нибудь должен появиться. Ветром нарушена электролиния, и кто-нибудь должен появиться, чтобы выяснить, все ли у них в порядке. Они должны послать кого-нибудь…
А если никто так и не приедет?!
Нет, — успокаивала она себя, — кто-нибудь обязательно должен приехать в лагерь».
Она сглотнула и сделала глубокий вдох, стараясь успокоить свои нервы. Сердце ее стучало, как молот о наковальню.
«Она не сможет взять верх. Я ее видела, — думала Элис, — я могу ее опознать. И она знает об этом, она должна сделать все возможное, чтобы меня убрать».
Девушка припала лицом к рукам и беззвучно заплакала от отчаяния. «Все это безнадежно», — кричал ее мозг.
Дверь в коттедж распахнулась. Элис увидела сквозь щели свет. Она могла слышать, как эта женщина ходит по дому. Что-то упало на пол, и послышался звон стекла.
«Уходи!— Элис плотно сжала глаза, молясь. —Ну, пожалуйста. Пожалуйста, уйди отсюда!»
Внезапно пропали все звуки.
Элис открыла глаза и, сдерживая дыхание, прислушалась.
Шаги за дверью стихли.
Девушка прижалась к полу прямо рядом с дверью.
Она дрожала.
«Пожалуйста!Пожалуйста!»
Дверная ручка начала потихоньку поворачиваться.
Дверь заскрипела, и девушка увидела тень мисс Вохис, припавшей к косяку плечом.
Элис вскочила на ноги и повернулась назад, осматривая окружающие полки в поисках какого-нибудь оружия.