Жизнь продолжается

— Нет, что вы. Я рад узнать, что вы держите связь с семьей. — Он подвинул к ней тарелку с пирожками.
— Спасибо. — Она взяла третий пирожок и стала есть медленно, как будто наслаждалась.
— Пожалуйста. — Наконец-то он сел прямо, и Молли смогла дышать. — Какие у вас планы для Тоби на Рождество?
— Я надеялась, что Делорес разрешит нам с Тоби испечь рождественские печенья. Мы бы сделали их нарядными, что-то даже повесили бы на елку.
— Он предпочтет все съесть.
— Я постараюсь ограничить его в сахаре. Некоторые дети злоупотребляют сладким, а это вредно.
Ричард усмехнулся.
— Эту идею я одобряю, что еще?
— Еще я думала взять его с собой в торговый центр.
— Хорошо. Что еще?
Про третью идею Молли не хотела говорить. Он не поймет.
— Это все.
— Что ж, я уверен, мама одобрит вашу помощь, она намерена сделать это Рождество особенным.
— Больше, чем вы думаете, — пробормотала Молли.
— Что вы сказали? — Ричард наклонился к ней так близко, что она почувствовала запах крема после бритья.
— Ничего, — быстро сказала Молли. Надо поскорее убираться отсюда. — Ричард, я съела три пирожка, так что пойду к себе.
— Прекрасно. Я вас не держу.
Она поймала его на слове и ушла. Ричард просидел за столом еще несколько минут, ел пирожки и думал о ней. Давно у него не было такого приятного ланча. Потом он отнес на кухню стаканы и тарелку, поцеловал в щечку Делорес и поблагодарил.
— Красивой нянечке тоже понравилось? — спросила Делорес.
— Да, но она беспокоится о своем весе.
— Напрасно.
Ричард был согласен. У нее прекрасная фигура — где надо круглая, с тонкой талией и высокой грудью.
Делорес продолжала:
— И она очень красивая. — (Он опять был согласен.) — И добрая.
Да, не только к Тоби, но и к матери... Ричард осадил себя. Минуточку, кажется, он знает, что здесь происходит!
— Делорес, — угрожающе сказал он, — не вздумайте вбивать в голову матери эту идею. Я не хочу, чтобы она приставала ко мне с женитьбой на няньке.
— У вас предубеждение против нянек?
— Разумеется нет, но я еле справляюсь с тем, что у меня уже есть.
— Ричард, вы слишком много работаете, вам надо расслабиться и больше радоваться жизни.
— Точно! — Он опять поцеловал ее. — Полагаю, если при этом я псе же буду зарабатывать достаточно, чтобы платить вам жалованье.
- Ах вы!.. — Делорес шлепнула его по руке и засмеялась. Ричард тоже засмеялся и ушел.
Он понимал, что его личная жизнь в последние полтора года оставляла желать лучшего. Теперь, когда дела в фирме наладились, он это исправит. Прямо после каникул и начнет. Найдет себе жену, красивую и добрую, вроде Молли. Только ему не нужны свахи в лице матери и Делорес.
Перед обедом Ричард сидел в своем домашнем офисе и работал. Вошла мать.
- Ричард, у тебя есть время поговорить?
— Конечно, мама. Какие-то проблемы?
— Нет, все чудесно.
— Рад слышать.
- Но возникла тема собаки. Я сказала Тоби, что мы подарим ему на Рождество костюм. Нечего и говорить, он отнесся к этому вежливо, но без восторга. Тогда я сказала, что будут и другие подарки, и он сразу предположил, что это щенок. — Его Молли подтолкнула?
— Нет, она его даже отговаривала. Когда я ей сказала, что хочу сделать такой подарок, она посоветовала сначала поговорить с тобой.
— Наверное, хочет выставить меня плохим парнем.
— Нет. Она сказала, что, раз ты здесь живешь, у тебя найдется что сказать.
— Мама, если хочешь, я могу уехать. Я переехал сюда, чтобы тебе не было одиноко после папиной смерти.
Элизабет покачала головой.
— Я рада, что ты здесь живешь, а когда у нас Тоби, это просто необходимо. Ему нужен мужчина.
— Ясно. И ты согласилась поговорить со мной о собаке?
— Не сразу. В конце концов, это мой дом.
— Твой.
- Но она сказала, что ты меня любишь, стараешься обо мне заботиться и что я не должна терять тебя из-за Тоби.
