Акселератор жизни. Финальный слой (СИ)

Сказав это, пожилой монах выпрыгнул в распахнутое окно.
Пекин. Район Дунчэнь. Главный храм культа Игуаньдао.
На площади храма было не протолкнуться от гостей и лоточников. Лэй Шен не мог припомнить, когда в последний раз было столько желающих посетить святыни культа и посмотреть на показательные поединки учеников пагод. Размах мероприятия мог удовлетворить даже самый притязательный вкус ценителя: традиционные закуски праздничной кухни, храмовое вино, талисманы и тренировочные руководства, предметы ковки и роскоши от ремесленников пагоды «Небесных мастеров», конкурсы для гостей, фейерверки и танцы драконов в центре площади. Казалось, здесь было всё, что можно пожелать, а самое главное — атмосфера неподдельного веселья. В толпе гостей нельзя было найти угрюмого лица… За исключением Лэй Шена, который сейчас торопливо покидал храмовую резиденцию патриарха Фа.
Вернувшийся из поездки старик Тяньжань начал вести себя скрытно и более своевольно, чем обычно. Это заметил не только мастер Шен, но и совет элдеров храма. На вчерашнем собрании, после невинного вопроса о «Девятой пагоде», папаша Фа в жестокой и грубой форме объяснил старцам, что это не их дело, и велел поумерить нездоровое любопытство. Немного погодя мастер Шен сам попытался прощупать патриарха по поводу планов на «Девятую пагоду», но Фа мастерски ушёл от темы. Ничего выяснить не удалось, но одно Лэй Шену понял наверняка — старик что-то затевает, чему свидетельствовали и странные события, начавшие происходить в различных провинциях «Поднебесной». И сейчас Лэй Шен, пользуясь праздничной суетой, направлялся в сокровищницу культа, чтобы окончательно убедиться в своих подозрениях.
Обманув привратника байкой о патриархе, якобы потерявшем церемониальную яшмовую подвеску, мастер в сопровождении охраны сокровищницы направился на первый ярус. Преодолев более тысячи ступеней вырубленных вглубь скалы, процессия остановилась перед источающей колоссальное количество ци массивной дверью. Ещё десяток минут ушло на то, чтобы её открыть.
Когда путь был свободен, Лэй Шен торопливо прошёлся по вытянутому залу, изображая суетливые поиски. Не «найдя» искомого, он громко посетовал на слабую память патриарха Фа, сверился с журналом учёта и поспешил ретироваться.
Выйдя из сокровищницы, Лэй Шен направился к сливовому саду в западной части территории храма, где, выбрав местечко поукромнее, извлёк из рукава ханьфу смартфон, и отыскав в списке контакт «Доставка лапши», нажал на дозвон.
— Кто бы сомневался… — начал нервно кусать губу мастер, не дождавшись ответа, после чего вновь нажал на дозвон. Вторая попытка увенчалась успехом, а в динамике послышался довольно энергичный голос императора.
— Слушаю, мастер Шен. Говори, — не стал тратить время на приветствия Кандэ.
— Мои худшие опасения подтвердились, император. Старый лис Фа с этим князем нас перехитрили.
— Неужели? — как-то очень легко воспринял новость молодой император. — Рассказывай, не тяни.
— До меня начали доходить странные слухи о том, что кто-то действует от имени храма, при этом называя себя учениками пагоды «Первозданной чистоты». Эти люди бросают вызовы боевым школам разных провинций, демонстрируя своё превосходство, и агитируют учеников сторонних мастеров вступать к нам. Получается довольно успешно: только за вчерашний день мы приняли столько учеников, сколько обычно вступает за пару месяцев. Нет сомнений, что это люди князя Гераса. Они не появлялись в главном храме, но я только что был в сокровищнице культа. Там не хватает двух десятков ученических жетонов и одного мастерского. Судя по отсутствию записей в журнале учёта, их мог вынести только патриарх Фа. Это не всё… В поисках каких-то «Небесных пилюль», якобы лечащих все болезни, к нам начало приходить много людей, а среди глав кланов ползут слухи, что наш храм владеет секретом «Вечной жизни». Стервятники из корпораций также начали проявлять интерес к храму и часто захаживают в приёмную старого лиса. Из него самого слова не вытянешь, но удалось разговорить нескольких посетителей, и теперь я знаю о минимум двух крупных договорах на обучение корпоративных бойцов. Мне не совсем понятно, почему именно сейчас старый лис занялся укреплением влияния культа, но уверен, что это не сулит нам ничего хорошего. Император, почему вы смеётесь?
