Гелен: шпион века

Редкий снимок, на котором запечатлена встреча генерала Гелена со своим осведомителем
Дом Р. Гелена в Берге, приобретенный им в 1956 году
Один из поздних предполагаемых снимков Р. Гелена
В середине пятидесятых годов статус Гелена и его могущество достигли небывалой силы и величины. Более того, теперь его влияние простиралось и на внешнюю политику Западной Германии, поскольку сам он близок к руководящим кругам НАТО. Через своих друзей, таких как Госсекретарь Ганс Глобке (в течение целого десятилетия тот исполнял роль своеобразного «серого кардинала» при канцлере Аденауэре), Гелен взял под свой контроль фактически все отделы западногерманской разведки, сумев поставить на ключевые посты своих людей. Теперь военная разведка и внутренняя контрразведка были в его руках. В те годы около семидесяти процентов получаемой НАТО развединформации о положении дел в Советском Союзе, странах Варшавского договора и многих других уголках Европы так или иначе поступали из Пуллаха.
Более того, в ЦРУ Виснер и новый заместитель директора отдела «Планов и операций» продолжали полагаться на Гелена — даже после того, как «Организация» последнего была официально передана под контроль Федерального правительства и в июле 1955 года переименована в «Бундеснахрихтендинст» (БНД).
Тем временем по обеим сторонам границы, по живому прорезавшей тело страны, не утихала холодная война. Говорили, что в те годы в Западном Берлине свои шпионские центры держали двадцать две страны. Воистину, пестрое сборище разношерстных антикоммунистических организаций и агентств, нередко откровенно продажных по духу, пыталось поодиночке и сообща противостоять шпионской машине коммунистов. В вечерних клубах, кофейнях и пивных полным ходом шли торговля и обмен «секретной» информацией. Для многих тысяч самодеятельных «агентов» это превратилось в образ жизни. Их еще называли «мальчиками за сто марок». За хороший обед они обещали добыть для вас самые что ни на есть «секретные секреты» Кремля, Пентагона, Уайтхолла, Кэ-д’Орсе.
Тогда, как и сейчас, в Западном Берлине существовало несколько десятков шпионских и пропагандистских центров. В конце пятидесятых нейтральные наблюдатели утверждали, что в Берлине работает около семи тысяч тайных агентов и информаторов, из них две или три тысячи были официально задействованы разведками США, Великобритании, Франции и СССР. Остальные же представляли собой темные личности и банды, пытавшиеся урвать себе, кусок от сомнительного шпионского пирога.
В последующие годы шпионская деятельность переместилась из Берлина в другие города ФРГ. Любой локальный конфликт, любой мятеж в самом отдаленном уголке земли пополнял ряды агентов, изгнанников и приспешников того или иного политического режима в Мюнхене, Гамбурге или Франкфурте. Эти города превратились в излюбленное место встречи бандитов всех мастей. На улицах немецких городов хорваты убивали хорватов, в небе над Германией арабские угонщики самолетов захватывали израильские лайнеры. Не проходило и месяца без разоблачений еще одной советской, польской или чешской агентурной сети.
В середине 50-х годов из Западного Берлина было удобно наблюдать за интригами между Западом и Востоком, торговлей оружием и «промывкой мозгов». В городе работали — и работают до сих пор — многочисленные «исследовательские институты», службы по связям с общественностью, экономические консультанты и культурные общества. Некоторые из них полностью посвящали себя шпионажу, передавая информацию в вышестоящие инстанции, в то время как большинство других сочетали сомнительную работу на одну из сторон с настоящим бизнесом в сфере торговых отношений между Востоком и Западом..
 
На первый взгляд, обе половины Берлина, одна — кричащая рекламой и процветающая, другая — все еще убогая и подавленная, могли показаться перенаселенными, оживленными человеческими муравейниками. Но за всем этим скрывались грязные игры, продажность, заговоры, шпионаж и черная пропаганда. Более того, Берлин все еще оставался «пороховой бочкой». Одной спички было бы достаточно, чтобы весь мир взорвался.
  
