Беглец. Трюкач

— Доброе утро.
— Доброе утро, — ответил ему Кимбл и снова притворился, что читает журнал, но краем глаза видел, что это человек наблюдает за ним, видимо, пытаясь угадать, что делает в подобном месте здоровый, полноценный человек.
Кимбл положил журнал на столик и вышел.
Он еще не закончил все дела в больнице и сейчас перешел к следующему этапу. С момента побега у него было достаточно времени, чтобы в деталях разработать свой план. Не все, правда, обернулось так удачно, как хотелось бы — особенно его разочаровал Гутери. Зато Николс снабдил деньгами, и теперь остальная часть плана должна осуществиться.
Кимбл направился в подсобные помещения, где держали свое снаряжение уборщицы и слесари. Он шел навстречу идущим на выход сотрудникам больницы. Спустившись на нижний этаж, он двинулся мимо шкафов, ящиков, полок, забитых различными моющими средствами и инструментом, и остановился у большой доски, на которой висело расписание работы сотрудников: дежурства, отпуска и номера личных шкафчиков. У доски на грязном шнурке болтался карандаш. Кимбл взглянул украдкой через плечо и сделал несколько важных изменений: кое-что подчистил, кое-что добавил. Ему было нужна всего лишь пара дней…
За спиной хлопнула дверца шкафчика. Кимбл резко обернулся и увидел, как какой-то служащий отправился в душ, а шкаф остался приоткрытым и из него торчал краешек служебного халата с приколотой к нему личной карточкой с фотографией.
Он не мог упустить такую возможность… Посмотрев по сторонам и убедившись, что в комнате никого нет, он вытащил халат из шкафчика.
Итак, преступление номер шесть.
Все шло по плану. Из больницы Кимбл отправился в ближайшее помещение Армии спасения^ где купил за гроши подходящую форму уборщика: зеленые брюки, такую же рубашку и рабочие башмаки.
На выходе из магазина он заметил написанное от руки объявление о сдаче комнаты. Он оторвал листок и — сунул его в карман.
Следующая остановка — автомат моментальной фотографий напротив магазина «Вол-Март». Потом он отправился по объявлению и оказался у четырехэтажного здания с мусорными ящиками у подъезда.
Молодой парень с панковской стрижкой и серьгой в носу вышел на звонок, но увидев Кимбла, повернулся и громко позвал бабушку: Появилась старая неприветливая полька в чулках, опущенных до щиколотки.
Ему отвели холодную, мрачную комнату в подвале, но она была хороша тем, что стоила очень дешево. Старуха сунула деньги в карман без всяких вопросов. Он уселся на кровать и ворованными ножницами вырезал фотографию и вставил ее в ворованную личную карточку.
И только после этого он позволил себе немного вздремнуть, чтобы восстановить силы, после бесконечной ходьбы и бессонной ночи. Ему опять снился ужасный сон, когда у него в руках оставался протез убийцы. Кимбл отбросил протез и снова бросился за исчезающим бандитом. Человек вывернулся, и на этот раз оторвалась вторая рука, которая оказалась полой, как и первая… потом нота, потом голова… и наконец Кимбл увидел, Что стоит над грудой отдельных частей человеческого тела.
И вдруг оторванная голова засмеялась.
Кимбл вздрогнул и проснулся. Он протер глаза и встал, несмотря на то, что солнце было еще высоко на небе.
Джерард и Бигс приехали в Чикагский Мемориальный госпиталь, чтобы встретиться с заведующим отделением патологии доктором Чарльзом Николсом, и ждали его теперь около кабинета. Согласно досье Кимбла, а также показаний Анжелики Флинн и Джекоба Робертса, Николс был одним из самых близких- друзей Кимбла. И, естественно, когда он прошел мимо секретаря к своему кабинету и был остановлен двумя ожидавшими его мужчинами, он оглядел их с тем же недовольством, которое Джерард. почувствовал во взгляде сестры Флинн.
Николс провел их в кабинет.
— Садитесь, — пригласил он, указывая на стулья, после того, как Джерард и Бигс представились. Он не протянул инспекторам руки, лишь закрыл за ними дверь, потом снял свой белый лабораторный халат и надел темный пиджак, который висел на крючке за дверью. Он казался раздосадованным, но нисколько не нервничал.
