Сяо Тай и Императорский Дворец (СИ)

— Как же приятно, что мы наконец союзники, да, Сереброволосая Ай? — ухмыляется мечник, глядя на нее снизу вверх: — та, что владеет Змеей Шэн словно своим телом. Как там кстати, ожог у тебя на ладони? Не беспокоит?
— Чертов пьяница! — Ай кладет руку на рукоять меча и Иссэй — перекидывает зубочистку из одного угла рта в другой, нехорошо прищуривается и тоже кладет руку на свой меч. Он сидит, думает Ай, атаковать из такой позиции ему будет неудобно, но он же мечник с Островов, навык мгновенной атаки с колен, выхватывая меч из ножен — наверняка он этому обучен.
— Что вы тут шум с утра подняли? — дверь открывается и появляется заспанное лицо Госпожи Тай: — уже прибыли? Я сейчас… сейчас… — она скрывается за дверью и оттуда раздается сдавленной ойканье, что-то гремит и падает.
— Подвинься, мужлан. — тут уж Ай, с ощущением своего права — отодвигает Иссэя в сторону и входит в каюту Госпожи Тай. Не дело чтобы какой-то мужчина Госпоже помогал одеваться. Тот же Кайсеки, морда продувная или этот Иссэй, пьяница и бабник. Нельзя позволить им на Госпожу глазеть… есть же приличия.
— Ваша одежда тут. — говорит она: — пожалуйста оставьте вчерашнее платье. Давайте я вам помогу…
— Но это же мое ханьфу и… — Госпожа вяло сопротивляется попытке Ай ее раздеть.
— Это платье вы вчера носили. — терпеливо объясняет Ай, стягивая с Госпожи Тай пояс и разматывая верхнее ханьфу: — сегодня новый день. Значит новое платье. Выстиранное и выглаженное и с цветочным ароматом. Согласно лунному дню месяца и гармонии под Вечным Синим Небом.
— Чего?
— Госпожа Тай, поистине таланты ваши выше гор и глубже океанов, мудрость ваша простирается как бескрайнее Синее Небо, а добродетели ваши превосходят все доселе известное в Поднебесной, но вот в одежде вы не разбираетесь. Вот совсем не разбираетесь. — Ай споро стягивает с Госпожи исподние штаны и щелкает пальцами. Вбежавшие вместе с ней в комнату цветочные девушки — принесли и поставили серебряный тазик с нагретой водой, смочили полотенце и дали его в руки Ай.
— Холодно! — пожаловалась Госпожа Тай: — и долго я вот так — голышом тут стоять буду?
— Терпение есть добродетель, Госпожа. — говорит Ай, протирая ее кожу мокрым полотенцем, смоченным в теплой воде. Девушки кладут под ноги Госпоже коврик, сделанный из мягкой шкуры, и она зарывается пальцами ног в длинный и пушистый мех. Теперь — белые исподние штаны, рубаха, одна юбка, потом — снова рубашка, нижний пояс, который удерживает все вместе… на ноги — белые носочки, такие носят на Островах — белые носочик-таби, с отдельным большим пальцем. И конечно же вышитые красно-черные башмачки, которые как будто горят на ногах у Госпожи Тай — каждый раз новые приходится надевать. Хорошо что на судне свой скорняк и башмачник есть, да и портной тоже. На плечи накинуть новое ханьфу, новое, благоухающее цветочным запахом, выдержанное в цветах Госпожи Тай — в черном и красном тонах. На спине, в черном круге — красный иероглиф «ТИЕН» — Небо. Тем временем девушки справляются с прической Госпожи, укладывая волосы в высокий клубок и протыкая его спицами заколок из черного серебра с красными рубинами в навершие. На пояс — меч, Госпожа почему-то настаивает на своем скрытом клинке, а он выглядит как палка… его она в руках понесет, а на пояс вешается достойный Госпожи меч — в коралловых ножнах с богатой инкрустацией и с самоцветами в рукояти. На поясе подвеска. Обычная, нефритовая подвеска, на подвеске два иероглифа. «Собственность» и «Лисица». Все вместе… не собирается в осмысленную фразу. Что это может означать? Тире между иероглифами… это на самом деле числительное? «Собственность одной лисицы»? Какая-то бессмыслица получается. Но Ай не задумывается над причудами Госпожи, та имеет право носить любую подвеску на своем поясе.
Наконец Ай отступает назад и любуется плодами своих усилий. Госпожа стоит посредине каюты и моргает глазами, немного выбираясь из образа Великой Кали, беспощадной губительнице всего человечества… но все остальное наконец выглядит… приемлемо. Ай думает о том, что нужен еще головной убор, например — корона, украшенная черепами. И браслеты с черепами на предплечья. И… ножные браслеты. Тоже с черепами, чтобы видели кто идет. А еще ханьфу новое заказать, все черное как самая темная ночь без луны и звезд, только красным на нем — «ТИЕН». И черепа вдоль подола… красненькие.
  
