Ивана, водяной конь и птица-огонь (СИ)

– Ну и какой у тебя план, ведьмачка?
  
Глава 9
 
Плана у меня не было. Только желание, которым я делиться ни с кем не стала. С вельможей – потому что не доверяла, с Конором – потому что он не одобрил бы. И раньше-то опекать меня рвался, а после той ночи совсем его переклинило. Как он на авантюру с девицей для царя согласился – не понимаю. Наверное, тоже совесть покусывала за павлина.
– Понимаешь, у него отец верил в то, что кровь нечисти продляет жизнь. И этот теперь туда же. Интересно, откуда они блажь эту выцепили оба?! Вот бы его переубедить…
– Первый кровопийца от чего умер? – задал мне Райан довольно странный вопрос. Странный, потому что я сама до него не додумалась. А ведь и правда…
– От старости вроде.
– Вроде?! Да уж, узнаю Конора, и ты ему под стать. Головой думать совсем не умеет.
– Как это не умеет? Это ж он… – начала я и заткнулась. Пусть считает себя самым умным, мне не жалко, а кельпи с нами рядом нет, чтобы копытом с кого-то павлинью спесь сбить.
Жеребец мой сейчас сидит в наших комнатах и за вельможей присматривает, чтобы тот глупостей не натворил.
– Легенда такая есть, – со снисходительным видом начал вещать Райан, а я опять язык прикусила, чтобы не ляпнуть: «Слышала уже я эту легенду!» – Надо, чтобы у человека его кровь вся вышла и кровью нечисти заменилась. Только глупость это. Как такое сделать?
– Дурную кровь лекари сливают, – задумалась я. – Значит, и заливать как-то можно. Но нам-то надо, чтобы охота на мирную нечисть закончилась. А если мы способ омолаживающий придумаем, она, наоборот, начнется такая, что…
– Значит, надо как чудо выставить. Одноразовое. И ритуалов побольше придумать. А с царя клятву страшную взять и пугануть, что тот, чья кровь в его жилах течет, над ним власть имеет и связан с ним страшными узами. Убьешь его – умрешь сам. Как-то так.
Судя по блеснувшим злым предвкушением глазам Райана, у него-то план уже появился и царю в этом плане отводилась не самая завидная участь. И тут он меня прямо огорошил:
– А ты за него замуж должна выйти, чтобы на сторону не бегал и на баб других даже глядеть боялся. Тоже придумаем, как запугать. Чем меньше непроверенного народа вокруг царя будет, тем лучше. Будет у нас как марионетка в балагане.
Тут я вспомнила про вельможу, которому наша задумка, скорее всего, не очень понравится. И с Конором бы посоветоваться…
Как-то события опять вскачь понеслись, не успеваю я за ними. Словно опять в нашей избе стою и вещи собираю, не соображая, зачем, почему, для чего и куда еду.
– Давай, решай скорее, со мной ты или проваливаешь? – ухмыльнулся павлин. – А то красавец спящий вот-вот проснется.
Напросилась на помощь на свою голову… Но раздумывать и правда уже некогда. Действовать надо. Уверенно и слаженно…
***
Я до пробуждения царя успела у зеркала покрутиться и вместо обольстительно одетой павы превратиться в соблазняюще раздетую блудницу.
Волосы взъерошила покрасивее, платье скинула совсем, оставшись в шелковой нижней рубашке, украшения выборочно поснимала. Но главное – взгляд полубезумный, потому что меня прямо потряхивало от бушующей дури в крови и страха. Чувство было, что я по ниточке через пропасть иду и рядом никого, кроме психованного павлина, в качестве поддержки.
Нет, сразу царь на наше предложение не клюнул, но на меня посматривал с вожделением во взгляде. Поэтому и на помощь звать сразу не стал, дал нам время его убедить в том, что про кровь нечисти ему сказки в уши залили и воском заклеили, чтобы не выливалось.
Слово за слово выяснилось, что отец у него от старости и болезни умер, а значит, не работает та схема, по которой он сам оздоравливаться собирался. И не поспорить ведь… Случилось все на его глазах и так напугало, что на любые глупости оказался готов, лишь бы так, как отец, не мучиться.
Мы с совестью решили, что врать совсем уж сладко не нужно, поэтому вечную молодость обещать не стали, как павлин влезть ни пытался. Но царь и на долгие здоровые годы согласился, главное, чтобы никаких болезней! Никаких страшных болезней…
 
