(Не)естественный отбор (СИ)

– Как ты с эльфенышем-то связался? Человечки тебе мало? – удивилась Крис. – Домой, скорее всего, пошел, или из родни кто приметил и подбросил на машине.
– В том-то и дело. Нет у него ни семьи, ни дома. И не спрашивай, почему. Самому интересно. Но лучше не распространяться об этом, ладно?
– Поняла, – задумчиво протянула Крис. – Одиноко гуляющий эльфеныш восьмидесяти лет… То еще чудо.
Но Настя не появилась ни на следующий день, ни на третий.
Более того, в четверг, когда я снова пришел в общежитие, мне сказали, что Алеева съехала.
– Как съехала? Куда? – сначала я даже не понял, что мне сказали.
– Откуда ж я знаю. Оне ж мне не докладывают. Даже не заглянула, людей каких-то прислала за вещами и все.
– Людей? – переспросил я.
– Ну, людей, эльфов. Какая разница? – вахтерша раздраженно посмотрела на меня.
– Я прошу рассказать подробнее. Кто приезжал? Во сколько? Почему вы им отдали ее вещи?
– С чего это я должна тебе докладываться? Ты ей кто: брат, сват иль муж? – она явно издевалась, прекрасно понимая, что я оборотень.
– Настя – моя девушка, – и, глядя на выпучивающиеся глаза женщины, вытащил удостоверение сотрудника полиции. – И я очень прошу вас помочь.
Так я узнал, что Настя со вторника так и не появилась в общежитии. Но сегодня около четырех часов («Как раз начался сериал про Булкиных») к вахтерше подошли два молодых эльфа с традиционно длинными волосами («Прям как в историческом фильме… как его там?»). Они отдали ей заявление на выписку из общежития за подписью Алеевой («Кто ж ее знает, как она там расписывается. Но закорючка стояла») и копию ее паспорта.
Женщина попыталась было возражать им, мол, без присутствия проживающего она не может отдавать ничьи вещи, ей же еще нужно принять комнату, да и вдруг они просто мошенники, а ей потом отвечать. Но эльф протянул ей еще одну бумажку.
Вахтерша даже показала ее мне. Там было предписание выдать вещи Алеевой под ответственность некоего Н. Лаэлиса, мастера-хранителя традиций. Это еще кто? Натаниэль, про которого говорила Настя?
Получается, ее забрали эльфы, да еще под эгидой университета. Что за чертовщина творилась в этом городе?
Я решил на следующий день сходить в детский сад, где работала Настя, и поговорить с ней.
  
Глава 18
 
Я потихоньку продолжал поиски Лея, но без особого энтузиазма, так как думал лишь о Насте.
Каждый день мне звонил Макс и дрожащим голосом сообщал, что эльф так и не появился, в подвал не возвращался, и никто из знакомых после того вечера его не видел.
Каждый вечер звонила Крис, безуспешно пыталась меня успокоить насчет девушки, высказывала сомнение в существовании бессемейного эльфа, хотя несколько оборотней из Экстрима подтвердили, что со мной приходили мальчишки, от одного из которых попахивало эльфятиной с оттенком табака.
Каждый день я надеялся, что вечером увижу Настю и выясню, что происходит. Я был готов к любому раскладу, пусть даже она меня возненавидит, лишь бы с ней все было в порядке.
Поэтому в шесть часов утра в пятницу я стоял неподалеку от ограды детского сада № 23 и ждал. Сад начинал прием детей с семи утра, поэтому я решил прийти пораньше, чтобы наверняка не пропустить девушку.
Эльфы. Зачем им могла понадобиться Настя? Да, она работает с их детьми, но это не обязывает ее посвящать всю свою жизнь, вплоть до вечеров и ночей, их отпрыскам. Единственный ее долг – это пять дней в неделю, с семи до пяти, находиться в детском саду и выполнять предписания. Но не более. Она же живой человек и имеет право на личную жизнь, на свободные перемещения и на собственное мнение тоже.
Я выучил контракт, который подписывает каждая эльфийская воспитательница, наизусть. Он лежал в открытом доступе в сети. И там только запрет на рождение детей на первые двадцать лет работы, и то в завуалированной форме, так как идет в разрез с конституцией. Нет запрета на отношения или семью.
Без пяти семь к воротам садика подъехал серый мерседес, из которого выпрыгнули два эльфа. Один из них обошел машину, открыл заднюю дверь и помог выйти Насте. Моей Насте!
 