  
— Лэй Шен, мой тебе совет на будущее… — Кандэ явно был в хорошем настроении. — Вместо того, чтобы днями напролёт махать мечом, хотя бы изредка интересуйся делами СВОЕГО культа. Это полезно. Осведомлённость разит не хуже самого острого клинка.
— Я чего-то не знаю?
— Оооо… — многозначительно протянул молодой император. — Ты многого не знаешь! Что ж… Дорога не близкая… Позволь, я тебе расскажу о ТВОЁМ культе. Стоит начать с того, что дела у «Игуаньдао» хуже некуда — говоря экономическим языком, это убыточное предприятие. Деятельность храма даже на треть не покрывает его расходов.
— Император, мне так не кажется, — осторожно возразил Лэй Шен. — Да, мы закрыли несколько небольших храмов, но не бедствуем. Это уж точно.
— Не бедствуете лишь потому, что огромная дыра в бюджете закрывается из кармана старого лиса Фа и его жены-преступницы. Храм существует за счёт денег, получаемых с продажи опиума и незаконных поставок запрещённых товаров за границу.
— Мне сложно в это поверить, — мечник закашлялся, едва не выронив смартфон.
— Придётся, мастер Лэй Шен, — Кандэ ещё раз хохотнул. — То, что ты наблюдаешь — это отчаянная попытка старого лиса укусить меня напоследок, перед тем, как захлопнется капкан. Вероятно, старик Фа решил заняться укреплением влияния культа, надеясь тем самым увеличить приток новых учеников, прихожан, а соответственно и прибыль. Похвально, но этого невозможно добиться в одночасье, по щелчку пальцев. Нужно было думать раньше, мастер Шен. По моим даже самым оптимистичным прогнозам, чтобы выйти, что называется, «в ноль», храму потребуется, при самой эффективной финансовой стратегии, около восьми месяцев. В распоряжении же старика Фа — чуть меньше месяца, тем более, я в любой момент могу сократить даже этот срок. Стоит захотеть, и через пару дней старый лис будет гнить в тюрьме строгого режима Циньчэн, для этого достаточно отправить имеющиеся у меня доказательства его преступной деятельности Чжоу Эньлаю — главе министерства по общественном правопорядку. Он меня недолюбливает, но своё дело твёрдо знает и нет сомнений, что займётся патриархом Фа лично.
— Император, не буду скрывать, у меня всегда были подозрения, что старик Фа нечист на руку, — аккуратно начал Лэй Шен, обдумывая каждое слово. — Но этот человек не тот, кого стоит недооценивать, и до недавнего времени у него всегда получалось избегать проблем с законом. Не исключено, что избежит наказания и в этот раз? Может, пока мы разговариваем, его люди как раз заметают следы злодеяний.
— Заметают следы… — повторил Кандэ, хмыкнув в динамик. — Это не так просто, как кажется, мастер Шен. Я ведь не зря выбирал нужный момент для эскалации нашего со стариком конфликта. Сейчас межсезонье: прошлогодние запасы опиума подошли к концу, а для новых нужно сырьё, которое ещё не созрело. Попытка пустить под нож ещё не успевший зацвести опиумный мак будет равнозначна выстрелу себе в ногу и подписанию своего смертного приговора. Семян нет, сырья для нового товара нет, а деньги от покупателей уже получены авансом. Про урон репутации даже не говорю: после такого крупные дельцы триад перестанут иметь со стариком какие-либо дела. С контрабандными товарами похожая ситуация. — Кандэ зашёлся в мелком смешке. — Хах… Паучий шёлк, специи, керамика, электроника и много другое — целая гора «золота», которую следующие два месяца даже за бесценок не продашь в тщетной попытке избавиться от компромата. Иронично.
— Это почему «за бесценок»? — Лэй Шен, несмотря на свою сообразительность не мог понять в чём подвох. — Немного сбрось цену, и всё моментально будет распродано! Я не силён в торговле, но знаю, что иностранцы готовы скупать наши товары в любых количествах.