Неутолимая страсть

Экономка, мать Дженни, выступила вперед с кружкой эля для Патрика.
— Вы предпочтете вино или эль из нашей пивоварни, леди Кэтрин?
— Вино, — решил за нее Патрик.
— Эль, — возразила Кэтрин, принимая кружку.
Неожиданно она поняла, что стоит в окружении множества женщин. Сохраняя почтительную дистанцию, женщины, не стесняясь, пялили на нее глаза.
— Они что, все прислуживают вам?
— Каждая по-своему. Но они не служанки. Они все из моего клана Хепбернов. И еще Стюартов, а некоторые из Дугласов и Эллиотов. Многие из них — жены и дочери моих пограничников.
— Но они любезничают с вами, — не удержалась она.
— Они шотландки. Так что тут все естественно.
Ей никак не удавалось приноровиться к его шагам, пока они шли к старой части замка, достаточно большому зданию.
— Вот это главный зал.
Помещение было длинным, со сводчатым потолком. Дальнюю стену занимал огромный открытый очаг. При появлении Хепберна в его сторону огромными скачками примчались Шабаш и Сатана. Он загородил собой Кэтрин, чтобы собаки не сбили ее с ног. Потрепав их, скомандовал:
— Место! Сидеть!
Увидев, как они покорно уселись, Кэтрин вышла из-за его спины.
— Сатана, Шабаш, хорошие, хорошие мальчики!
Псы уставились на нее и зарычали в знак приветствия.
— Вообще-то Шабаш — сука.
Кэтрин удивилась:
— Неужели? Значит, это Сатана сбил меня с ног в ричмондском лесу?
Патрик улыбнулся ей своей волчьей улыбкой.
— Конечно!
— Если пса кличут Сатаной, значит, вы сам дьявол, Хепберн.
— Мели что хочешь, чертова кошка. Пойдем, я покажу тебе виды на окрестности.
Он вывел ее к квадратному пролому в южной стене. Ей показалось, что это окно без стекла. Внизу под ними во всю ширь раскинулась живописная долина Тайна.
На оконный карниз спикировал и уселся черный ворон. Кэтрин не могла оторвать от него глаз.
— Его зовут Тор. Умнейшее создание. На охоте частенько летит впереди меня.
— Прирученный ворон?
Ей стало интересно.
— Дело не в этом, Кэтрин. Он достаточно умен, чтобы понимать, что когда охотник завалит оленя, он его сразу выпотрошит, чтобы не портить тушу. И ворону обеспечен пир горой.
— И в самом деле, умное создание, — признала она.
— Итак, миледи, если ваш задик не против, я провожу вас обратно в Сетон.
— Мой задик не против, милорд. Единственная проблема — проклятые нижние юбки: опять будут мешать.
Патрик вывел лошадей из стойла и подставил руки, чтобы помочь ей забраться в седло.
Неожиданно Кэтрин достала кинжал и подняла юбку чуть ли не до бедер. Она приготовилась отхватить приличный кусок от нижних юбок, но Патрик остановил ее.
— Умоляю, не выставляй напоказ свои ноги, в особенности если они такие же, как у Джорди.
— Как вы смеете так говорить со мной, когда у меня в руках кинжал? Я отрежу вам язык за вашу дерзость!
Как она ни старалась, ей не удалось остаться серьезной. У Патрика Хепберна было особое чувство юмора, которое только добавляло ему притягательности.
Во двор выскочили собаки, явно намереваясь сопровождать хозяина.
— Ну ладно, вперед, — разрешил он.
Легкой рысцой они проскочили сады, и с яблони громко закаркал Тор. Потом ворон снялся и полетел вслед за собаками.
— Это из-за них. Он думает, что мы отправились на охоту.
Хепберн дал ей уйти вперед. На полном галопе ленту вырвало из волос, и пряди свободно летели по ветру за спиной. Кэтрин хохотала. Она не помнила, чтобы когда-нибудь еще чувствовала такое воодушевление и такую радость.
Когда Мэгги раздвинула шторы на окнах, Кэтрин села на постели.
— Ну, как ты, мой ягненочек? Все страдаешь и мучаешься?
— У меня попа твердая, как камень. Я вчера так намучилась, что чуть не заснула в гостях у Эндрю за столом. Но он, слава Богу, не обиделся. Он мне очень понравился и его мать — тоже.
— Обе сестры Джорди — Джесси и Джанет — замужем за Линдсеями. Их клан живет на землях к северо-западу отсюда.