Она легким кивком поблагодарила его и прошла внутрь сада. Эльфы же сразу уехали.
У меня, если честно, появились сомнения в собственной нормальности. Моя жизнь с первого же дня работы изрядно попахивала сюрреализмом. Влюбиться в человека, сменить отдел полиции, встретить бездомного эльфа, увидеть, как эльфы работают шоферами у воспитательницы. Бред.
Я старался привести происходящее хоть в какое-то подобие логической цепочки, поэтому все документировал. Сфотографировал записку от Лаэлиса, успел запечатлеть момент, как Настя выходила из машины.
Теперь нужно дождаться утренней прогулки и попытаться поговорить с Настей.
Спустя три часа шумной толпой высыпали детишки: люди, оборотни, а за ними молча и степенно вышли эльфята, трогательно держась за ручки. Настя вышла последней и встала в стороне. Я подошел к забору и негромко позвал ее.
Она медленно покрутила головой, заметила меня и, осторожно обходя малышей, подошла к изгороди.
– Стан. Привет, – голос ее звучал спокойно и монотонно. Она даже не улыбнулась.
– Настя, ты куда пропала? Ты не брала трубку, – начал было я напирать, но осекся. Она выглядела как снулая рыба: потухшие глаза, безэмоциональное лицо. Тогда я спросил по-другому: – Где твой телефон?
– Телефон? Он куда-то делся, – ее брови немного приподнялись, словно она только что осознала, что мобильника нет.
– Где ты сейчас живешь?
– В большом доме. Там красивые рыбки. Желтые, красные, блестящие, – девушка чуть улыбнулась.
– Адрес дома знаешь?
– Нет. Меня возят на машине. Туда и обратно.
– Это Натаниэль тебя забрал? – я продолжал спрашивать, а внутри начинала клокотать злость. Какой ублюдок! Что он с ней сделал? Вколол наркотики? Невозможно, ведь есть риск, что она навредит эльфийским отродьям.
– Да, он много со мной разговаривает. Говорит и говорит, говорит и говорит. Весь вечер.
– Настя, ты ведь помнишь меня, да?
– Конечно. Ты Стан, большой красивый волк, такой теплый. Родной, – я был готов разрыдаться от ее слов, вот только произнесла она их также равнодушно, как остальные.
– Молодой человек! Я прошу не отвлекать Настю от работы. Уходите, или я вызову полицию.
Я с трудом удержался от того, чтобы перемахнуть через забор и вбить носом эту мерзкую воспитательницу, напарницу Насти, в мое удостоверение.
Спокойно, спокойно. Так нельзя. Иначе потом проблемы будут не только у меня, но и у Насти. Я знаю, что Настя жива и относительно здорова, что она не изменила отношение ко мне, знаю, где ее искать, и теперь лишь нужно вытащить ее оттуда. Желательно законно. Но если не получится, плевать на законность.
Я попрощался с Настей и отошел в сторону, вытаскивая телефон. Внезапно со стороны садика девочка-оборотень пропищала:
– Дяденька, а она ваша невеста?
Я кивнул, и девочка радостно крикнула кому-то сзади:
– Я же говорила! Она его невеста.
К забору подошел щекастенький мальчишка-медвежонок, смерил меня взглядом и прошепелявил:
– Неправда. Он зе оборотень. А она – человек.
– Ну и что! – вступилась девочка. – Такое бывает, я сама в кино видела. Дяденька, а вы поженитесь?
– Обязательно. Скажи, а Настя, ну моя невеста, она всегда такая в садике?
– Какая такая? Как будто спит? – догадалась малышка. – Нет. Она раньше улыбалась, с нами здоровалась. А теперь словно ходит и спит. Может, она лунатик? Папа говорит, что лунатики ходят, разговаривают, а сами спят и сны видят.
Я криво улыбнулся, поблагодарил девочку, еще раз глянул на Настю. Она стояла безучастно и смотрела на эльфят, не отводя взгляда.
 
Набрав номер, я отошел подальше. Боялся, что сорвусь и сделаю что-то несуразное.
Через десять минут подъехал белый отцовский рено.
– Во-первых, – начал отец, когда я обрисовал ему ситуацию, – молодец, что не стал глупить. Возможно, эльф рассчитывал на такую реакцию с твоей стороны.