Ползи! (СИ)

  
Глава 18. Торговля, местные трущобы, бордель и сделка
 
Две недели мне предстояло быть в море. С капитаном корабля я по подсказке Руны свое возвращение в Коронам обговорил заранее, поэтому с этим проблем не возникло. Два золотых, которые надо было заплатить за место в каюте, Руна мне тоже тогда предоставила — обокрав кого-то, и мне очень хотелось навсегда забыть этот эпизод своей жизни.
Эти два золотых, к счастью, уцелели на острове — никто их не стащил, я их не потерял, они все время лежали в одном из внутренних карманов плаща, который я благоразумно зашил на всякий случай.
Теперь двух золотых нет, и я снова нищеброд. Без имени, без дома, без работы, без средств к существованию. На ближайшие две недели хотя бы пропитанием и ночлегом обеспечен — и на том спасибо. Но необходимо было уже начинать разрабатывать план, как и на что жить дальше.
Я должен отыскать и вытащить из рабства Агнара. Но я не смогу ничего сделать, пока не встану на ноги. И еще мне надо срочно встретиться с Руной, ведь она обещала мне сообщить, где Агнар.
А насчет встать на ноги… Вообще-то была у меня одна идейка… Островитяне, как мы и договаривались при моей высадке на остров, снабдили меня за товары обворованного купца своими легендарными пряностями. Так что теперь я счастливый обладатель мешочка с измельченными травами, очень ароматно пахнущими, кстати. Эти пряности не растут в королевстве. Следовательно, они там востребованы. Следовательно, их можно продать, и наверняка выгодно. Только вот кому? Я знаю только того торговца, в чьей лавке затарился за его же деньги. Сходить, что ли, к нему?
На корабле делать было нечего, поэтому я усиленно тренировался. Мист объявлялась иногда, чтобы учительским тоном напоминать мне о важности тренировок, будто я сам этого не понимал.
— Что за дар ты мне предлагала? По-моему, пришла пора обсудить этот вопрос, — заявил я ей однажды.
— Нет. Ты еще не готов.
— Ой, да ладно тебе, выкладывай давай.
Но Мист просто молча исчезла.
Я остерегался слишком увлекаться беседами с ней. Особенно после того, как однажды один из матросов заявил, что слышал, как я говорю во сне. Каюта матроса была соседней. Мист тогда заявлялась ко мне поздно вечером.
Пучок света получался у меня все такой же, как в последние разы на острове, но Мист сказала, что его можно сделать еще больше и ярче. И я пытался изо всех сил. Похоже, есть какой-то порог тренировок, который необходимо преодолеть, чтобы перейти на ступень повыше в своем развитии.
***
Коронам встретил меня изнуряющей жарой и многолюдными улицами, по которым стекались толпы потных людей.
Первым делом по прибытию я отправился к владельцу лавки, чтобы решить самый главный на этот момент вопрос — деньги. Лавка была открыта, торговец — за прилавком.
— О, здравствуй, дорогой друг, — поприветствовал он меня с улыбкой. — Рад, что ты снова пришел ко мне. Что изволишь купить на этот раз?
— Да мне бы не купить, а продать, — сказал я, вытаскивая мешочек с пряностями.
Открыл мешочек и позволил торговцу заглянуть внутрь.
— А аромат-то какой. Такие травы не растут в нашем королевстве. Откуда они у тебя?
— Я побывал на острове Альмтаха. Знакомое название?
— А как же, — деловито кивнул мужчина. — Альбит скупает у них золото. Эти дикари такие наивные. Золото обменивают на какие-то безделушки и ткани.
— А зачем золото на острове, где нечего купить? — резонно заметил я. — Так что насчет пряностей? Не подскажете, кому их продать можно?
— Зачем же кого-то искать? — тут же всполошился торговец. — Я могу их у тебя купить. Отдам за них хорошую цену… два золотых. — Он в ожидании уставился на меня.
— Согласен, — тут же согласился я.
Лишь бы быстрее деньги получить и свалить отсюда, пока не осыпал новыми вопросами.
Торговец делано равнодушно улыбнулся, но я заметил, как он едва слышно в облегчении выдохнул. Облапошил меня, кажись, торгаш. Впрочем, пусть так — я ему должен был, теперь мы, надеюсь, в расчете.
 
