Царская невеста (СИ)

Там ее поджидал Фома Поликарпов, неодобрительно покачивающий головой.
- На что тебе это татарское старичье, Мария Никифоровна? – напрямик спросил он. – Только в лишние расходы тебя введут, а толку от них никакого не будет.
- Не говори такого, Фома Иванович, - спокойно ответила ему Маша. – Старики – это мудрость, а Закир и Джамиля многое интересного мне могут рассказать о Ханском дворце, в котором прежде много лет служили. И разве это по-христиански видеть погибающих от нужды людей и не помочь им?!
- Ну, дело ваше, - махнул рукой дьяк. – Что же до Ханского дворца, то есть в услужении самой Фатимы-Султан одна горничная Василиса, которая побольше может рассказать нам о Ханском дворце, чем нанятые вами старики. Боярин Морозов тайно обещал выкупить ее с неволи вместе с детьми, и она старается, исправно нам доносит, что в касимовском гареме делается.
- А сразу нельзя выкупить ее с детьми? – грустно спросила Маша, представив себе сколько бед пришлось пережить несчастной рабыне с Руси.
- Ох, добрая ты душа, Мария Никифоровна, но так недолго разориться, если никакой выгоды с добрых дел не иметь. Пусть сперва Василиса нам послужит, - развел руками Фома Поликарпов.
- Быть по сему, - вздохнула девушка, и снова принялась устраивать новых слуг на месте, доставая для них в клети ряднину в качестве постельного белья.
На следующий день она определила Закира подметать красное крыльцо Посольской избы легкой метелочкой, а старательную и исполнительную Джамилю сделала ключницей. В свободное от исполнения этих необременительных обязанностей время Закир и Джамиля охотно рассказывали Маше о прошлом Касимовского царства и учили ее татарскому наречию.
Жизнь на новом месте начала налаживаться, слуги оказались подобраны дочерью воеводы Плещеева удачно, и показали себя расторопными и неленивыми в деле. Но вскоре Маше и приказным людям пришлось столкнуться с непредвиденной трудностью – Фатима-Султан запретила давать русским послам воду из дворцовых источников и пускать их слуг к реке за водой. Дьяк Поликарпов встревожился не на шутку: воды во дворе Посольской избы осталось две неполные бочки, и нужно было поить не только людей в увеличившимся штате посольства, но также коней и скотину.
Маша полдня просидела в светлице, обдумывая эту новость. Мать касимовского царя своим распоряжением выдавливала ее из города, создавая невыносимые условия для жизни для нее и ее слуг. Однако признать поражение девушка не хотела и уезжать из Касимова не собиралась. Выход из хитроумной ловушки султанши она нашла, вспомнив семейные предания о минувшем лихолетье в годину Смуты. Ее матушка Варвара Ильинична часто рассказывала своим детям, как ее родители спаслись от жажды во время осады Брянска войсками Лжедмитрия Второго, выкопав новый колодец в своем дворе, и Маша решила попробовать сама найти воду для колодца, вспоминая матушкины рассказы о прошлых испытаниях ее семьи.
Рано утром, еще до зари девушка встала с постели, усердно помолилась на образа и вышла, накинув на себя телогрею к ближайшей околице.
- Где клубится густой туман, там вода запрятана! Где растет буйный щавель, копать колодец надобно, - слышала она по пути певучий материнский голос.
За Ямской слободой чувствовалось соблазнительное раздолье, но Маша присматривалась только к утреннему туману, стелющемуся над землей. Вот, кажись нашлось подходящее по словам матушки место – над ним туман поднимался клубами вверх, затем оседал у земли. Это говорило о близком расположении к земной поверхности водоносных слоев. Щавеля, правда не было, зато в обилии росла крапива. Желая развеять последние сомнения, Маша свистнула и тут же в ответ ей раздалось громкое ржание. Снежок как сказочная Сивка-Бурка примчался на зов любимой хозяйки, и девушка ласково погладила его по шее. Белогривый конь благодарно храпнул и тут же повел широкими ноздрями, чуя воду. Вчера вечером Снежку дали мало воды, три ковшика, и он нетерпеливо начал бить копытом, стараясь добраться до драгоценной влаги, способной утолить его жажду.