А потом признался, что про отцовские опыты ему главный советник рассказал, тот самый вельможа.
Ох, как сердце у меня после этих слов заныло от дурного предчувствия!..
Подхватились мы все втроем и побежали по коридорам дворца к нашим комнатам. И точно! Вельможа кельпи моего уже одурманил той же самой травой перетертой, которой я царя усыпила. Вены у Конора порезал и сидит, кровь его пьет!.. Вечной молодости возжелал, гад!
Райан его быстренько спеленал, но кляп не сразу засунул, так что я успела наслушаться и про то, как эта тварь мою мать любила, и про то, как я на нее похожа, и про то, что мерзавец чертов сейчас омолодится и мы поженимся, потому что меня он никому не отдаст!..
Маньяк коронованный только глазами на все это хлопал, но одно уяснил – я из приличного рода-племени и мать моя при дворце была, так что ему в жены девку не с улицы, а из хорошей семьи навязывают.
А дальше все, как павлин придумал, так и сделали.
Конор, правда, не в восторге был, и я сама злилась на план этот до искр из глаз.
Успокаивало лишь то, что в стране теперь все точно будет так, как нам нужно. Ведьмаков вернем, на плохую нечисть охотиться. Хорошую – защищать станем. Поле от старосты отнимем и кельпи обратно отдадим… Отца в столицу перевезу…
Вот как с замужеством быть – ума не приложу. Не хотелось мне с царем без любви спать, и дело даже не в измене Конору, а в том, что у самой душа не лежала.
Но об этом мы решили позже подумать.
Сначала на большой площади народ собрали, царя показали и меня как царскую невесту предъявили. Оказалось, что мать мою многие помнят – красавица была известная, даже родня не очень дальняя объявилась.
Потом вельможу вывели и преступление его огласили. Мол, колдун он страшный, с нечистью связался, царям головы замутил, ведьмаков по его указке из страны выгнали.
Чувство у меня при этом странное было – вроде и вот она, месть справедливая, происходит, но умом понимала, что не честно оно все, хоть влезай и спасай.
Не создана я для царской жизни, полной вот таких вот вывертов и подстав. А выбора у меня нет – царя без присмотра оставлять нельзя. Павлин один тут таких дел натворит – не разгребем потом. У него уже в глазах огонь властный засверкал. Чую, придется мне еще с этой птичкой от души повеселиться. Он же еще начал сестру свою в царские любовницы пропихивать, едва понял, что я с царем ложе делить желанием не горю.
Дальше глашатаи объявили, что в связи с переполнением чаши терпения и прочими другими глупостями вельможу казнят через утопление в котле с куриной кровью. Традиционная смерть колдунов в нашей стране. И что теперь у нас нечисть будет делиться на законную и незаконную. Потому что ведьмаков в стране мало, а с колдунами темными бороться кому-то нужно. Много их развелось. Каждый второй может колдуном оказаться. Бойтесь, люди, друг друга и соседей своих, пока ведьмаки в страну не вернутся.
На казнь я смотреть не стала – и само зрелище не привлекало, и зрители… Отвратительно на душе было. Так что я побежала искать царя, павлина и Конора. Вбежала в комнату, где они условия обговаривали, повисла на шее у своего хмурого жеребца и расплакалась. Устала я за эти дни – сил нет. Умом понимаю, а душой – домой хочу, чтобы жили мы вместе столько, сколько мне отведено, чтобы… вдвоем, я и кельпи мой… и… детей от него хочу, пусть и редкость это большая! И…
– Иваша, все хорошо будет!
Вот лучше б не успокаивал, просто молча по спине гладил, и все.
– Что хорошо?! Что?! Душно мне тут…
Выкрикнула, выдохнула, прижалась к Конору покрепче и затихла.
– Моя жена будет только моя. Это самое главное условие! – голосом избалованного ребенка объявил царь, глядя на меня.
Я с павлином переглянулась, нос кверху задрала, губы презрительно скривила, в общем, как могла – царскую рожу отзеркалила. И очередной раз отметила, что похожи мы с царем, не то чтобы сильно, но… есть сходство.