— Какая доброта!
— Она права, Ричард. Ты окружил меня заботой. Но я все-таки хочу, чтобы у Тоби была собака. Об этом и собираюсь с тобой поговорить.
  
— Хорошо. И что ты хочешь сказать?
— Альберт любит собак и говорит, что будет помогать растить щенка, так что в доме не будет от него грязи.
— Альберт молодец.
— Он сказал, твой отец не разрешал ему иметь собаку.
— Легко могу поверить, отец любил командовать.
— И раз уж он будет помогать, почему бы Тоби не завести собаку?
— Я не говорил, что нельзя.
— О, Ричард, ты такой хороший сын!
— Ты изменишь свое мнение, когда собака нагадит на один из твоих драгоценных восточных ковриков.
Элизабет засмеялась.
— Коврик можно заменить. А Тоби будет счастлив.
— Какую собаку ты хочешь ему подарить?
— Не знаю. У тебя есть какая-то мысль?
— У меня в офисе у одного сотрудника есть собака, она ощенилась три недели назад. По-моему, это шоколадные лабрадоры. Они хорошо обращаются с детьми.
— Прекрасно. Позвони ему, пусть продаст щенка!
— Продаст? Я его босс!
— Понимаю, но... Ричард засмеялся.
— Мама, я тебя дразнил. Позвоню прямо сейчас. Ты хочешь, чтобы до Рождества он подержал его у себя?
— Именно так. Пусть для Тоби это будет сюрпризом. Ты сможешь перед Рождеством съездить за щенком после того, как Тоби заснет?
— Конечно. Мама, ты когда-нибудь думала о том чтобы подарить мне щенка?
— Да. Я уговаривала папу, но он не желал животных в доме. И даже во дворе. Извини сынок, покаялась она.
— Все нормально, мама. Я прекрасно вырос и без собаки. - Он погладил ее по руке.- Я рад, что мы сможем сделать это для Тони.
— Скорее пойду расскажу Молли, что ты согласен.
- То-то она удивится!
- Сынок, ты к ней слишком суров.
- Нисколько. Кстати, врач нам говорил, что у нее нет семьи, а ты знаешь, что у нее в Сиэтле мать?
- О нет, дорогой, ты ошибаешься. Ее родители погибли в автокатастрофе, когда ей было семь лет. Она рассказала Тоби. Ее вырастила приемная семья.
Ричард нахмурился.
- Может, она так сказала, чтобы ему было легче.
- Нет, он мне утром рассказал, я ей посочувствовала, а она промолчала.
- Не могла признаться во лжи, чтобы не нарушить связь е Тоби.
- Я уверена, что ты не прав. Молли не стала бы лгать.
Ричард только покачал головой. Мать никогда не верила ничему плохому про людей — и про него тоже. Иногда он ей лгал, и его охватывало такое чувство вины, что он в конце концов признавался. Может, так же будет с Молли.
- Молли, можно я пойду погуляю?
- Нет, сегодня очень холодно. Ты же не хочешь простудиться перед Рождеством? К тому же у меня есть для тебя одно дело. Придумай, что ты можешь подарить Ричарду и бабушке на Рождество.
- Но у меня нет денег, — напомнил Тоби.
- Я тебе дам.
Он оживился.
- В самом деле? Здорово!
- Купим, завернем, и ты положишь под елку.
- Это мне нравится. А что можно купить?
- Что-нибудь недорогое — Ричарду платок с монограммой, бабушке — душистое мыло.
— Это неинтересно. — Он задумался, потом глаза зажглись возбуждением. — Я купил папе карманный фонарь, мама сказала, что он ему нужен, и... - Реальность обрушилась на него, и на глаза набежали слезы. — Я..- я забыл. Мама и папа не вернутся. Правда?
— Правда, дорогой. — Молли обняла его — единственное утешение, которое могла дать. А еще, говорят, полезно поговорить о потере. Когда о ком-то разговариваешь, он как будто живет, по крайней мере в памяти. — Что ты подобрал для мамы? — спросила она.
— Духи, — прошептал Тоби. — У меня не хватало денег, но папа мне помог, потому что она их очень-очень хотела.
— Я уверена, что она была бы рада.
Тоби тихо лежал у нее на руках; восторг перед праздником потерялся в воспоминаниях о прежней жизни.
— Молли, они умерли потому, что я был не слишком хороший мальчик?