Гелен: шпион века

Связав себя брачными узами с полковничьей дочкой, Гелен породнился со многими юнкерскими семействами; карьера его тоже неуклонно пошла в гору. Вскоре он получил назначение в Генштаб. Его младший брат Вальтер и кузен Арнольд — сын его дядюшки Макса, издателя, — также преуспевали, причем и тот, и другой весьма сочувственно относились к все выше поднимающему голову национализму. В качестве диссертационной темы Вальтер Гелен выбрал исследование обязанностей члена парламента. Выводы получились у него следующие: в обязанности политика входило в первую очередь служение государству, и лишь потом — избирателям. Более того, Вальтер Гелен всячески отстаивал тезис о целесообразности однопартийной системы — вскоре осуществленной на практике Гитлером. Кузен Рейнхарда Гелена Арнольд выбрал для себя академическое поприще — из-под его пера вышла книга о Фихте. В своей «Политической теории» этот немецкий философ нарисовал картину утопического государства, устройство которого основывается на диктатуре. В другом своем труде, опубликованном несколько лет спустя, Арнольд Гелен превозносит грядущее «мировое господство Германии».
Представители того класса, к которому принадлежали Гелены, весьма сочувственно относились к провозглашенной Гитлером политике, хотя и считали — говоря словами Гинденбурга, которые он произнес после первой своей встречи с будущим фюрером, — что «Германией не может править какой-то там австрийский ефрейтор». Во время президентских выборов 1932 года, во время которых Гитлер набрал 11 миллионов голосов, а Гинденбург 18 с половиной, социал-демократы и либералы отдали свое предпочтение престарелому фельдмаршалу, лишь бы только не прошел нацистский выскочка.
Правоцентристская коалиция все еще тешила себя надеждой, что канцлер Брюнинг, лидер католической партии, сумеет с помощью армии восстановить монархию. Кандидатуру Брюнинга, высокообразованного, но нерешительного по натуре человека, Гинденбургу предложил генерал фон Шлейхер. Тот же Шлейхер ловко воспользовался дружбой с его сыном, полковником Оскаром фон Гинденбургом, ради собственного продвижения по карьерной лестнице. Он также надеялся использовать в своих целях и Брюнинга, который, не располагая парламентским большинством, правил в основном на основании президентских указов. Когда же Брюнинг утратил поддержку армии, Шлейхер тотчас организовал его отставку, а в качестве преемника предложил Франца фон Папена. В папеновском «министерстве баронов» все ключевые посты оказались отданы ставленникам националистически настроенных промышленников и прусского юнкерства. Первое, что сделал Папен, получив кресло канцлера, заручился дружбой с Гитлером. Результатом этого стало снятие запрета, наложенного в свое время Брюнингом на деятельность отрядов нацистов-штурмовиков.
Вскоре после этого в Пруссии произошел переворот: премьер-министр и его кабинет оказались отстранены от власти. Кроме того, было объявлено военное положение, «чтобы гарантировать, что выборы в ноябре 1932 года будут проведены в атмосфере законности и порядка». Этот шаг, направленный в первую очередь против коммунистов и левых социал-демократов, имел неожиданные последствия: нацисты потеряли 2 миллиона голосов и 34 места в рейхстаге, в то время как коммунисты получили три четверти миллиона голосов, а количество мест возросло до ста. Теперь в рейхстаге дела зашли в тупик: никакое правительство не могло собрать большинства против левых и правых экстремистов, и Папен подал в отставку. 2 декабря главный интриган генерал фон Шлейхер убедил Гинденбурга сделать его канцлером. Так и не сумев примирить центристов и левых; он предложил Гитлеру вступить с ним в коалицию, но это предложение было решительным образом отвергнуто. Правительство Шлейхера продержалось у власти 55 дней, которые были отмечены постоянными бунтами и уличными столкновениями между штурмовиками-нацистами и коммунистическим Рот Фронтом, к которому присоединились сотни тысяч ранее умеренных социал-демократических военизированных групп «рейхсбаннер».
