Загадка на отгадку (СИ)

— А чем я не солдат?! — прохрипела я. — Сейчас я борюсь сама с собой. Только, что спеть? — спросила я сама себя.
Песен я знала много, только я очень редко пела, а на людях вообще никогда. Даже в школе на уроках пения, я старалась "откосить" от этого действия, но не всегда успешно. Когда преподаватель меня ловил, то очень восхищался моим голосом и манерой пения. Но уж очень сокрушался, когда я отказывалась петь на публику. Он говорил, что у меня абсолютный музыкальный слух и такой дар пропадает зря.
— Земля в иллюминаторе, Земля в иллюминаторе… — запела я по-русски. А потом и вовсе встала и маленькими шагами дошла до двери. С каждым словом песни и шагом я становилась сильнее и уверннее, что со мной будет все хорошо. Из-за этой уверенности и моя хрипота пропала. Я пошарила по двери руками в поисках ручки, но наткнулась на металлиеское кольцо. Дернула за него, но дверь не открывалась. Подергала дверь туда-сюда, опять не открылась. От усталости я привалилась к двери не отпуская кольца- ручки и когда под моим весом кольцо опустилось вниз, дверь открылась и с криком я выпала в освещенный коридор.
В коридоре было пусто. На четвереньках выползла к противоволожной стене и по ней старалась подняться. Глаза после темноты никак не хотели привыкать к свету, они слезились и как будто бы что-то чертило в глазу не давая мне проморгаться. Так я просидела долгое время, пытаясь хоть что-то увидеть. За это время никто ко мне не подошел, хотя я наделала много шума. Когда наконец-то я начала видеть без слез и ощущения песка в глазах, то очень удивилась тому, где я нахожусь. Пол на котором я сидела был земляной, но утрамбован до состояния камня. Каменными были стены, в которые были вбиты металлические кольца и вставлены факелы. Дверь из которой я выпала была не деревянной, а из песка. Я подползла к двери и с ее помощью встала, а потом мелкими шажками добралась до стенки и пошла вперед. Сейчас мне было не до песен. Надо было найти выход или тех кто меня сюда принес.
Шла я, шла. С противоположной стороны от меня были двери из песка с металлическими кольцами, вместо ручек привычных мне. А коридор все не кончался. Мне надоело идти в никуда и решила идти обратно. Повернувшись в сторону где была "моя" комната, я расплакалась от увиденного.
Я ни на дюйм, ни на сантиметр не сдвинулась с того места от куда решила идти вперед. Так как дверь которую я оставила открытой, как была открытой там и оставалась, а я топталась на одном месте. Сквозь свой плач я услышала голос, который меня успокаивал. Он был очень неже и певучь.
— Не плач. Все будет хорошо. Ты просто не туда пошла, ведь тебе рано еще вставать. Иди, пожалуйста в свою комнату. К тебе идут твои друзья. — сказала она.
Мне сразу захотелось идти в эту комнату и подождать своих друзей. Поднявшись и уже более уверенно прошла в свою комнату. Через минуту вошли Тинтир и компания.
— Ребята! — закричала я и кинулась всех обнимать. — Как же я рада вас видеть! Долго ли мы здесь находимся? Надюсь не больше недели, а то ведь нас теперь потеряли! — шумела я.
— Успокойся ты! — шутливо приказал мне Лаула. — Все впорядке. Ты нас спасла тогда от жуткой смерти. Я как командир не выполнил тех обязательств, которые были на мне. Беспечность и надежда на артефакт стоила бы нам жизни, если б не ты. Прости меня, Оляна! — серьезно сказал парень.
— Ничего в этом страшного нет, мы ведь еще учимся. Поэтому ты должен, как и я, усвоить этот урок. — философски ответила я. — Но главное мы живы! — восторженно закричала я. — А собствнно говоря, где мы есть?
— Под песками. — ответил Мерген. — В кролевстве Нагов. Ты спасла несовршннолетнюю дочь королевы.
— Ага, сначала чуть не убила, а потом спасла. — проурчала я скорбно.
— Поэтому-то ты и находишься на этаже прислуги, а не в комнате для гостей. — усмехнулась Тинтир. От ее сарказма мне стало не хорошо.
— Ты хочешь скзать мне, что вас поселили в более росошные комнаты чем меня? — удивалась я.
— Не знаю, кого там куда посели, но меня да. — сзала орчанка. — Я ведь не безродная какая-то там, а сама Хоанг Хау, дочь Кёнигин Рани. — продолжила она задрав нос.
