Совенок. Путь к трону. Пятая часть (СИ)

— Остынь, — посоветовал Фильярг, — этот костер уже не потушить. Они воспользовались разрешением отца посетить состязания всем, заинтересованным в этом лордам, но не стали уточнять, кого именно позовут. Умный ход. Уверен, Тигрельскому пришлось раскошелиться за шанс поговорить с внучкой.
— Или это не его идея, — задумчиво проговорил Харт, — Майра у нас лидер на победу, а кто может лучше всего испортить нервы, как не «любимый» родственник. Если так, то старика использовали.
— Ты не прав, проигрыш внучки ему также выгоден. Если она сорвется, он подаст прошение о том, что академия не смогла научить ее контролю. Поднимется волна — сам знаешь, насколько трусливы наши подданные перед лицом менталистики — мы вынуждены будем уступить, и лорд сможет забрать Майру домой под свой огонь. А там, уверен, у него уже список женихов приготовлен. Восстановит свое имя, устроит аукцион на внучку, а родившегося правнука сделает наследником. Вот его цель.
— Никогда не понимал подобной «любви», — проворчал Харт, добавляя озабоченно: — Надо помешать ему встретиться с Майрой.
— Нет! — в комнату без стука вошел Кайлес, следом внеслось густое облако земного парфюма — от некоторых привычек декан так и не отказался, хотя Харт и грозил ему расследованием за контрабанду. С милой улыбкой, от которой братьев перекосило, он поправил галстук — еще одна земная привычка, удивительно хорошо сочетающаяся с местными жилетами — и занял без разрешения кресло. Окинул застывших с недобрыми лицами кузенов и высказался:
— Пусть встретятся. Некоторым нарывам давно пора вскрыться. Майра уже достаточно взрослая, чтобы справиться со страхом перед дедом.
Харт думал быстро.
— Так ты поэтому затеял соревнования? И протащил девчонку в команду?
— Отчасти поэтому, — согласился Кайлес, — менталист должен быть уравновешен, а любые психологические травмы, особенно детские, станут серьезным препятствием в развитии дара. Это как зажимы в мышцах, только в мозгу. От них надо избавиться, иначе и не стоит пробовать работать менталистом.
— Интриган, — с ноткой уважения протянул Харт.
Кайлес пожал плечами, мол, не отрицаю.
— Еще скажи, что идею пробраться в академию лично лорду подкинул, — прищурился Фильярг.
— Нет, всего лишь бросил пару фраз о том, что соревнования могут быть опасны для зрителей. Ведь если менталист сорвется, не все смогут прикрыться щитами. Накрыть же трибуны единым щитом вообще невозможно.
— А я тебя недооценил, — хмыкнул Харт, и Кайлес скромно потупился, — надеюсь, ты достаточно хорошо подготовил девчонку, чтобы она сняла свои зажимы, не угробив при этом себя или кого-то другого.
— За Майру я спокоен, а вот за ее противника…
Высочества переглянулись — день обещал быть насыщенным.
— Хорошо, под твою ответственность, — решил Фильярг, — но труп лорда сам будешь закапывать.
— Кроликам отдам, — отмахнулся декан, и братьев перекосило.
Фильярг хотел было спросить — неужели правдивы слухи о пожирающих по ночам нерадивых курсантов красноглазов, но сдержался. С Кайлес станется соврать, не моргнув глазом, а ему с этими красноглазами еще по ночам сталкиваться…
Браслет мигнул сообщением.
— Жыргхва, — выругался Фильярг, прочитав. — Ну я этим двоим устрою… — пообещал он таким тоном, что мужчины сразу поняли о ком речь.
— Что на этот раз? — живо поинтересовался Харт. Фильярг подозревал, что брат коллекционирует происшествия с двойняшками, дабы включить их в свои мемуары, как пример тяжелой работы безмолвных.
— Они пробрались в зал Силы, направляются в раздевалку девочек, — и Четвертый выругался еще раз.
— Решили поддержать Майру, хорошие дети, отзыв… — начал было Кайлес, но заткнулся под убийственным взглядом кузена.
— Майра вошла в здание, — Харт оперативно связался с охраной, — лорды тоже там. Безмолвным дальше нельзя, они не контролируют ситуацию.
Фильярг застонал.
— Лорд Тигрельский им не причинит вреда, даже если обнаружит. Он еще не выжил из ума, — попытался успокоить брата Харт, — волноваться не о чем, но, если хочешь, я могу отправить туда своего человека их забрать.