 
Инспекторы не воспользовались предложением сесть, а Николс его не повторил, лишь прошел к своему отполированному до блеска огромному письменному столу и, сощурив глаза, принялся изучать пришедших.
Бигс открыл было рот, чтобы изложить цель их визита, но Николс резко перебил его.
— Я полагаю, вы пришли по поводу Ричарда Кимбла.
— Почему вы так думаете? — спросил Джерард.
— Потом что я видел его два дня назад.
Бигс дернулся в удивлении, словно Николс ужалил его. Джерард медленно подался вперед, незаметно изучая Николса, как это делает лев перед прыжком.
— Он остановил мою машину. Я дал ему денег — все, что у меня было, — спокойно пояснил Николс. — Я говорил с ним всего пару минут.
— Где это произошло? — выпалил Джерард.
— Около нашего… — Николс поправил себя, — моего спортивного клуба. Я точно не знаю адреса, но мой секретарь вам с этим поможет.
— Он просил вас о помощи? — Джерард нервно заходил по кабинету, запоминая детали. Их было несколько: кабинет был слишком чистым, слишком хорошо обставленным. И таким же, как и сам Николс, слишком милым. Джерард повернулся, пытаясь рассмотреть фотографии в серебристых рамках на столе Николса: шикарная блондинка, похожая на манекенщицу — под стать Николсу. И кабинету.
— Я сам предложил ему помощь, — тихо сказал
Николс, явно уверенный в своей правоте, — но он не принял ее.
Джерард и Бигс обменялись взглядами. Это было похоже на правду и совпадало с тем, что говорила сестра Флинн.
— Как вы думаете, почему он вернулся в Чикаго?
— Он мне этого не сказал.
Бигс и Джерард снова посмотрели друг на друга, плохо скрывая раздражение.
— Я вас не об этом спросил, сэр, — Джерард оторвался от пожелтевшей фотографии на стене, на которой были изображены молодые Ричард Кимбл и Чарльз Николс. Подпись внизу гласила: «Практиканты больницы округа Кук. 1975 год». — Я уверен, что он хотел уберечь вас от дачи ложных показаний. И если вы действительно его друг, вы поможете нам найти его и не причинить ему вреда.
Он прошелся около книжных полок, изучая и там ряд фотографий, и остановился около одной из последних, где Николс был запечатлен около сверкающего «феррари».
— С какой стати? — презрительно ответил Николс. — Чтобы вы отправили его обратно в тюрьму и он там дожидался своей очереди умереть? Если вам нужна такого рода помощь, господа, то вы обратились не по тому адресу.
Джерард резко повернулся к Николсу и сосредоточил свой взгляд на нем, быстро проговорив намеренно мягким и вежливым тоном:
— Доктор… За прошлый год окружной прокурор выдал 11003 ордера на арест преступников; 109,75 из них были схвачены, 28 оставшихся, однако, думали перехитрить нас. И все они сейчас мертвы, — он сделал паузу, чтобы дать время Николсу обдумать услышанное, потом кивнул на фотографию и добавил: — Отличная машина!
И вместе с Бигсом они вышли из кабинета, прекрасно понимая, что эти слова не имели никакого значения. Кимбл опять свяжется с Николсом, и Николс снова ему поможет.
И это — догадывается Николс или нет — обязательно выведет их на Кимбла.
В коридоре Джерард повернулся к Бигсу и сказал:
— Присматривай за ним.
Кимбл заступил в смену в больнице точно в то время, которое он записал в расписании: вечером, в 21:00. Ночные дежурства всегда быстрее проходили, и кроме того ему было безопаснее работать под покровом ночи, когда вокруг было мало сотрудников. Он нашел тряпку, ведро и швабру и принялся мыть пол в коридоре, который через три метра упирался в дверь с надписью «Отделение протезирования. Посторонним вход воспрещен». Он потихоньку тер пол и продвигался к заветной двери, в то же время внимательно наблюдая за передвижением по коридору. Ну, что же, может, и повезет. В коридоре тихо… только вдруг чьи-то шага. Он обернулся и заметил, как молодая женщина-врач поскользнулась на мокром полу и еде удержалась на ногах. Она посмотрела на него, нахмурив брови.