Гелен: шпион века

Были организованы специальные лагеря, один из которых — Дабендорф, неподалеку от Берлина, — впоследствии стал центром власовской армии. В Вульхайде, под эгидой министерства Геббельса, открылась школа подготовки шпионов. Там бывшие офицеры Красной Армии подвергались идеологической обработке и превращались в немецких агентов.
  
Приобретение в лице Власова
 
Гелену еще предстояло доказать, что он сможет завербовать несколько важных персон из числа пленных советских генералов, которые будут готовы возглавить Русскую освободительную армию. Не только нацистские главари, но также и генералы, согласные с этим планом, сомневались в его успехе. И тем не менее, по счастливой случайности, Гелен нашел именно такого человека, какой был ему нужен. 13 июля 1942 года, при попытке преградить немецким войскам путь к Москве, 2-я ударная армия РККА потерпела сокрушительное поражение под Волховом. Командир этой армии генерал А.А. Власов вместе с несколькими своими офицерами прятался в сарае, где их и обнаружили солдаты немецкого танкового подразделения. Их переправили в лагерь для военнопленных офицеров в украинском городе Виннице. Гитлер перевел туда из Растенбурга свою Ставку и ожидал триумфального взятия советской столицы.
Власов был одним из наиболее выдающихся генералов молодого поколения советских военачальников. Он родился в Нижегородской губернии в семье крестьянина и намеревался учиться на священника, но во время Первой мировой войны был призван в царскую армию. Во время Гражданской войны Власов стал командиром роты и сражался против белых. Впоследствии он остался в Красной Армии, где начал стремительно подниматься вверх по служебной лестнице. Будучи генерал-майором, Власов возглавлял советскую военную миссию при Чан Кайши. В начале Великой Отечественной войны он командовал дивизией, а затем, при обороне Москвы, ему поручили командование 2-й ударной армией. В немецком плену к Власову относились с уважением, особенно генерал Фриц Линдеманн, выигравший сражение под Волховом. Возможно, это в какой-то мере объясняет отношение плененного генерала к Гелену, Ренне и Штрик-Штрикфельду, которые допрашивали его в Виннице.
Гелен позаботился о том, чтобы нацисты не вмешивались в его планы относительно Власова. В Виннице он поговорил с генералами гитлеровского ОКВ, а затем отправился в ставку Гиммлера в Житомире — до войны здесь располагалось советское военное училище;
Между Ставкой Гитлера и ставкой главы РСХА проложили прямую дорогу, так называемый «ролльбан», протяженностью 50 километров. Трасса эта строжайше охранялась и использовалась только для передвижения особо важных персон под конвоем телохранителей-эсэсовцев. Гиммлер ежедневно приезжал в Ставку фюрера. Частыми гостями в ней были также Геринг, Геббельс, Борман, Гейдрих и обергруппенфюрер СС Генрих Мюллер, глава гестапо, — кстати, Гелен легко заручился поддержкой последнего. Мюллер принадлежал к числу «старых нацистов» и отличался радикальными взглядами, большинство нацистского руководства выглядело в его глазах «обуржуазившимися декадентами». Шеллен-берг подозревал, что в душе Мюллер «скорее коммунист, чем истинный национал-социалист», однако следует признать, что начальник гестапо был безгранично предан Гитлеру.
В Виннице Гелен провел секретные переговоры с главой СД Гейдрихом (его вскоре после этого перевели в Прагу). Они заключили своего рода соглашение, результатом которого было сотрудничество между «восточным отделом» и группами СД, включая выросшую из «зондеркоманд» «Цеппелин». Гелен пообещал не вмешиваться в их разведдеятельность и в обмен на информацию обеспечивать анализ и обработку данных силами «восточного отдела». В то же самое время ему удалось убедить адмирала Канариса, который частенько наносил визиты фюреру в ОКВ, что им следует разделить сферы влияния и не мешать друг другу. В длинном письме начальнику подотдела абвера Бентивеньи Гелен предлагал «зарыть топор войны» и нацелиться на сотрудничество в будущем. Обеспечив себе, таким образом, невмешательство со стороны конкурентов, Гелен распорядился, чтобы Ренне и Штрик-Штрикфельд взялись за организацию власовского штаба.
 
