Эвис: Заговорщик (СИ)

— Совсем-совсем? — убито спросила она.
— Совсем-совсем… — угрюмо подтвердил я. А потом счел разумным объяснить поподробнее: — Нет, на первый взгляд, варианты есть. Например, продать дом и куда-нибудь перебраться. Однако продать особняк действительно быстро можно только дяде. Но этого я не сделаю даже под страхом смерти, значит, этот выход отпадает. Жить в Лайвене, снимая другой дом, и дорого, и глупо — у меня слишком много знакомых, а наши гостьи слишком заметны, поэтому нас рано или поздно найдут. Далее, можно рвануть куда-нибудь на окраину Маллора. Но постоянный доход можно будет иметь, только в том случае, если я вступлю в Пограничную стражу. А с этим все не так-то просто. Ведь если при вступлении я назову свое настоящее имя, то начну служить в звании либо десятника, либо полусотника и получу возможность жить не в казарме, а где-нибудь поблизости и с вами вместе. Однако это тоже не вариант: списки с именами всех новобранцев обязательно отправляются в Лайвен, а проглядеть их, если знать, кому дать денег, не так уж и сложно…
— А вступление в стражу под вымышленным именем — это служба обычным солдатом и жизнь в казарме… — понимающе продолжила Майра.
— Угу… — подтвердил я. — Нравы на Окраине куда проще, чем в столице, поэтому три женщины, две из которых молоды, а одна ослепительно красива, обязательно привлекут внимание. А внимание — это проблемы. Часто — серьезные. Кроме того, первый контракт заключается на три года, а значит, в школу Теней я попаду не скоро… Хотя с этим я бы, пожалуй, смирился…
— Ты забыл озвучить еще один вывод… — буркнула очень сильно помрачневшая Майра: — Вернее, не вывод, а, скорее, догадку: вполне возможно, что Вэйлиотта твоя сводная сестра!
…Аресса Найтира проснулась где-то через половину стражи после моего возвращения из поездки по ростовщикам. Ждать, пока вернется Майра и привезет ей одежду, то ли побоялась, то ли не захотела, поэтому, наплевав на приличия, завернулась в одеяло и отправилась меня искать.
Услышав шлепки босых ног и скрип «поющих» половиц, я догадался, что она жаждет пообщаться, вышел в коридор и пригласил женщину в кабинет. Усадил ее в кресло, сам сел сбоку, чтобы не смущать, и сказал, что внимательно слушаю.
Женщина заговорила практически сразу, видимо, заранее обдумав свою речь и определившись, что стоит озвучивать, а что нет. На мои вопросы отвечала довольно подробно, причем даже на те, которые вынуждали открывать душу или краснеть. И это мне, определенно, понравилось. В отличие от той картины их с отцом общего прошлого, которую она описывала.
Если очень коротко, то из ее рассказов получалось следующее: где-то за три года до моего рождения отец, в то время являвшийся не телохранителем короля, а обычной Тенью, был отправлен в посольство Маллора в Хейзерре. Чем именно он там занимался, Найтира, естественно, не знала. Да и не хотела знать — просто увидела его каком-то приеме и потеряла голову. Не удержался от того же и он. А через какое-то время решил, что готов связать с этой девушкой жизнь и вручил кольцо Души. Встречались они что-то около семи месяцев, ожидая момента, когда моего отца отзовут обратно в Лайвен: откуда-то узнав, что глава рода Улеми никогда не отдаст свою дочь за маллорца, папа пообещал девушке ее похитить.
Увы, этим планы так и остались планами — буквально за пару десятин до похищения отец Найтиры откуда-то узнал о ее влюбленности и отправил девушку в родовой замок. А моему отцу вменили в вину развращение благородной, сообщили о том, что ее казнили, и как лицо, обладающее дипломатической неприкосновенностью, выставили из королевства.
Через какое-то время у Найтиры родилась девочка. Глава рода, неожиданно для себя ставший дедом и возмущенный этим фактом до глубины души, начал срывать на дочери свою злость. И иногда увлекался настолько, что бедняжку приходилось лечить чуть ли не по полгода. Из замка не выпускал, считая, что такой развратной твари, как она, место только в клетке.
