Попал – не пропал. Книга 2 (СИ)

Как бы то ни было, но именно благодаря дроидам техносов я смог исследовать немалую часть замка, оказавшегося не просто большим, а огромным. Одних только подземных этажей оказалось пять штук и семь надземных и это при том, что сам замок раскинулся на трех гектарах. Разобрался я и со странными кучками мусора, разбросанными в коридоре, да и по всему замку. Это оказались останки разумных и неразумных его обитателей. Сначала я пытался считать, сколько же всего людей обитало в самом замке, но махнул на это дело рукой, когда счет перевалил за три тысячи, зато с содроганием думал, что же творится за стенами замка, где раскинулся не самый маленький город, даже по меркам Земли — тысяч тридцать-пятьдесят там точно проживало и я очень сильно сомневаюсь, что хотя бы несколько сотен из них смогли спастись.
Исследующие под моим прямым управлением замок дроиды нашли и библиотеку, и графскую сокровищницу, и казну, и, вообще, очень много всего интересного и любопытного. Вот только проблема в том, что дроиды техносов это в первую очередь боевые единицы и ни разу не предназначены, а значит и не приспособлены для каких-либо работ. Смять, раздавить, уничтожить… это пожалуйста, а что-то сделать, переставить, поднять, принести… тут уже, будьте любезны, сами, своими ножками и своими ручками. Вот и пришлось мне делать короткие, на два-два с половиной часа, «набеги». То в библиотеку, то в казну, то в графскую сокровищницу, в которой были собраны самые разные амулеты и артефакты. Правда, в последнюю я всего один раз заглянул, набрал что под руку подвернулось и на этом все. И совсем не потому, что я «зажрался» или уровень этих артефактов оказался невысок, а потому, что как раз уровень-то я определить и не смог, а за полтысячелетия в агрессивной энергетической среде все эти амулеты и артефакты, точнее их энергетические структуры, полностью деградировали, по сути, превратившись в красивые безделушки, а я и так за раз набрал их несколько десятков килограмм. Зачем еще-то? Казна? А что казна? Казна она и есть казна — несколько объемных сундуков с монетами, в основным с самыми обычными — золотыми, пара с серебряными и еще пара заполнены медью. Там же, в казне, несколько небольших ларцов, размером с обувную коробку, но уже не с «презренным металлом», а с необработанными драгоценными камнями и пара кулей с ювелиркой. Ну… взял всего по чуть-чуть, а как иначе-то, зря что-ли бегал туда-сюда. Заодно и сравнил местные ювелирные украшения с уже имеющимися в моем хранилище. Что сказать… сравнение явно не в пользу моих, похоже, что местные ювелиры достигли в своем деле настоящего мастерства. А может быть, все немного проще и в графских закромах «ширпотреб» просто не прижился. Библиотека… а вот с ней не все так просто… В графской библиотеке оказалось несколько тысяч томов, процентов девяносто пять написаны на совершенно незнакомых мне языках, еще процента четыре, пусть и с горем пополам, но прочесть я могу, а вот понять… это вряд ли, оставшийся процент, тут все ясно и понятно, что-то на уже знакомом мне эльфийском языке, что-то на общегалактическом, что-то на общем, есть книги и на гномьем, и на человеческом из уже знакомого мне Мира, ну или из какого-то очень и очень похожего. Хотя, если вспомнить, что тот Мир когда-то являлся частью огромной Империи или Союза Миров, то совсем неудивительно, что языки, на которых написаны эти книги, кажется мне знакомым. В общем, стоило бы, наверное, радоваться, вот только все эти книги… голимая беллетристика. Вывод напрашивается сам собой — в замке, а может быть и не в замке, есть еще одна библиотека и так просто в нее не попадешь. И как итог, единственной моей «букинистической добычей» стали книги, фолианты, гримуары, называйте как хотите, найденные дроидами и экспроприированные мной из личных, я так понимаю, покоев почившего графа.
Оставаться и дальше в замке не имеет никакого смысла. Можно было бы, конечно, посидеть, вдумчиво поизучать Кодекс, но то же самое можно делать и в куда более приятном и безопасном месте. Так чего тогда рассиживаться? Так что, последняя здесь ночевка и с утра, с первыми лучами местного Солнца, вперед к людям, к цивилизации… надеюсь она тут сохранилась.
