Припарка мертвому. Книга седьмая

– Аа… – с досадой махнул он рукой, – Вавилон – не то! Они б иначе не выжили! Все эти гремлины, ламии, виндхальфы… они б иначе не выжили! Из-под палки объединились!
– Ну, ваша палка просто не настолько явная, – пробурчал я, работая огнивом и кремнем, – Была.
– Не, мы выкрутимся, – убежденно проговорил толстяк, доставая собственную трубку, – Слышал я, как другие Бессы нас, гномов, называют закоснелыми. Дураки, что тут сказать. Откуда им знать-то? Хотя… в твоих словах что-то есть. Насчет Вавилона. А насчет тебя самого я тоже всё понял – тебе просто на всех плевать, да?
– У меня своих забот хватает, – закруглился я, помогая гному сильнее восхититься его собственной проницательностью.
Перелет через океан, пусть и в самой узкой точке между континентами, утомил даже меня. Лететь на полной скорости пришлось чуть ли не более суток, поэтому на побережье Колиса я пал подстреленным лебедем, под сиплый мат простывшего гнома. Немного очухавшись, мы с удивлением обнаружили, что Статус Коэна Закугги изменился, став серебряным и обзаведясь припиской «глава рода».
– От оно как, – немного растерянно проговорил толстячок, стеклянным взглядом всматриваясь в обновившиеся строки, – Дед пары дней не дожил…
– Дед? – выдохнул я вопрос, переворачиваясь на спину и запалено дыша.
– Ага, – медленно кивнул гном, – Батя давно помер. Меня потому и отправили куда подальше, когда война началась…
Не прошло и часа, как я подвергся очередной вербальной атаке Коэна, резко и решительно почувствовавшего себя начальником. Не моим, разумения ему хватало более чем – а рода, который теперь должен будет со мной расплачиваться за доставку. Этот вопрос Коэн аккуратно и поднял, предварительно аккуратно у меня осведомившись, не слишком ли возросла цена за перевозку главы рода. Убедившись, что я и не думаю тащить из него жилы, приободрившийся хитрован начал ковать железо пока горячо… чтобы тут же озадаченно затихнуть.
– Связи, говоришь…? Маг-астральщик без лишних вопросов? Новости по мировым событиям? – задумчиво щипал он себя за короткую бороденку.
– Ага, – кивал я, – Знаешь, такие надежные нелюбопытные люди. Берут золото, делают, что нужно, и забывают о тебе сразу же, как дело закончено и оплачено.
– Найдем! – хлопнул себя взбодренный отсутствием перспектив платить деньгами Коэн, но тут же закинул следующий крючок, – А поработать не желаешь? Ты летун хоть куда! Такой бы очень пригодился – посылочки доставлять. За очень хорошие деньги!
Подтекст, вопиющий о нелегальности, маршировал стройными рядами в словах хитровыгнутого гнома. Мне послышались даже отзвуки какого-то бравурного марша и подбрасываемые в воздух чепчики.
– Почему не желаю? Очень даже желаю, – в меру солидно ответил я, определенно радуя этим коротышку, которого тут же пришлось обломать, – Вот только пару своих дел закончу. А там прилечу, поговорим.
Это определенно взбодрило нового главу рода. Наблюдая за тем, как едва оклемавшийся от суточного перелета гном оживленно бегает под моросящим осенним дождём, о чем-то раздумывая, я окончательно убедился, что их род определенно крутит нечто… не поощряемое законами разных стран. Что ж, вполне удачный поворот событий.
И… не только он.
Коэн умудрился уговорить меня сделать остановку в пути. Небольшую, всего-то на сутки, пообещав показать «нечто полезное и удивительное».
Не соврал.