 
Германия была на грани гражданской войны. Проискам Шлейхера пришел конец; угасла также надежда консервативных националистов и военных лидеров на реставрацию монархии, а вместе с ней на возвращение в страну закона и порядка. Теперь все карты оказались в руках Гитлера, и он был очень осторожен, когда Гинденбург предложил ему должность канцлера. Бывший ефрейтор поменял свой мятый макинтош и шляпу с опущенными полями на фрак и цилиндр. Заверив генералов и консерваторов в том, что он будет управлять страной «строго в соответствии с конституцией», Гитлер принял от Гинденбурга эту должность 30 января 1933 года.
Новоиспеченному канцлеру было достаточно трех кабинетных постов для представителей своей партии: один он занимал сам, бывшего чиновника и умеренного нациста Фрика назначил министром внутренних дел, а летчика-аса Первой мировой войны Германа Геринга — министром без портфеля. Все остальные посты достались консерваторам, включая Папена в должности вице-канцлера, министра иностранных дел барона Нейрата и министра экономики Альфреда Гугенберга, директора крупповского концерна. Министром обороны стал генерал Вернер фон Бломберг.
Семья Геленов и их друзья приветствовали новое правительство. Пожар в рейхстаге, случившийся через четыре недели после прихода Гитлера к власти, казалось, только подтверждал «заговор красных», от которого Гинденбург и Гитлер спасли Германию. Естественно, тогда никто не знал, что эту зловещую операцию организовал сам Геринг, новый председатель рейхстага. Из своей официальной резиденции он отправил поджигателей-эсэсовцев по подземному ходу, договорившись, что они оставят в рейхстаге бывшего пациента психиатрической лечебницы с партбилетом коммунистической партии в кармане. Геринг пытался объявить предполагаемыми зачинщиками пожара немецкого коммуниста Эрнста Торглера и трех болгарских коммунистов: Димитрова, Танева и Попова. Но Верховный суд, еще не полностью состоящий из нацистов, оправдал подозреваемых. Хотя это и последующие разоблачения нацистского заговора в мировой прессе привели правительство в замешательство (ни Гитлер, ни министры-консерваторы не знали о происках Геринга), они обеспечили благовидный предлог для немедленного запрещения коммунистической партии, массовой отправки ее лидеров в срочно построенный концлагерь и других репрессивных мер. Было также арестовано большое количество социал-демократов и профсоюзных деятелей.
Гитлер распустил рейхстаг, но на последних демократических выборах, состоявшихся в марте, нацистская партия, несмотря на угрозы и запугивания населения, получила только 44 % всех голосов, в то время как у центристской партии увеличилась поддержка. Социал-демократы набрали около 8 миллионов сторонников, и даже находившиеся под запретом коммунисты получили почти 5 миллионов голосов, которые были объявлены не имеющими законной силы.
Теперь Гитлер провозгласил Национальную революцию и представил акт полномочий, дающий ему диктаторскую власть на четыре года. Он поставил во главе суверенных немецких земель штатгальтеров, подчиняющихся непосредственно ему. Таким образом, он избавился от федеральных структур и урезал полномочия президента Гинденбурга. Широко стали применяться нацистские методы управления: все «не арийцы» — то есть, проще говоря, евреи — из числа государственных служащих, учителей, нотариусов, адвокатов были уволены или отстранены от практики. Социал-демократическая партия попала под запрет; германской национальной партии было рекомендовано самораспуститься; та же самая участь постигла центристскую и мелкие либеральные партии.
Все протестантские церкви получили приказ объединиться в Евангелическую Церковь, контролируемую государством. «Штальхельм», во главе которого стояли Гугенберг и Зельдте, превратился в нацистскую партию, а отряды штурмовиков получили статус сил поддержания порядка. Общенациональный бойкот всего еврейского бизнеса, а также деятельности врачей и юристов стал сигналом к безжалостному преследованию евреев, завершившемуся введением нюрнбергских законов, согласно которым каждый человек, имевший хотя бы четверть еврейской крови, лишался гражданских прав. Забастовки были запрещены, а профсоюзы распущены и заменены нацистским Трудовым фронтом.