Инферно: Марионетки (СИ)
Бальшой Босс поневоле оскалился в клыкастой улыбке, представив себе «благодарных и почтительно внимающих слушателей» в лицах, а точнее зелёных харях тех же Шарыка и Шуграка — огра, отправленного за послом и двухголового огра-мага. Другие, кстати, были или такими же, или самую малость поумнее. Или поглупее. хотя это сложно было представить тем, кто не жил среди орков достаточно долгое время.
Что хотел Сигха из прайда Бегуших-по-Берегу? Использовать его, Грашш-Нака, войска для того, чтобы напасть на чем-то напакостившего Замкам-над-облаками соседа — князя демонов Хельги, который, как и он сам, тоже имел два домена и, по полученной от шпионов из Гильдии Воров и от титанов же, сейчас нацелившийся уже на третий, пусть и находящийся не вплотную к его владениям.
Желания, озвученные посланником титанов, были ясны, как солнечный летний день. Но просто так стронуть свою орду в бой, бросить жаждущих крови зеленошкурых на действительно сильного противника просто так, за милостиво-пренебрежительное «спасибо» от мнящих себя стоящими над всем миром существ? Грашш-Нак не был глупцом ещё со времён юности своей прошлой жизни, когда звался Диком Мак-Ланнером, только-только начинавшим становиться солдатом. Ещё простым, не наёмником. Да и самое искреннее «спасибо» тоже душу не грело и карман не отягощало. Другое дело собственные интересы, получение добычи, новых земель, так хорошо сочетающиеся с победами и воинской известностью. Вольная Степь, к которой принадлежали все зеленошкурые, она смотрела прежде всего на силу Бальших Боссов, неважно, использовали они оружие простое или силу шаманов.
— Хочешь, чтобы мои бравые парни и девки сокрушили оборону демона? — сказал он Сигхе тогда, при первом серьёзном разговоре. — Предлагай что-то ценное и нужное. И я не буду тем, на кого Хельги обрушит свою немалую силу. Ищи дураков в других местах. Если найдёшь, я, как умный, с удовольствием нанесу удар по ослабленному соседу.
Ракшас заверил его, что дураком уважемого Грашш-Нака считать и не думал, после чего попросил пару дней на размышления и возможность связаться со своими хозяевами. Конечно же, время он получил, заодно с пожеланием быть «почётным гостем» в Костеглодке. Настолько почётным, что посланца титанов постоянно сопровождали шаман и два чёрных орка, одним своим видом отбивавшие у особо буйных его подданных самое слабое желание даже что-то хрюкнуть в сторону посланника.
Иначе было нельзя! Остановить подавляющее большинство зеленошкурых дать в морду, а то и просто напасть на появившегося в крепости и вообще в домене чужака было почти невозможным делом. Орки есть орки, их не переделать. Собственно, Бальшой Босс и не пытался, используя их достоинства и лавируя меж многочисленными недостатками. Такими, например, как склонность не просто к говорящей жратве, но к откровенному садизму, бывшему для зеленошкурых, особенно низких рангов, естественным, как дыхание. Что уж тут говорить, если даже к покупаемым рабам, занимавшимся сельским хозяйством в Костеглодке и Воющих Камнях — втором, менее недели назад захваченном домене, ранее принадлежавшем эльфам — приходилось приставлять охрану из числа хоть немного умеющих сдерживаться. Умение же сдерживаться в понимании тех же орков означало не жрать попавшегося «чилавека» или там «ельфа» с «хаббитом», а просто пнуть или стукнуть в рыло… после чего тоже выживали не все. Ну и если попадалась «годная самка», то просто трахнуть, а не за**бывать до полусмерти и потом не бросать в кипящий котёл или там разделывать для жарки на костре.
Радостное верещание снизу, с арены. Думая мысли, Грашш-Нак всё же следил за одним из любимых своих тут развлечений — «гладиаторскими» боями. Вот и сейчас порадовал как процесс, так и результат. Радостно прыгающий рядом с трупом хрюкера, которого сейчас жрали два оставшихся в живых, хотя изрядно порванных сквига, погонщик. Насколько радостно, что аж потрясал своим… гхыром, явно собираясь отлить на труп того, кого не лично, но зато прикончил. Орки и гоблины, они такие орки и гоблины! Всегда предсказуемые, если, конечно, не брать шаманов, чёрных орков и изредка гоблинских клановых вождей.