— У меня лицо чешется. — заявляет Госпожа Тай и чешет себе нос пальцем: — и есть охота.
— Не трогайте лицо! Макияж сотрете! — спохватывается девушка рядом, всплескивая руками: — Госпожа Тай!
— Завтрак сейчас принесут. Я уже отдала команду кухонным. — говорит Ай: — а лицо и правда лучше не трогать. Сейчас принесут завтрак. И… Сиванг на горизонте. Бывший морской порт, а ныне — заброшенный город.
— Как я есть буду, если ты мне живот поясом перетянула? — задается вопросом Госпожа Тай: — коварная ты девушка, Ай. Решила меня голодом уморить?
— Пояс должен плотно сидеть на талии. А девушка из достойной семьи не должна много есть.
— Так это если девушка из достойной семьи. Меня вообще в колодках на площади нашли. Гены у меня так себе, наверное, — отвечает ей Госпожа Тай: — и вообще, что за дурацкая привычка с утра сперва одеться, а уже потом завтракать? Я себя наряженной куклой чувствую. Нельзя было в трусах покушать, как все нормальные люди? Нет, определенно что-то нужно в вашей Поднебесной менять. Вот завоюю ее и все поменяю. Будете в трусах завтракать, как люди.
— Госпожа Тай! — в голове у Ай тут же проносится череда образов. И то, как Темная Госпожа Кали — завоевывает Поднебесную во главе своих красно-черных легионов. И то, как она — рубит головы Императорской семье на Сливовой Площади в Запретном Городе. И то, как по всем провинциям зачитывают указ новой Императрицы — отныне завтракать только в исподнем! А то и вовсе без одежды!
— Госпожа Тай! — склоняется эта Ай в глубоком поклоне: — не надо пожалуйста! Сейчас принесут завтрак, и вы можете кушать как вам удобно! Можете даже нос чесать! А макияж мы потом снова наложим! И одежду можете испортить или пятна там посадить — у нас еще есть! Только не надо из-за этого Поднебесную завоевывать!
— То-то же. — говорит Госпожа и яростно чешет себе нос, вызывая тихие стоны у «цветочных» девушек, которым потом макияж снова накладывать. Ай про себя думает что новый макияж наложить — не переломятся, а вот за страну страшно становится.
  
Глава 3
 
Глава 3
Интерлюдия юная Дуань Ай, обладательница гуаня «Вторая».
— Смотри-ка, тут еще остались причалы. — говорит Иссэй, перекидывая свою неизменную зубочистку из одного угла рта в другой — жест, который она терпеть не могла. Впрочем, если совсем честно, то она терпеть не могла всего Иссэя. Правда сейчас, когда они приблизились к острову Сиванг, к самому большому острову архипелага — это как-то отступило на второй план. Несмотря на всю свою браваду и уверенность в силах Госпожи Кали, этой Ай все же было слегка не по себе… то ли потому, что на подходе к острову резко изменилась погода и вместо ликующего утреннего солнца небо заволокло тучами, а от острова стал наступать густой серый туман. То ли потому, что при подходе к единственному городу, служащему портом — все яснее была видна разруха и опустошенность, выбитые, пустые окна зданий, серая пыль повсюду, заброшенные дома, полузатопленные лодки на берегу и ветхий причал. А может быть потому, что все на судне поневоле затихли. Даже веселая музыка и смех из трюма, где освобожденные певички праздновали свою только что обретенную свободу — тоже замолкла. На палубе появились «цветочные» девушки и моряки свободной смены. Вместо того, чтобы отдыхать — они вместе со всеми смотрели на приближающийся порт острова Сиванг, сердце проклятия, наложенного на архипелаг Пропавших Надежд.
— Двести лет назад тут процветала торговля. Сновали корабли, люди жили, торговали, богатели и строили новые дома. Говорят, что в период расцвета город-порт Сиванг принимал тысячи гостей и сотни кораблей со всех концов света. — раздается рядом тихий голос. Ай косится в сторону на мастера Ло Сы, который стоит рядом, вложив руки в длинные рукава и вместе со всеми смотрит на приближающийся берег. К мастеру Ло Сы она относилась хорошо. Он — воспитанный, умный и никогда не лезет туда, куда не следует. Это и есть разница между человеком воспитанным в Поднебесной и этим варваром с Островов, Иссэем.