 
— Не стоит, — вдруг принял решение Фильярг. — Разделимся. Кто-то должен следить за Шестым, но мне еще не нравится суета вокруг девчонки. Удар по ней отразится и на Альгаре.
— А с ним что не так? — нахмурился Кайлес. — Двойняшек я возьму на себя. Заберу их в деканскую ложу. Так что там с Шестым?
Братья и не думали отвечать.
— Я отправлюсь в зал Силы, давно не общался с нашими драгоценными лордами, — Харт предвкушающе улыбнулся, повернулся к Четвертому: — На тебе Шестой. Не спускай с него глаз.
За двойняшками и Майрой я лично пригляжу, — прочитал во взгляде брата Фильярг.
— Милашечки мои, вы тут? — голос Кайлеса разнесся по раздевалке, и Оля встрепенулась, повернулась к брату:
— Это точно он? — спросила шепотом.
— Похож, — согласился Иль. — Выходим?
— Ага, — кивнула девочка. — Дядя Кайлес добрый, он нас не сдаст.
— А вот и вы, — улыбнулся, присаживаясь на корточки, декан и раскрывая объятия. — Мои любопышечки и куда вас понесло?
— Мы за Майру волновались, — сопела ему в плечо Оля.
— А тут дед такой… злой… на нее кричал, — шептал горячо в ухо Иль.
Кайлес улыбался. Его драгоценность должна была подарить ему сына к осени, а потому он отправил ее в поместье к матушке, запретив напрягаться, работать и беспокоиться. Вот закончатся игры, отбушуют страсти, и он отправится, наконец, в заслуженный отпуск домой. Долго они собирались с продолжением рода, матушка всю плешь проела, но он не мог найти замену своей драгоценности на факультете. Да и сейчас не нашел — его супруга была уникальна, но как временный вариант новая преподавательница годилась.
— Деда мы накажем, — пообещал малышам Кайлес, — а вы со мной. Хотели же болеть за Майру?
Двойняшки усиленно закивали.
— Чур несколько правил, — лицо Кайлеса сделалось серьезным. — В бой не вмешиваться, магию не применять, Майре не помогать. Она должна все сделать сама, иначе это будет не ее победа. Понятно?
— Дядя Кайлес, мы не маленькие, все понимаем, — надулась Оля.
— Ладно, взрослые мои, — потрепал их по голове Кайлес, — пошли тогда. Конфеты будете?
Он полез в карман, доставая и кладя в протянутые ладошки по шоколадной конфете из той самой земной контрабанды.
Первый поединок Майра практически не заметила. Все прошло как в тумане и большую часть сил она потратила на то, чтобы успокоиться после разговора с дедом. Тот многое всколыхнул в душе, слишком многое, чтобы остаться равнодушной, вдобавок она чувствовала присутствие деда на трибунах — его взгляд колючкой царапал кожу.
С первым поединком Майре повезло — по жеребьевке ей достался студент из Такии. Этого белобрысого весельчака с ясными голубыми глазами она хорошо знала, он ее тоже, а потому парень пару раз из вежливости попытался пробить ее защиту, не став особо сопротивляться, когда она нанесла удар. Ей засчитали чистую победу. Нисколько не расстроенный такиец поздравлял ее громче остальных, еще и поцеловать пытался на радостях — еле уклонилась.
На второй бой она вышла с молчаливыми фарсийцем, студентом из Лифганы. Вышла полностью готовой — азарт соревнования захлестнул, смыв тревоги и неуверенность, оставив ясную цель — победу. Она должна победить и доказать право не просто учиться в академии, а стать менталистом. Не сидеть дома, а работать. Стать кем-то большим, чем женщиной для продолжения рода. Стать достойной Шестого.
Дед ошибался. Альгар от нее никогда не откажется.
Фарсиец ударил первым. Майра побледнела — удар вышел мощным. Защита выдержала, хоть и с трудом. Теперь ее очередь. Майра пригляделась к защите парня. Хм, а не такая уж та и сложная. Вполне можно попытаться пробить и лучше ударить веером. Это парни бьют тараном, она предпочитает многочисленные проколы.
— Поздравляю, — бледный фарсиец нашел в себе силы криво улыбнуться и кивнуть. Майра подала ему платок, вытереть кровь, потекшую из носа. Похоже, парень все свои силы вложил в тот первый удар, повторной атаки от него так и не последовало.