Впрочем, погонщику почти сразу дали добротного пинка — не просто, а телекинезом, тут один из контролирующих бои шаманов постарался, задействовав одного из многочисленных покорённых духов — ибо нечего «харошую жрачку портить!», как любили говорить все без исключения зеленошкурые. А жрать они да, обожали. Недаром особым, чуть ли не сакральным значением что в крепостях, что в походных лагерях обладали большие котлы и столь же солидные вертела, в коих варилось и на которых жарилось самое разное мясо, от лосей с кабанами до человечины, эльфятины и даже орчатины-гоблинятины-огрятины. Да-а, понятие любых видов похорон в Вольной Степи было практически неизвестно — в котёл отправлялись все и всё… если, конечно, не успевало к этому времени протухнуть. Тухлятину оркоподобные не любили, хотя их лужёные желудки и бездонные утробы разве что камень переварить не могли.
— Эта тигра, оно здеся, Босс, — вернулся, наконец Шарык, почесывая… Похоже, хотел голову, но забыл, что на ней был шлем, поэтому чесал именно сталь, при этом удивляясь, что ничего не чувствует. Выражение лица было… как во многих случаях. — Моя сделать!
— Стой, смотри. Можешь жрать, если хочешь.
Говоря это, Грашш-Нак даже не сомневался — жрать огр хочет всегда. Вот и сейчас, радостно урча, шагнул в сторону, где на большом подносе были навалены куски грубо обжаренного мяса. А уж кому оно там принадлежало… об этом Бальшой Босс уже давно не задумывался, сделав единственное исключение — пообещал отдать сквигам на прожор того придурка, который подаст ему мясо, раньше умевшее говорить. Уподобиться своим давним африканским знакомцам бывший «солдат удачи» ни в коем случае не собирался. Самоуважение не позволяло!
— Здоровья и доброго дня тебе, Сигха, — поприветствовал он ракшаса, что невозмутимо встал в паре метров от него, отвесив неглубокий поклон, но при этом держа одну из рук на эфесе кривого клинка, одного из двух. — Ты успел связаться со своими высшими и подумать над тем, что они… вы все можете мне предложить?
— Дурака нашли, он нанесёт первый удар, понеся большие потери, — спокойно, без капли иронии произнёс тигроподобный. — Ты ударишь вторым. Твои войска получат мясо, пленниц, другую добычу. А твоя сокровищница отяжелеет от золота.
— Кто стал дураком и насколько велика его глупость? Как много золота или иного вы готовы дать мне?
— Хан Бахмут-аль-Баграм соблазнился обещаниями богатой добычи и уязвлённым самолюбием. Два набега, малый и поболее, оба они провалились, а их участники были перебиты или взяты в плен князем Хельги, — излагал нужную информацию Сигха. — Теперь будет третий. В любом степном домене много конницы, она быстро перемещается, нападения на прогневившего Замки-над-облаками не нужно будет долго ждать. Родичи и советники не станут останавливать хана. Они тоже получили обещания. Благоволение Замков будет распространено на любого, кто не противится этому набегу. И если хан Бахмут-аль-Баграм погибнет… Что ж, его заменит иной из рода аль-Баграм. В Золотом Каганате такое происходит часто, а Великий Каган с пониманием смотрит на смену своих вассалов.
Грашш-Нак удовлетворённо улыбнулся, обнажая острые и выдающиеся по размеру клыки, как и полагалось в таких случаях Бальшому Боссу.
— Хорошие дураки, полезные. Взаимозаменяемые. С глупостью закончили, начнём говорить про плату. Ту, что нужна мне. Что скажешь, Сигха из прайда Бегущих-по-Берегу
— Пятьсот тысяч монет. Просто за то, что ты, хозяин двух доменов, стронешь свою орду после того, как Бахмут-аль-Баграм примет на себя первый удар демонов и темных храмовников. Два миллиона и по полсотни мер самоцветов и кристаллов, если сумеете взять хотя бы один замок Хельги. И по сотне тысяч и десятку мер самоцветов с кристаллами за каждый взятый вами форт и даже простое село.
— Если сумеем убить самого князя?
— За него и одного из его героев, Ставра Изменчивого, темного друида, по двести тысяч за голову. Остальные герои — по полсотни.