Я обменял мешочек на два золотых (попросил сразу разменять на серебро и медь) и убрался прочь из лавки. Теперь надо найти жилье. Вряд ли мне светит снять его в каком-то более приличном районе. Я все-таки из касты червей. И пока я могу позволить себе обитать только в месте, подобном этому. Пожалуй, тут и попробую обосноваться.
Только как же это сделать? Вот блин, тяжко людям жилось без интернета. Щас бы глянул объявления на авито и снял комнатушку за короткий срок. А как это сделать, не зная никого в городе и не понимая, куда идти?
Я долго бродил по длинной широкой улице, полной народа. Кстати, в первое свое посещение этого места я все-таки поторопился с выводами. Нечистоты сливали в канавы, вырытые по двум сторонам улицы. Тогда, когда при мне кто-то вылил свой ночной горшок прямо на дорогу — это, наверное, был просто максимально некультурный человек, которому пофиг на правила. Пока бродил по улице, ни разу не видел, чтобы подобное повторилось. Но в любом случае грязь и вонь были основными характеристиками этого места.
— Сын мой, сын… — донеслось где-то в паре шагов от меня, и уже через несколько секунд меня за подол плаща схватили чьи-то дрожащие слабые руки.
От неожиданности я отпрянул. Это был немощный старик, склонившийся к земле. От моего резкого движения он разжал пальцы и упал.
— Простите… — Подбежав к старику, я помог ему подняться.
— Сын мой… — снова пробормотал он, хватаясь за мой рукав.
— Простите его… — К нам подбежала запыхавшаяся молодая женщина. — Он недавно потерял сына и обезумел от горя. — Пойдем, пойдем, отец…
Но старик упорно не хотел отпускать моей руки.
— Извините… — Женщина, виновато глядя на меня, силой разжала пальцы старика и стала уводить его от меня.
— Стойте! Не подскажете, где можно снять жилье?
Женщина остановилась и в раздумье поглядела на меня.
— Можете жить у нас, — наконец ответила она медленно, будто сомневаясь. — Места мало и… удобств не будет. Но мы дешево возьмем, — быстро добавила она.
— Я согласен. — А что, у меня был широкий выбор?
— Пойдемте.
Я отправился вслед за странной парочкой.
— Это ваш отец? — спросил я, немного погодя.
— Отец моего мужа. Умершего.
— Но вы назвали его…
— Да, я называю его отцом. Он стал мне им.
— Как умер ваш муж?
— Зачах от болезни. — Она заметно помрачнела от разговора.
— Простите меня, — запоздало пожалел я о своей неделикатности.
— Вам незачем просить прощения.
Мы шли минут десять, и то потому, что старик не мог идти быстро. Остановились возле двухэтажного дома. Архитектура этой части города удручала: темная, угрюмая, неуютная. Будто даже дома в этом месте хмурились и были недовольны жизнью. Дом был не очень большим, с двускатной крышей, с маленькими оконцами. Мы поднялись на крыльцо, зашли внутрь. Здесь смердело не только вонью мочи и грязи, но и отчаянием, безысходностью, тоской.
Мы поднялись на второй этаж и пошли по узкому темному коридору. Женщина остановилась возле самой последней двери справа. Отперла замок. Я вошел вслед за хозяевами.
И в этой каморке нам всем вместе жить?!
Комнат было две — и обе крошечные. Вторая, видимо, кухня. В ней стояли стол, два обшарпанных стула, деревянные полки, прибитые к стенам, дровяная печь.
В жилой комнате три деревянные кровати, которые кое-как уместились в этом спичечном коробке. И… все. Никакой мебели больше. М-да… скромненько.
— Вы можете устроиться на кухне, если не против, — сказала женщина, покраснев и опустив голову. — В этой комнате мы все не поместимся.
В этот момент дверь распахнулась, и в комнату ворвалась девчонка лет двенадцати с двух- или трехлеткой на руках.
— Мама, она угомониться не может, плачет.
— Дай ее мне. — Женщина взяла малышку на руки. — Это мои дочки.
М-да… чувствую, тесновато нам тут придется. Ладно, перекантуюсь хотя бы ночь, а там погляжу.