Акселератор жизни. Финальный слой (СИ)

— Разумеется! — повысил голос Рюрикович младший, недовольно глядя на присутствующих. — Персты обязаны устранять любую угрозу, прямо или косвенно способную нанести вред империи и императорской власти. Поправьте меня, если я ошибаюсь. — Не дождавшись ответа, Лука лишь фыркнул, махнув рукой. — Однако, вы даже бровью не шевельнули, чтобы исправить ситуацию, а некоторые из вас, — обличающий взгляд князя устремился на Невского, — потворствуют и всё усугубляют!
— Спокойнее, Лука, — ровным голосом произнёс Строганов, нахмурив лоб. — Продолжаешь говорить загадками. После твоих слов конкретно мне понятнее не стало. О какой угрозе идёт речь?
— Сейчас… — Лука достал из кармана пульт от проектора, тут же нажимая кнопку включения.
На проекционном полотне возникло фото молодого зеленоглазого мужчины с кривой усмешкой. Сеты презентации начали быстро сменяться, представляя вниманию собравшихся благородного в разных ракурсах.
— Первый, ничего не хочешь сказать? — вкрадчиво поинтересовался Лука, останавливая презентацию.
— Это мой зять, — пожал плечами Невский. — Я и так знаю, как он выглядит, хотя… Мне всё же определённо нравится эта его способность. — Неожиданно для всех старый особист воодушевился. — Представляете, господа… И одна дама, мда… Он может лица менять, будто перчатки. Если мой будущий внучок…
— Сан Саныч, — бесцеремонно прервал Лука разглагольствования первого. — Меня, в отличии от вас, изначально не веселит сложившаяся ситуация.
— Светлейший, ты не юли. — От лёгкого хлопка ладонью добротный лакированный стол скрипнул. — Ежели что-то против меня или рода моего имеешь, то скажи прямо.
— Этот человек, — брат императора хмуро кивнул в сторону экрана, — опасен для Российской Империи, для Его Величества, для всех нас. Даже для существующего миропорядка. Вы сейчас думаете, что я спятил…
— Не думаю, но обойдёмся без преувеличений и громких слов, — неожиданно для всех заговорил Давыдов, удивив Невского.
— Поясни, Дмитрий Евграфович, будь добр.
— Есть несколько вещей, которые меня смущают, — не стал отмалчиваться Давыдов. — Уж больно часто молодой князь вступает в конфронтацию с одной печально известной организацией. Наводит на дурные мысли, а так… Продолжай, светлейший.
— Для тех, кто может быть не знает, это Айзек Герас. Глава рода Герас, он же — Станислав Мышкин, «Кровавый Князь» и нойон Монгольской Империи.
— Симпатичный, — не удержалась от реплики Меньшикова, поспешно поясняя: — На втором фото, где он более зрелый.
— Оставьте свои предпочтения при себе, княжна, — поморщился Лука и продолжил: — По вашем лицам видно, что вы не воспринимаете мои слова всерьёз… Можете не отворачиваться, а открыто улыбаться, Николай Сергеевич. Вы нашли что-то смешное в моих словах? Так поделитесь со всеми!
— Лука Рюрикович, мне действительно смешно. — Шестой поднялся со своего места, поправил галстук и обратился к присутствующим: — Господа и Оленька, приглашаю всех вас в моё поместье. Пока будем ехать, я позвоню своему управляющему, чтобы он подготовил банкет. Уверяю, вы не останетесь разочарованными.
— Итак, вы находите мои слова забавными, князь Салтыков? — сквозь добродушную улыбку брата императора недвусмысленно проступала едва сдерживаемая жажда расправы с наглецом.
— Нахожу, светлейший, — коротко ответил шестой, утвердительно кивая. — Князь Герас… Лука, он довольно знаменит, чтобы его представлять. Жаль, лично с ним незнаком, но это мы когда-нибудь исправим. Интересный человек, безусловно. Я бы даже сказал, что, ммм, наверное… Удачливый? Да, так будет правильно. Перспективный молодой амбициозный маг, как и мы все в своё время. Интересовался им немного, вернее, его «сафари» в Монгольской империи. До сих пор в кулуарах про это шепчутся, но моё личное мнение, что рассказы о том, как «Молодой князь прошагал заснеженные степи", сражаясь с коварными 'шаманами-отступниками» изрядно преувеличены.
— Речь сейчас… — начал Лука, но Салтыков не дал ему договорить.
— Таланты этого молодого мага отметил Его Величество, и мне этого достаточно, — безапелляционно заявил Салтыков, чем снискал всеобщее одобрение. — Иоанн назначил князя Айзека своим адъютантом по специальным вопросам, хоть и негласно, а это уже говорит о многом. Его Величество в таких решениях очень щепетилен. Лука, наш император людей насквозь видит, ты сам знаешь. Или… Ты сомневаешься в его компетентности? Может, тебе показался «тёплым» трон Его Величества? Ты только скажи, и мы остудим твой пыл.
  