Подобрать термин для описания этого у меня не получилось. Огромная землянка? Нет. Подземный город? Нет, даже близко не то. Больше всего это сооружение было похоже на огромный дирижабль, который кто-то зачем-то утопил в земле, но им не было. Меж двух лесистых холмов создали перемычку, объединив их в один, закрыв деревом и тонким слоем почвы, на которой давно уже вырос дёрн и мелкие кусты. А под ними цвела и буйно пахла самая большая воровская малина из виденных мной.
 
Склады, кабаки, постоялые дворы, даже конюшни и кузницы – всё это было грамотно спрятано и замаскировано под ничем не примечательный холм. Магия, по словам Коэна, помогала бороться с запахами и звуками, хотя даже эти предостережения были излишними. «Вольный хутор» стоял далеко от владений каких-либо государств, предоставляя кров, пропитание и обслугу не только работникам ножа и топора, но и местным охотникам за пушниной, авантюристам, и прочим неспокойным личностям.
– Авистральский камнедуб! – гулко постучал гном по сероватой древесине перил небольшого мостика, через который мы переходили, – Тяжелый, зараза! Не горит! Из него тут всё построено! Хутору уж полвека, если не больше, а ни одна балка не просела! Бессы строили, для себя, на веки!
– А где они сейчас? – полюбопытствовал я, с уважением рассматривая неподатливую древесину.
– Да надоело им здесь сидеть, – гулко хмыкнул предвкушающий выпивку гном, – Снялись уж лет двенадцать как отсюда. Бродят где-то.
Коэн задумывал не много, ни мало, как нажраться вдрабадан, мотивируя свое желание тем, что дома ему отметить спокойно не дадут – кончились его свободные деньки. Кроме того, жить в гостях у чужого клана Закугге явно было не по душе, он рвался смыть неприятный осадок приятным алкоголем. Я сам против подобных желаний ничего против не имел – узнать еще одно место, где не пытаются заглянуть под плащ анонимности? Только за.
Согнувшись в три погибели и следуя за важно вышагивающим толстячком, я все сильнее поражался объему труда, вложенному бессмертными в это логовище. Строили действительно на века, причем с размахом, явно планируя со временем собрать под своим началом как бы не целую деревню. Из многочисленных коридоров неслись звуки жизни – бодро орал будущий шашлык, что-то ковали в несколько молотов, зычный голос страдальца с перепоя звал некую Ганну, посланную им за водицей. Жизнь здесь кипела, причем жизнь аккуратная, мирная, но сугубо нелегальная. Пока мы шли до местного кабака, мне трижды пришлось расходиться в узком месте с Бессами… и ни один из них не блистал чистотой Статуса.
Кабак тут был… всем кабакам кабак. Король питейных заведений с целым набором лавок и скамей под самые разные габариты. Посреди огромного общего зала было установлено аж три огненных ямы с вертелами, предназначенными для жарки крупного рогатого скота целиком. В уютной полутьме зала, освещенного немногочисленными магическими светильниками, прятались выпивающие бородатые рожи двух с половиной десятков смертных, не считая барменов и подавальщиц. Бессмертных в зале была всего парочка, но они настолько упоенно постигали недоступные остальным тайны глубокого алкогольного делирия, что среди живых и уж тем более здравомыслящих числиться уже не могли.
– А тебе не ссыкотно с такими рожами-то сидеть? – поинтересовался я у гнома.
– А? – перевел на меня мутный от предвкушения взгляд Коэн. Вникнув в суть вопроса, он барственно махнул рукой, – Никому из Закугги здесь ничего не грозит!
Не дав мне шанса на дальнейшие расспросы, Коэн с головой нырнул в горячо поддержанный приветствовавшими его смертными загул. Засев в темном углу с бочонком пива, я начал дегустировать многочисленные закуски, предоставляемые заведением, среди них основную роль играли грибы, блюда из подземного мха и салаты из растений, никогда не видевших свет. Это натолкнуло меня на мысль, что род моего «груза» специализируется на поставках продовольствия для таких полулегальных общин, но спустя несколько минут наблюдений за заливающимся алкоголем гномом я отмёл эту версию.