  
Последние сомнения покинули Машу, и она снарядила всех мужчин из Посольской избы копать колодец, не откладывая это дело на потом. Даже дьяка Поликарпова не миновала эта участь, несмотря на его высокий чин. Пятидесятилетний Фома Иванович покряхтел немного, но он тоже взялся за лопату, желая напиться вволю чистой водицы.
До верховодки докопались быстро, но мутной влаги оказалось немного; она больше терялась в земле, чем просачивалась сквозь почву. Грунтовая вода появилась на глубине четырех саженей, и ее тут же отделили от загрязненной верховодки и поставили дубовые срубы. Уже на следующий день простой колодец с деревянным журавлем был готов, и Маша на радостях наградила всех копавших его слуг. Теперь русским можно было спокойно жить, не дожидаясь пока коварная Фатима-Султан соизволит выделить им нужные бочки с водой.
» Глава 10
В Ханском дворце поначалу терпеливо ожидали, что отказ в воде заставит дочь воеводы Плещеева убраться из Касимова подобру-поздорову. Молодой правитель полагал трех-четырех дней без воды будет достаточно, чтобы невеста от царя Алексея признала свое поражение и поспешила покинуть негостеприимный татарский город. Однако дни проходили за днями, наступили Покрова, а русские послы не думали собирать свой обоз в обратный путь. Касимовского царя разобрало такое любопытство, что он не смог удержаться от того, чтобы не узнать в чем дело, и позвал к себе дворецкого Килелерджи-баши.
- Что желает мне приказать владыка Ильдар? – с низким поклоном спросил дворецкий.
- Пошли наиболее расторопных слуг разведать как русские послы живут без воды, - небрежно велел ему хан.
- Слушаюсь и повинуюсь, - снова поклонился дворецкий. Покинув царские покои, он тут же отдал нужные распоряжения нукерам, поднаторевшим в искусстве сыска. Соглядатаи быстро все разузнали и, когда еще дневное солнце не достигло своего зенита, вернулись в Ханский дворец с докладом, что молодая госпожа из Московии сумела найти воду в окрестностях Ямской слободы. В дополнительных водных источниках она не нуждается и даже раздает добытую влагу бесплатно всем желающим.
Узнав эту новость, царь Ильдар задумался. Его мать от природы не была жестокой женщиной, но высокомерие и честолюбивые планы сделали ее безжалостной властительницей, без колебаний расправляющейся с неугодными ей людьми. Даже его бесправные, не имеющие особого значения наложницы страдали от ее приказов – стоило какой-нибудь бедняжке забеременеть от случайной ночи любви с ним, так специально обученный евнух метким ударом в женский живот избавлял ее от будущего ребенка. Фатима-Султан безумно любила своего внука Карима и таким способом стремилась обезопасить его даже от потенциальных соперников в виде не рожденных братьев, которые могли бы представлять для него угрозу в наследовании трона. В какой-то мере Ильдар ее понимал, поскольку сам безоглядно любил своего первенца и не хотел борьбы своих сыновей не на жизнь, а на смерть. Но сознание того, что забеременевшей от него наложнице придется вынести мучительную боль во время избавления от зародыша постепенно отвратило его от утех на любовном ложе. К русской невесте Фатима-Султан будет не просто беспощадна, она постарается лишить ее жизни после того, как ее план выжить русских послов из Касимова потерпел неудачу – в этом молодой хан был совершенно уверен. И Ильдар решил еще раз поговорить с дочерью воеводы Плещеева и уговорить ее покинуть Касимовское царство во имя спасения своей жизни. Девушка была ему безразлична, однако он не хотел, чтобы о его матери пошла дурная слава.