— Притворюсь, что я этого не слышал, — холодно ответил Лука, не поддаваясь на провокацию. — И… Николай Сергеевич, проясню обстановку: ваше ощущение защищенности — лишь иллюзия. Я пришёл искать компромиссы, а не просить милостыню. Скалясь, можете и зубов лишиться, имейте ввиду. Надеюсь, это понятно, продолжим… Ранее у меня был великий дар и проклятье, когда я мог зрить в будущее и читать мысли. Неприятно, когда поток грядущих событий вклинивается в мозг, образуя постоянно нарастающее эхо голосов… Сейчас всё хорошо, и на данный момент у меня есть лишь мои аналитические способности и объективная оценка ситуации… И этой оценкой я хочу поделиться. Она такова, что уважаемый князь Айзек Герас опасен для Российской Империи, для всех нас, и для моего брата. Начнём с причин… Первая, и самая основная причина состоит в том, что он способен играючи уничтожить существующий миропорядок. Может, прямо сейчас, пока мы с вами разговариваем, именно это и происходит.
  
Глава 2
 
Петроград. Сейчас…
— Знала бы, что так получится, оделась бы во что-то более пр ь яктичное, — Зоя, балансируя на носочках сапог, торопливо поправила юбку и поднялась на ещё одну ступеньку выше. — Цокаю будто лошадь этими шпиляками по плитке. Вот же…
— Тише, милая, — шепнул я, прикладывая палец к губам. — Мы почти у цели.
Уже собирался шагнуть с лестничного пролёта на второй этаж через приоткрытую дверь, как мой путь матёрым скверхом преградила крепкого телосложения женщина за пятьдесят в больничном халате и старомодном чепце.
— Спалилися, — досадливо протянула княжна Ермолова, и наплевав на ненужную уже конспирацию, встала в полный рост, поправляя распахнутый белый халат.
— Думаете, вы первые такие предприимчивые? — скрипучим голосом полюбопытствовала заведующая родильного отделения, быстро сунув увесистый кулак под нос Зое, которая собиралась прошмыгнуть мимо. — У меня по несколько раз на неделе пытаются пробраться через приёмный покой в родильное отделение.
Зоя смешно заметалась, силясь отыскать брешь в «обороне», но тщетно.
Как по мне, то задумка изначально была провальная. Обладательница экзотического имени и не менее экзотического отчества — Агния Модестовна, своим мощным телом перегораживала проход не хуже ростового бронированного щита.
— Агния, ну будь человеком, пусти нас, а? — начал канючить выглянувший из-за меня Токарев, который благодаря перипетиям судьбы имел знакомство с заведующей. — Ну мы одним глазком через окошко в двери, и…
— И не подумаю, Федя! — сказала, как отрезала, заведующая, складывая на груди руки, напоминающие двух китов. — А ну, брысь, пока охрану не вызвала!
— О, главная повитуха, — витиевато и вычурно, почти нараспев, заговорила Зоя и изобразила картинный поклон. — Не злюкайся. Хотим лицез рь еть личинуса княжеского, дабы ря́сплыться от милоты, жмакая его ручонки пухлые.
— Повторяю в шестой раз, — Модестовна не впечатлилась, а выражение на её суровом морщинистом лице стало ещё жёстче. — Возвращайтесь в приёмную и ждите, когда закончится осмотр молодой мамы и дитя.
— Вы не понимаете! — засуетилась Зоя, начав обильно жестикулировать. — Мне категр ь ически необходимо взглянуть в ря́скосые глазёнки моего будущего кр ь естника и потрепать его за щёчки, пока он не стал нинзей. В конце-концов, я княжна славного рода Ермоловых, и я настаиваю!