— Так и у Эндрю, и у Малькольма фамилия Линдсей? Значит, мне не показалось, что Малькольм хочет стать Сетоном.
— А кто не хочет? Умоляю, покажи такого.
 
Некоторое время спустя они сошли к завтраку, и Джорди объявил:
— У тебя гости с самого утра, Кэтрин.
Она зашла в главный зал и увидела вчерашнюю рыжеволосую девушку в сопровождении крепкого мужчины, одетого в кожу.
— О, Дженни! Как я рада, что ты приехала.
Дженни чинно присела.
— Это мой отец, миледи.
Кэтрин протянула ему руку.
— Мистер Хепберн, спасибо, что привезли Дженни. Я попросила ее научить меня ездить верхом. Как вы думаете, она может остаться здесь на пару дней, сэр?
— Пожалуйста, папочка, — стала упрашивать Дженни.
В конце концов Хепберн согласно кивнул.
— Благодарю вас, сэр. Мы завтра проводим Дженни до самого Кричтона, — пообещала Кэтрин.
Он снова кивнул и, предостерегающе посмотрев на дочь, ушел, так и не проронив ни слова.
— Дженни, я отпросила тебя на два дня, чтобы ты могла поехать со мной в Эдинбург. Ты не возражаешь?
— Конечно, нет, миледи. Наоборот, очень рада.
— Зови меня Кэт. Я сейчас принесу свой блокнот, и по пути мы набросаем тебе фасон. Ты готова, Мэгги?
— Сядь! И ешь! Или я с места не сдвинусь, мисс Непредсказуемость.
— Она любит попугать меня, — объяснила Кэтрин Дженни, но подчинилась.
Когда они втроем вышли во двор, Эндрю уже ждал их, сидя верхом.
— Эндрю, извини, что мы отрываем тебя отдел в Сетоне, но Джорди настаивает, чтобы нас сопровождал еще один мужчина, помимо кучера.
— С удовольствием, Кэтрин. Я никогда не отказываюсь при случае съездить в Эдинбург.
Взгляд Эндрю задержался на рыжеволосой девушке.
— Это моя подруга Дженни Хепберн из Кричтона.
— Здравствуйте, барышня. Добро пожаловать в Сетон.
Как только карета тронулась, Кэтрин достала блокнот и стала набрасывать фасоны костюма. Ничего путного не выходило, пока ей не пришла идея юбки из двух половинок. Стоя или при ходьбе разреза не будет видно, и юбка будет восприниматься как одно целое.
— Как тебе такой фасон?
Кэтрин подняла голову и увидела, что Дженни не интересуют фасоны. Все ее внимание было устремлено на Эндрю, гарцевавшего за окном кареты.
— Мне кажется, он очень хорош, — вздохнула Дженни.
Кэтрин решила поменять тему и спросила:
— А какой костюм тебе хочется, Дженни?
— Такой же, какой был на тебе в Кричтоне. Я еще никогда не видела такого красивого. И мне тоже пойдет зеленый цвет.
Кэтрин быстро сделала набросок.
— Лиф оставим таким же, но юбку сделаем более широкой, как сейчас на тебе. Конечно, зеленого цвета.
Они въехали в город, и перед ними открылся вид на Эдинбургский замок, возвышающийся над городом. Кэтрин разглядывала его с восхищением и ужасом. Прошлое этой грозной крепости было ничуть не менее кровавым, чем у лондонского Тауэра. Карета остановилась рядом с лавками у подножия холма, обращенными лицом ко дворцу Холируд.
В лавках им бросилось в глаза немыслимое количество рулонов тяжелых тканей темных расцветок, но Дженни безошибочно выбрала кусок зеленого бархата.
Сама Кэтрин остановилась на насыщенно-черном бархате. Ее воображение тут же подсказало ей, каким эффектным получится охотничий костюм от сочетания черного с белым. Еще удалось подобрать перья и бисер, хотя выбор был небольшой.
 Глава 13 
Возвратившись в Сетон, Кэтрин и Дженни всю вторую половину дня провели верхом. Они нашли заросший клевером луг, на котором не паслись коровы, и стали объезжать его бок о бок по периметру. Сначала легким галопом — кентером, потом галопом, а потом карьером. И так до полного изнеможения. Кэтрин внимательно наблюдала, что делала Дженни, и пыталась все в точности повторять. За ездой, разговорами и смехом девушки быстро сошлись. Между ними был разительный контраст. Дженни — высокая, с по-деревенски свежим цветом лица, и хрупкая, изящная Кэтрин. Но общим у них был кураж и бьющая через край энергия.