Когда Вэйлиотта подросла, и из угловатого подростка вдруг превратилась в довольно симпатичную девушку, он вдруг понял, что внучку можно использовать в своих целях. Поэтому принялся убеждать ее в своей любви. Девочка, с самого рождения наблюдавшая, как дед истязает Найтиру, не поверила во внезапно вспыхнувшие чувства и выполнять его волю не пожелала. Правда, озвучивать свое решение поостереглась, предпочтя уговорить мать сбежать из замка. Тем более что частенько слышала от Найтиры рассказы о мужчине ее мечты, и знала о существовании кольца.
 
О том, какими путями они с дочкой добирались до Лайвена, хейзеррка рассказать не успела, так как услышала какой-то непонятный звук и, перепугавшись, унеслась проведывать дочку. Я не воспрепятствовал. Наоборот, помня, что взвалил на себя ответственность за них обеих, неторопливо вышел в коридор и двинулся следом, дабы навестить вновь обретенную сестру.
Вэйлиотта действительно не спала: лежала на кровати, подтянув одеяло чуть ли не до прелестного носика, и испуганно смотрела на мать. Увидев меня, почему-то покраснела. И этот ее румянец в сочетании с огненно-рыжими волосами, огромными зелеными глазами на исхудавшем лице и россыпью конопушек почему-то вызвал у меня улыбку:
— Аресса Найтира, скажите, почему ваша дочь так меня боится? Неужели я такой страшный?
— Лучше не Найтира, а Найта. Дочка — Вэйль. И без всяких аресс, ладно? — попросила хейзеррка. — Впрочем, если вы предпочитаете обращаться к нам полными именами, арр, то я с радостью приму вашу волю!
— Хорошо, договорились — Найта, скажите, я настолько страшный?
— Вы не страшный… — робко ответила не старшая, а младшая. Потом собралась с духом и заговорила нормально: — Просто с рождения и до побега из родового замка меня окружало не так много людей. А мужчин, которым можно было бы доверять, среди них не было вообще.
— Надеюсь, что я смогу изменить ваше мнение о мужчинах в лучшую сторону… — предельно серьезно сказал я и, услышав знакомый перестук каблучков в коридоре, легонечко толкнул створку двери от себя: — Майра, мы тут!
Ключница вплыла в покои, как королева Маниша в Большой Зал Приемов, чинно склонила голову, приветствуя собравшихся, и повернулась ко мне:
— Арр, мне нужна ваша помощь!
— Дамы, некоторое время вам придется обходиться без меня! — сообщил я хейзерркам и вышел в коридор.
— Я купила все, что надо. Вещей получилось многовато. Наняла извозчика. Он ждет у ворот. Все не утащу… — доложила она коротко и по существу. А когда мы спустились на первый этаж, в сердцах добавила: — Кстати, я редкая дура: когда ты озвучивал выводы, не додумалась до очевидного!
— А чуть поподробнее можно?
— Ищут кого? Чистокровных хейзеррок! Они какие? Рыжие! Значит, эту парочку надо что? Перекрасить! А при необходимости куда-то выйти просто сделать им кожу лица чуть темнее и тщательно замазать конопушки!
— Действительно, очевидно! — согласился я, на ходу переворачивая родовой перстень гербом вниз, дабы не вызвать в извозчике нездорового любопытства. — Только ты не дура, а умница. Ведь додумалась? Додумалась! Черную краску купила? Купила! Красить погонишь прямо сейчас? Прямо сейчас!
— Откуда вы… ты знаешь, что я купила краску и что собиралась их покрасить еще сегодня? — удивленно воскликнула она.
— Майра, искорка моя, одна из черт характера, за которую я тебя очень уважаю, называется обстоятельностью: перед тем, как что-то делать, ты обязательно думаешь. Вторая — добросовестностью: все, что делаешь, ты делаешь очень хорошо…
— А третья есть, или на этом все хорошее в моем характере заканчивается? — запрыгнув на подножку и протянув мне две здоровенные корзины, забитые каким-то тряпьем, с лукавой улыбкой спросила она.
Я вцепился в рукояти, дождался, пока она навалит сверху еще несколько свертков, а остальное заберет сама, развернулся и неторопливо зашагал к калитке. Естественно, продолжая разговор:
— Третья черта — надежность: сказала, что купишь хейзерркам