 
Я все ждала, что она засмеется и скажет, что ее комната тут не подалеку и все это шутка. Но пауза затягивалась.
— Тинтир, так же нельзя. Она твоя подруга. — заступился за мня Лаула, я была в шоке и молчала. — Ты ее обижашь.
— Это аура Нагов. — сазал Мергн. — Заставляет говорить нас то, о чем мы думаем, но не говорим это в слух.
— Ты хотел сказать, что они заставляют говорить нас правду!? Да? — сквозь ручей слез проговорила я. — Так знайте же… — я хотела рассказать, что я не безродная, а дочь Валенсии Мелех, что я тоже что-то значу. Набрав побольше воздуха, что бы высказаться, да, я уже открыла рот, вдруг, вырвалась песня.
— "Если друг оказался вдруг.."- пела я растерянно. От меня никто не ожидал такого "индийского кино", а мне казалось, что я Высоцкого не знаю. На радио проигрывали, когда я ездила на транспорте на Земле и не вольно становилась слушателем. Пела хорошо, почти как оригинал, а главное в тему. Когда закончила, все стояли с ошарашенным видом.
— Ух, ты! — послышала я у двери голос- колокольчик. — Как вы красиво поете! Это новые песни? В столице человеческого государства такие поют? — задавал голосок вопросы. Ребята расступились и перед нами появилась обладательница этого голоска в сопросождении Ламий.
— Ты кто? — спросила я.
— Рани Ратна. — ответила она и улыбнулась, а вот сопровождение этой девчушки обшипело меня, как помоями облило. Да и Тинтир тоже на меня так посмотрела. За то парни стояли с открытыми ртами и пускали слюни, глядя на эту малышку.
— Ты тоже Ламия? — спросила я ее- Но ты от них отличаешься, ты цветом другая. — тут же засомневалась я в своих словах.
— Верно, я другим цветом. Я Нагиня. — призналась она. А ребята кроме того, что слюни пускали, теперь еще и глупо улыбались и "гы-гыкали". Я поперхнулась, быстренько спустилась на колени и покланилась, скрестив руки на животе.
— О, Великая и Мудрая! Прости мне мое невежество и разреши попреветствовать тебя? — спросила я ее не посмев даже посмотреть более на нее.
— Я Рани Ратна, позволяю тебе. — сказала уже не радостным, а нейтрально-официальным голосом.
— Какую песню хочет услышать Великая и Мудрая? — спросила я ее, не поднимая головы и не меняя положения.
— Я знаю много языков, тот на котором ты пела свою первую песню тут, я не знаю. Спой ее на флёрском или сабийском, если твоя песня мне не понравиться-казню.
— Как скажет Великая И Мудрая. — сказала я и покланилась еще ниже, уперевшись лбом в пол. Я встала и запела опять про Землю в иллюминаторе, но один куплет на флёрском, а другой на сабийском.
Про пустыню я много чего знаю, кое-что из курса географии Земли, а кое-что рассказывала Заира. Она рассказывала легенды Сабии. Я слушала их как сказки, не особо веря в них. Но когда пришлось столкнуться с вымыслом в реальности, то невольно вспомнила рассказы. Нагинь, которых я себе представляла были совсем другими, чем в реальности. В реальности девчушка была на много красивее. Половина тела человеческая, а вместо ног змеинай хвост. Множество косичек на голове, заканчивающиеся бусиной и колокольчиком-бубунцом, переливно звенели при любом движении головы. Половина прекрасного лица была в татуировке, очень похожей по цвету на хну. А обруч на лбу, лишь дополнял эту татуировку. Змеиные глаза цвета земли с песком и черным вертикальным зрачком, только добавляли перчинки ее лицу. Колечко в ее носу соединялось цепочкой с серьгой-заушницей. На шее была чеканная металлическая пластина вместо ожерелья, которая соединялась с тканью, поддерживающей уже не маленькую грудь. На предплечьях браслеты с изображением переплетенных змей. А на тедрах была ткань, которую держал пояс из бубенчиков и кабошенов на металлических колечках. Когда девушка поварачивалась из складки набедренной ткани выглядывал змеиный хвост, такого же цвета, как и ее глаза. Так же чешуйки были и на спине в области позвоночника. Ламии же отличались от нагини лишь в мелочах. У ламий были острые зубы, похожие на акульи, и клыки, выглядывающие из-под пухлых губ, когда они улыбались. На руках были когти, а по овалу лица шла тоненькая линия чешуек. Нагиня же была более человечна.