Гелен: шпион века
Эта реорганизация сказалась и на статусе геленов-ской «Организации». До сих пор Гелен все еще формально подчинялся Управлению особых операций. Контроль над ним ЦРУ делило с Госдепом США и Пентагоном. Одним из первых шагов Смита в ЦРУ стало обращение к Трумэну с просьбой о слиянии «Организации» с предтечей Совета Национальной Безопасности — Управлением политической координации, возглавлявшимся Фрэнком Уиснером. После состоявшегося слияния ЦРУ обрело полный контроль над этими двумя организациями, превратившимися в Отдел планирования и операций во главе с Даллесом и его заместителем Уиснером. Изменение названия практически не повлияло на саму ее суть: — эта организация осталась все тем же «Департаментом грязных дел».
Вскоре после своего нового назначения Аллен Даллес выехал в Пуллах для встречи с Геленом. Его заместитель Уиснер уже успел побывать там до него. На повестке дня первой встречи Даллеса и Гелена в послевоенный период, за которой затем последовали и новые многочисленные визиты, стоял план незамедлительной активизации шпионской деятельности против Советского Союза. Даллес объяснил Гелену, что он должен как можно скорее взяться за поиск агентов, готовых отправиться в Россию для передачи оттуда развединформа-ции. Даллес пообещал со стороны ЦРУ гарантии безопасной переправки таких людей через границу — либо морскую, либо воздушную, поскольку, по мнению Гелена, сухопутный маршрут через границы ГДР и Польши не представлялся возможным. Оба собеседника, уже встречавшиеся четыре года назад, прекрасно поняли друг друга. И действительно, между высоким, говорливым, общительным и обаятельным Даллесом и низеньким, замкнутым и неразговорчивым аскетом Геленом возникла странная дружба. За последующие одиннадцать лет их отношения патрона и протеже выросли в честное партнерство, в котором Гелен играл роль старшего.
Уиснер создает личную армию ЦРУ
Даллес объяснил Гелену, что необходимо уделить самое большое внимание отбору и обучению агентуры для работы в России. Годом ранее Уиснер уже обсуждал с Геленом этот вопрос наряду с проблемами, связанными с вербовкой агентов из числа жителей государств Восточной Европы для создания подпольных вооруженных формирований в странах коммунистического блока. Реализация этого плана началась лишь в 1952 году, когда победивший на президентских выборах Эйзенхауэр сделал главой ЦРУ Аллена Даллеса. Брат последнего, Джон Фостер Даллес, незадолго до этого стал Госсекретарем США и проводил политику балансирования на грани войны. Братья Даллесы были глубоко убеждены в том, что угнетенные национальные меньшинства в сталинской России готовы восстать против коммунистической тирании при условии поддержки извне. В Германии было необходимо создать особую наемную армию и подготовить ее к подобному событию в СССР и принять в восстании участие, не вовлекая тем самым напрямую в этот конфликт армию США.
Кто иной, кроме Гелена, мог оказать помощь в организации подобных «войск специального назначения»? У его бывших подчиненных из штаба «Валли», а также бывших военнослужащих из диверсионной дивизии СС «Бранденбург» и «ягдкомманд», действовавших против частей Красной Армии и советских партизан, имелся столь необходимый для этого боевой опыт. Особых проблем в поиске достаточного количества добровольцев для выполнения этих задач среди сотен тысяч перемещенных лиц, проживавших в жутких условиях в переполненных специальных лагерях, не возникало. В конце войны союзные войска обнаружили на территории Германии семь с половиной миллионов человек, пригнанных туда на принудительные работы, а также огромное количество полуживых от голода военнопленных. В ближайшие же несколько недель более трех миллионов французских, голландских, датских, норвежских, югославских граждан, а также большое количество поляков было репатриировано — советские власти «позаботились» о своих «младших братских народах» в восточной оккупационной зоне. Хотя многим восточноевропейцам, отказавшимся возвращаться домой, представилась возможность эмигрировать в Соединенные Штаты, Канаду, Южную Америку и Австралию, в немецких лагерях все еще находилось несколько сот тысяч их бывших товарищей. Многие из них не имели работы, однако те, кто был помоложе, нашли себе низкооплачиваемую и неквалифицированную работу на сельскохозяйственных и промышленных предприятиях, работая на расчистке и восстановлении превращенных во время авианалетов в руины немецких городов. Из их числа в значительной степени набирались кадры для финансируемых американцами организаций, где условия жизни представлялись людям чуть ли не раем по сравнению с крайней нищетой, в условиях которой им ранее приходилось существовать.