Волльвебер
 
Только в такой специфической обстановке, которая сложилась в Германии первой половины XX века, мог развить свои таланты такой человек, как Эрнст Фридрих Волльвебер. Всю свою жизнь он посвятил злодейству. После подавления беспорядков в Берлине он сменил Вильгельма Цайссера на посту министра госбезопасности и главы восточногерманской разведки. Цайссера сняли за то, что он не сумел предотвратить восстание и более того — за неспособность воспрепятствовать успешному внедрению в ГДР геленовских шпионов, агитаторов и операторов подпольных радиостанций. Советское руководство ожидало, что Волльвебер сумеет исправить ситуацию. Он «унаследовал» большой и достаточно отлаженный шпионский аппарат, созданный русскими и до сих пор ими контролируемый.
Вскоре после оккупации Восточной Германии МГБ СССР устроило'в здании больницы св. Антония в Карле — хорсте свою немецкую штаб-квартиру. Преемник Берии генерал Иван Серов возглавил организацию системы политического надзора, согласно которой советская зона разделялась на районы и округа. Каждому из них полагался свой советский «надзиратель». Помимо этого, как Восточную, так и Западную Германию покрывала густая сеть советских шпионских организаций. Представители немецкой компартии — многие из них вернулись из России, где находились в ссылке во время гитлеровского режима — были прикреплены к этим советским региональным и местным органам, но обладали исполнительной властью.
Во время второго периода советской оккупации, начало которому 17 августа 1947 года положил приказ № 201 главы Советской военной администрации в Германии, была создана уже своя, немецкая служба политического сыска и надзора, которая также взяла под контроль некоторые функции разведки и контрразведки. Ее штаб-квартира, известная как «Пятый комиссариат», или К-5, подчинялась представительству МГБ СССР в Карлсхорсте. Цайссера поставили главой, а заместителем назначили Эриха Мильке. В конце концов в феврале 1950 года К-5 был переименован в Министерство госбезопасности ГДР. Его исполнительным органом, особенно в том, что касалось шпионажа, стала служба госбезопасности «Штаатс-зихерхайтсдинст». Ее немецкая аббревиатура SSD навевала воспоминания о гиммлеровско-гейдриховской СД (SD).
Цайссер и Мильке, хотя и были закаленными «чекистами», тем не менее имели при себе «советника», генерал-майора Труханова, из числа высших чинов советского МГБ. В 1951 году это трио пополнилось четвертым, гораздо более юным участником по имени Маркус Иоганн Вольф. В 1933 году, еще будучи ребенком, он вместе с отцом перебрался из Германии в Москву, где окончил Академию имени Карла Либкнехта и училище Коминтерна в Кушнаренкове, где готовили шпионов высшего класса. Позднее Вольф оттачивал свое мастерство на дипломатических постах. В возрасте 28 лет, имея звание генерал-майора, Вольф занял кресло главы SSD. В ту пору служба госбезопасности располагалась в мрачном здании одноименного министерства на Норманненшт-рассе в берлинском районе Лихтенберг.
Именно с этими людьми Гелен вел свою «битву умов» — до тех пор, пока на арене сражения не появилась новая фигура, Эрнст Волльвебер, один из самых опасных сообщников Кремля. На протяжении целых четырех лет он был для Гелена противником номер один, нередко превосходя в хитрости и коварстве своих советских «кукловодов».
Родился Волльвебер в 1898 году в семье шахтера в городке Ганноверш-Мюнден в Гессене. Юношей ушел во флот. В 1917 году, служа в Императорском флоте на боевом корабле «Гельголанд», он 28 октября стал одним из зачинщиков пресловутого матросского мятежа в Киле, этого провозвестника революции и крушения кайзеровского рейха. Как член первого Совета рабочих и солдатских депутатов, он возглавил группу мятежников, штурмовавших берлинскую ратушу, над которой, разоружив полицию, они затем подняли красный флаг. Эрнст Волльвебер и немецкая компартия росли и мужали одновременно. Мечтой Волльвебера было попасть в Москву на курсы политических организаторов. С горсткой товарищей он сел на борт траулера в Бремерхафене. Выйдя в море, они захватили в плен шкипера и команду и приказали им плыть в Мурманск. Оттуда «революционеры» добрались до Москвы, где их приняли как героев германской революции. Волльвебер встречался с Лениным и Зиновьевым — последний возглавлял созданный незадолго до этого Коминтерн. Вскоре он с рвением приступил к учебе в военно-политическом училище, которое вело подготовку шпионских кадров для Коминтерна. По окончании учебы Волльвебер был зачислен в агенты для выполнения особо ответственных заданий.