Люди Гелена обшаривали лагеря для военнопленных в поисках возможных соглашателей и вскоре сколотили небольшую команду. Ренне отвез ее в Берлин, где будущих шпионов поместили в просторный дом на Виктория-штрассе. Хотя на окнах были решетки, а вход охранялся военной полицией, к «постояльцам» относились с уважением и даже отдавали им честь. Еду им доставляли из хорошего ресторана на Потсдамерплатц. Гелен неизменно прибегал к политике «кнута и пряника» с теми, кого хотел переманить на свою сторону. Для того, чтобы заручиться дальнейшей поддержкой со стороны нацистского руководства, он обратился в министерства Риббентропа и Геббельса. Оттуда в штаб Власова прислали официальных представителей — доктора Густава Хильге-ра, бывшего политического консультанта при немецком посольстве в Москве, и капитана фон Гроте из отдела пропаганды.
Свита Власова являла собой довольно пеструю компанию. Самым интеллигентным из офицеров был полковник Милетий Зыков, один из немногих евреев, кому удалось в Красной Армии дослужиться до высоких чинов. Он был сторонником бухаринских «правых уклонистов», и в 1936 году Сталин сослал его в Сибирь, где он и провел в ссылке четыре года. Второй жертвой сталинских чисток был генерал Василий Федорович Малыш-кин, в прошлом глава штаба Дальневосточной армии — он проходил по делу Тухачевского и тоже получил срок. Третий офицер, генерал-майор Георгий Николаевич Жиленков, некогда был армейским политкомиссаром. Как и многие другие из обработанных Геленом офицеров, в начале войны он был реабилитирован и получил в свои руки командование — Сталин спохватился, что в результате репрессий армия фактически лишилась военачальников. Но они не забыли и не простили того, как с ними обошлись. Даже Зыков, еврей по национальности, был готов сотрудничать с немцами. Гелен оставил штаб на Викторияштрассе на попечении Ренне и Штрик-Штрикфельда, а сам вернулся к своему основному делу — реорганизации отдела. «Иностранные армии — Восток». Он поставил себе цель превратить ее в главную разведывательную организацию рейха.
  
ГЛАВА 5
 
ВО ГЛАВЕ РАЗВЕДКИ
 
Гелен не терял времени даром. Не успел Кинцель сдать дела, как он тотчас же с головой ушел в работу. В первый же день собрал весь свой штат: начальников отделов, старших офицеров, картографов, радистов, технических служащих — буквально всех, до последнего рядового рассыльного, — и обратился к ним с бодрой речью. Гелен дал понять, что отныне все в корне изменится: от подчиненных потребуются безоглядная преданность делу, усердие и трудолюбие и, что самое главное, строжайшее соблюдение секретности во всем без исключения.
В течение нескольких дней Гелен произвел кардинальные перестановки в верхах, заменив практически всех глав отделов и секций. Команда полковника Кин-целя состояла из немолодых старших офицеров, таких как подполковник доктор Эрих Наук, старый служака «Нахрихтендист», некогда работавший в Париже — якобы в качестве банкира — в течение нескольких лет до войны. Он считался главным специалистом по экономическому положению Советского Союза. Подполковник Карл фон Огилви, начальник «группы-11», занимался анализом полученных разведданных; подполковник Йо-, ганн Гогейзель отвечал за проверку достоверности информации, полученной у пленников на допросах.
Вскоре все они и многие другие оказались на куда менее значительных постах, а на их место пришли моло-дне офицеры, по мнению Гелена, более напористые и инициативные. Например, фон Огилви получил под свое начало небольшую группу, занимавшуюся скандинавскими странами. Позднее он проводил почти все время в разъездах по Швеции, пытаясь воплотить в жизнь так и неудавшийся в конце концов план Гитлера прибрать к рукам и эту страну. Фюрер мечтал завладеть залежами железной руды, а заодно использовать Страны Северной Европы для переброски войск и как базу для самолетов люфтваффе и своих субмарин, чтобы сорвать морские поставки союзников в Россию.