Внимание Уиснера и Гелена привлекали украинцы, белорусы, поляки, латыши, эстонцы, литовцы и представители других национальных меньшинств — остатки 600-тысячной «Русской освободительной армии» генерала Власова. За период двух лет было завербовано около пяти тысяч добровольцев, которые прошли обучение в лагерях Бад-Висзее, в Кауфбойрене в Баварии и в казармах американской армии «Хамманд» под Мангеймом. Инструкторами были американские офицеры и бывшие унтер-офицеры вермахта и войск СС. В Кауфбойрене комендантом и старшим инструктором был майор Рональд Отто Болленбах, бывший заместитель военного атташе США в Москве.
Эти формирования стали ядром личной армии ЦРУ, получившей впоследствии во Вьетнаме название «зеленые береты». Некоторые из них до сих пор дислоцируются в Западной Германии — 5-я специальная разведывательная группа, ныне полностью воздушно-десантная, которая базируется в Оберурзеле, и 10-я специальная группа в Баварии.
В Германии в те годы появились сотни организаций иностранных граждан. Некоторые из них занимались благотворительной деятельностью и вопросами социальной защиты, большинство же из них — исключительно политикой. Мюнхен стал столицей «перемещенных лиц». В 1950 году здесь какое-то время действовало не менее восьмидесяти подобных организаций, которые отчаянно соревновались друг с другом, и практически каждая финансировались из фондов ЦРУ. Позднее они стали получать средства от правительства ФРГ — деньги проходили по графе «расходы на образовательные и социальные нужды». В 1971 году официальный Бонн выделил 5 400 000 немецких марок таким организациям, как «Украинский центральный комитет», «Ассоциация польских беженцев», а также ассоциациям словаков, хорватов, прибалтов.
Гелен «поднял по тревоге» нескольких своих заместителей, прекрасно разбиравшихся в жизни восточноевропейских государств, а также обратился к эксперту по Востоку, с которым он был знаком еще со своих школьных лет в Бреслау и которым давно восхищался. Это был Михаил Ахметели, родившийся в 1887 году в Грузии, в Боржоми, где его отец в свое время сильно разбогател, после того как на принадлежавшей ему земле британские и американские инженеры нашли нефть. В годы революции Ахметели воевал в рядах белой армии против большевиков и впоследствии оказался в Германии, где стал читать лекции на факультете славистики в университете Бреслау. Он состоял в дружеских отношениях с семьей Гелена. Несколько его книг, в которых автор разъяснял миссию Германии в деле «просвещения коммунистической России», были изданы издательством «Фердинанд Харт и сын», в котором работал отец Гелена. В свое время Ахметели состоял в тесном контакте с германским абвером. Основанный им «Ост-Институт» фактически являлся прикрытием для ведения разведывательной деятельности против Польши и Советского Союза еще до того, как власть в Германии захватили нацисты. При Гитлере он стал профессором и возглавил институт по изучению проблем международного коммунизма и СССР. Будучи другом главного нацистского теоретика Альфреда Розенберга, разработавшего доктрину арийской расы, он часто консультировал высших чинов ОКВ, к его советам прислушивался и Гелен. В 1945 году Ахметели ушел в тень, опасаясь, что его могут передать Советам, однако вскоре объявился под именем «доктор А.К. Михаэль» в Унтервайльбахе, деревушке близ бывшего концлагеря Дахау, недалеко от Мюнхена, где Гелен за деньги, предоставленные ЦРУ, купил ему виллу.