  
24 глава.
— Ну на конец-то! — не смог сдержаться я, разглядев вьющуюся под кронами вековых деревьев дорогу. Нет, эта лесная дорога не первый признак наличия разумной жизни в этом Мире и даже не второй и не третий, но она пока что единственная не носит следов заброшенности и запустения. И это я еще не считаю пару городков и несколько деревенек, что я заметил улетая из графского замка. Но те городки и деревни стояли мертвые, посреди окружающей их, такой же мертвой, пустоши. Да, энергия нижнего плана хорошо порезвилась на землях бывшего графства, превратив их в такую вот серую и однообразную, песчаную пустыню, в которой сохранились только каменные постройки, а все что имело в своем составе органику превратилось в такой вот серый песок. Зато я смог точно определить радиус «прорыва» чуждой энергии. Не скажу, что он оказался очень уж большим, но и почти семьдесят километров, это совсем не мало, тем более, что, судя по увиденному, когда-то это были процветающие и достаточно плотно населенные земли, превратившиеся в мертвую пустошь.
А вот сразу за пустошью начался лес, можно даже и с большой буквы — Лес. Древесные исполины встали стеной, высота которой достигала метров так пятьдесят и настолько плотно, что я предпочел и дальше двигаться по воздуху, используя невеликий, оставшийся ресурс аэробайка, а не пытаться передвигаться своим ходом, используя, совсем даже не казенные, ноги. Нет, я прекрасно понимаю, что под сенью крон этих лесных гигантов, даже трава и та, если и растет, то с огромным трудом, а уж о кустарнике и подлеске и говорить нечего, но стоило мне только представить «неописуемый аромат», царящий у земли, вечный сумрак и толстый слой преющей листвы, как всякое желание изображать из себя туриста-экстремала пропало. Лучше уж я по старинке, по воздуху, так и быстрее будет и много проще. Хотя… на счет быстрее я не очень-то и уверен. Нет, лечу я всяко быстрее чем смог бы идти, но почти трехчасовой перелет над пустошью очень плохо сказался на моем железном коне, или орле, раз летает. Мало того, что над пустошью я смог разогнать аэробайк только до тридцати километров в час, так и после, насилуя движок и реактор, смог увеличить скорость только до пятидесяти и это при том, что бортовой комп, буквально, завалил меня сообщениями об аварийной работе тех или иных модулей, а на самой границе пустоши уже и сам отключился. И ведь это еще я, как сумел, растянул пси защиту, постаравшись прикрыть аэробайк, прекрасно помня, что происходило с дроидами, оставшимися без защиты. В общем, после того как я покинул пустошь, в воздухе я провел еще чуть больше четырех часов, удалившись от мертвых песков, по моим подсчётам, километров на двести с небольшим. За это время видел с высоты большие и маленькие проплешины, оставленные пожарами и по некоторым признакам, могу сказать, что пожары те были рукотворными и, я бы даже сказал, запланированными и контролируемыми, на берегах небольших речушек замечал останки мостков и почти полностью истлевшие остовы лодок. Видел и дороги, точнее, то, что от них осталось — заросшие деревьями и густым кустарником, кусочки «направлений». Кстати, ориентируясь на последние я и лечу, поэтому и траектория моего полета больше напоминает маршрут движения пьяной змеи, а не целеустремленный перелет из точки А в точку В, отсюда и такая реакция на, пусть и узкую, лесную, но вполне себе действующую дорогу. То, что дорога действующая, было прекрасно видно — кустарник и древесные корни вырублены, ямы и колдобины аккуратно засыпаны и утрамбованы, не автобан, конечно, но и не убитые российские грунтовки, на которых по весне и трактора застревают. Более того, через каждые пятьдесят-пятьдесят пять километров, на дороге были оборудованы своеобразные места для отдыха, по крайней мере, родник или ключ там были, сама дорога заметно расширялась, да и многочисленные следы кострищ тоже присутствуют, как и запасы дров, небольшие, но все же.