Запретные наслаждения

– Пойдемте, милорды, – объявила Саванна, беря под руки лорда Альберта Боуэна и сэра Уильяма Канлиффа.
Достопочтенный Фредерик Синклер обнял за талию Эмили и похотливо улыбнулся:
– Идем, мисс Молли, я жажду ваших поцелуев.
– И куда эти поцелуи придутся, мистер Фредди? – не выдержала Эмили и, хихикнув, погладила его ширинку.
Они добрались до большой комнаты, и джентльмены немедленно сбросили фраки и жилеты. Шампанское лилось рекой.
Когда опустела первая бутылка, лорд Сент-Олбанс приказал:
– Распахните ваши халатики, девушки, и покажите нам свои сокровища.
Девушки немедленно подчинились, обнажив свои груди и пышные завитки «кисок». Эмили поразилась густоте растительности: тугие рыжеватые локончики кустились между бедер. Груди стали большими и круглыми, с длинными виноградинами сосков. Сент-Олбанс фамильярно ущипнул ее за сосок, который немедленно затвердел.
Барон Эверхард медленно облизал губы.
– Я хочу видеть, как вы, девочки, третесь своими титьками!
Девушки сжали свои груди и, подступив друг к другу, стали тереться сосками. Соски Эмили снова сморщились, и мужчины заухмылялись. Эмили покраснела, но Саванна только лукаво улыбнулась и, наклонившись, поцеловала ее правый сосок.
– Придвиньтесь ближе друг к другу, обнимитесь и потритесь своими «кисками», – наставлял Сент-Олбанс.
Мужчины зачарованно наблюдали, явно возбужденные пикантной сценой. Саванна впилась губами в губы Эмили. Ее пальцы затерялись в треугольнике рыжеватых волос, и глаза Эмили удивленно расширились.
– Пусть девчонки потрахаются! – предложил один из мужчин. – Это лучший способ начать долгую оргию наслаждения!
– Прекрасная идея, Джонни! – воскликнул другой.
– Подождите! – запротестовал Сент-Олбанс, похотливо блестя глазами. – Зачем тратить время, наблюдая за дамами, когда мы можем сами их трахать? На спину, моя обожаемая мисс Молли.
– О, сэр, я не готова принять ваш огромный «петушок», – скромно пробормотала Эмили, сунув палец в рот, что придавало ей вид невинной скромницы.
– В таком случае ты получишь мистера Дилдо  [11]и небольшую порку, чтобы разогреть тебя, дорогая, – пообещал Сент-Олбанс. – Джентльмены, возьмите ноги Молли и задерите повыше, чтобы мне было удобнее.
– Но ее нужно подготовить для дилдо, – запротестовал сэр Уильям. – Позвольте мне!
И, оседлав кровать, он наклонился, раздвинул нежные складки лона Эмили и стал лизать розовую плоть.
Эмили охнула от удивления: ее впервые возбуждал совершенно незнакомый человек, и она не знала, допустимо ли это. Но сэр Уильям был признанным мастером в подобного рода ласках, и когда стал покусывать чувствительный кусочек плоти, она не смогла сдержать крик наслаждения.
Сэр Уильям, смеясь, поднялся и отошел.
– Вот теперь, Сент-Олбанс, беритесь за розги, и скоро она будет вполне готова принять вас.
Эмили взвизгнула, когда Сент-Олбанс опустил на пухлые ягодицы березовую розгу: раз, другой, третий, после чего, взяв дилдо, осторожно вставил в ее лоно и снова принялся отвешивать удары. Только потом он стал двигать дилдо взад-вперед, сначала медленно, потом увеличивая скорость.
Саванна легла рядом и прошептала на ухо подруге:
– Притворись, что кончила. Иначе это займет всю ночь. Закрой глаза и начинай стонать. И посильнее мотай головой!
Эмили закрыла глаза. Кожаный дилдо скорее раздражал, чем возбуждал. Поэтому, следуя совету Эмили, она принялась громко стонать и перекатывать голову из стороны в сторону. Наконец ей все это надоело. Картинно напрягшись, она заставила себя несколько раз вздрогнуть.
– О-о-о-ооооо!
Сент-Олбанс вытащил дилдо. Бугор в его брюках приобрел невероятные размеры.
– Обращайтесь с Полли хорошо, парни, а я вознагражу мисс Молли тем, чего она действительно желает! – крикнул он, расстегивая ширинку и выпуская на волю свою плоть, которая, на взгляд Эмили, казалась еще больше девятидюймового дилдо. – А теперь, дорогая, – объявил он, укладываясь между ее бедер, – ты была такой хорошей девочкой, что я позволю тебе узнать вкус настоящей забавы.
 
Он поцеловал ее в губы, щекоча рыжеватыми усиками.
– О, сэр, вы так велики! – ахнула Эмили. Сент-Олбанс снисходительно усмехнулся, довольный ее испугом.
– Посмотрим, как ты сможешь принять десятисполовинойдюймовый «петушок»! – воскликнул он, начиная входить в нее.
Эмили обвила ногами его торс, и Сент-Олбанс одобрительно хмыкнул. Он действительно был очень большой, но, к ее изумлению – или восторгу? – она легко приняла его, мурлыча нежные слова ему на ухо. Сент-Олбанс стал вонзаться в нее, и она без дальнейших размышлений отдалась наслаждению, которое он дарил ей. Очевидно, и он тоже наслаждался, и она продолжала возбуждать его:
– О, ты мой бык, а я твоя маленькая телка! Вы непревзойденный любовник! Да! Да! О дааааа!
Она укусила его за ухо и, просунув внутрь язык, стала двигать им в такт движениям Сент-Олбанса. Тот стонал от восторга. Вечер только начался, но уже имел несомненный успех. Мисс Молли и Красавица Полли были лучшими шлюхами из всех, которых он до сих пор имел, а ведь до утра еще далеко!
Его выпады стали более настойчивыми, и, почувствовав, что она кончает, он с воплем излил в нее свои соки.
На другом конце комнаты лорд Боуэн с энтузиазмом овладевал лежавшей на шезлонге Саванной, которая одновременно сосала напряженную плоть достопочтенного Фредерика Синклера. Барон Эверхард трахал Берти в задницу, ловко попадая в ритм с выпадами последнего, обхаживавшего Саванну. Сэр Уильям направился туда, где лежали Сент-Олбанс и Эмили.
– Моя очередь, Сент-Олбанс, – объявил он.
– Она нуждается в подкреплении, Уилли, – запротестовал тот. – Мол чудесно трахается, но я вижу, что она хочет шампанского.
– Разумеется. Сейчас принесу, – согласился сэр Уильям.
Эмили только потом узнала, что мадам Роуз щедро сдобрила шампанское афродизиаками, чтобы желание шлюх и их клиентов не утихало. Чем дольше клиент пробудет с ее девочками, тем больше денег заплатит. Правда, Молли и Полли обычно продавались на целую ночь, и в развлечения входили полуночный ужин с шампанским, сырыми устрицами и шоколадными трюфелями, а также завтрак: яичница, деревенский окорок, копченая сельдь, тосты, масло, джем и чай.
Сэр Уильям протянул Эмили бокал шампанского:
– Выпей, милая. После того, что было сегодня вечером, я более чем готов трахнуть тебя.
– О, сэр, вы такой нехороший, – пропела Эмили, лукаво глядя на него, – но обещаю, что сделаю все, лишь бы вам угодить!
– Если я такой нехороший мальчик, ты должна выпороть меня, милая, и тогда я стану по-настоящему скверным! Хотите отделать меня розгой, мисс Молли?
Эмили поразилась собственной реакции на такое предложение, да и ее поведение было поистине поразительным. Сунув палец в рот и принимаясь его сосать, она кокетливо уставилась на сэра Уильяма из-под густых ресниц.
– И как я должна вас пороть? Сильно? – едва слышно прошептала она. Его янтарные глаза загорелись предвкушением запретного удовольствия.
– Изо всех сил, крошка! В конце концов, скверных мальчишек нужно регулярно пороть, чтобы они взялись за дело со всей энергией!
Теперь в игру вступила Саванна:
– Он должен раздеться. И все вы должны раздеться! Одежда мешает полностью увлечься игрой.
Мужчины послушно разоблачились, следуя примеру женщин, и сложили одежду в большой буфет красного дерева, стоявший у одной стены. Потом, подойдя к большой корзине с игрушками, возвышавшейся на мраморном столе с круглыми медными ножками, Саванна вынула черный кожаный ошейник, усаженный медными шипами, с которого свисала короткая медная цепь, и безмолвно вручила ошейник сэру Уильяму. Тот вопросительно глянул на нее.
– Немедленно надевай! – жестко велела Эмили, верная духу игры. – Иначе пожалеешь о своем непослушании, Уилли. Полли, принеси-ка розгу. Толщиной с указательный палец Уилли.