Берсерк: Против всех (СИ)

По словам Афеллио, бездна пронизывает множество миров. Не все, конечно. Землю, например, эта пакость не затронула.
«Ваша инквизиция хорошо поработала в своё время, вырезав под корень всех, кто был с ней связан ментально и служил эдаким маяком для её прихода». — пояснил артефакт.
Эбису же не повезло больше всех. Бездна настолько плотно укоренилась в этом мире, что здесь даже вырос её храм. Но еще больше не повезло родному миру Афеллио. Бездна полностью его поглотила. И, если верить Афеллио, это, скорее всего, ждет и Эбис.
Когда мир слишком плотно срастается с бездной, он становится её частью, полностью растворяясь в ней. Лишь отдельные его зоны можно встретить в тоннелях. Такие, как, например, этот забытый город с его пирамидой и храмом. Собственно многие монстры и некоторые разумные — это либо измененные, либо неизмененные потомки жителей поглощенных миров, которые уже и не помнят своего происхождения.
Изначально Афеллио был частью сети оракулов. Какой-то её деталью, предназначение которой я так и не понял. Но не суть. Факт в том, что жители его мира смогли видоизменить первоначальный артефакт бездны и превратить его в мощное оружие, которое из себя сейчас представляет Афеллио. Но они не учли того, что сеть оракулов — это величайший проводник информации во вселенной. И эта частичка, оторванная от общей сети, начала постепенно обретать самосознание. Что в итоге и стало Афеллио де Саргасом.
Имя Афеллио он придумал себе сам. А «де Саргас» это что-то типа фамилии его создателя. Великий артефактор того мира вручил свое творение правителю одного из тамошних царств. Тем самым даже об этом не подозревая, подарив тому «троянского коня» в виде сущности, которая постепенно влияла на царя и за несколько лет смогла полностью подчинить его волю. Это и имел в виду Афеллио, когда представился «покорителем королевства цувангов».
Но потом бездна поглотила тот мир, и Афеллио застрял в этой пещере на многие века.
— И к тебе сюда никто не забредал? — уточнил я.
— Было пару раз. Мародеры.
— Странно, что за это время тебя еще не смародерили.
— Ничего странного, — вмешалась в разговор Мариш. — Мы на четырнадцатом этаже. Он толком даже не исследован, и сюда забредают либо самые отчаянные, либо самые глупые.
— Ты тогда к кому относишься? К отчаянным или к глупым?
— И к тем и к другим. Глупая из-за того, что связалась с синдикатом. И от отчаяния полезла на этот этаж. Чем менее исследован уровень бездны, тем больше вероятности найти что-то ценное. Но и опасность выше.
— И ты нашла настоящее сокровище. Меня! Ведь так? — усмехнулся я, отламывая и запихивая в рот запечённую ногу. На вид, куриную.
— Да. Я засекла тебя издали и скрылась в тенях. Было любопытно, что за бездарь тут так фривольно ходит. Ну и проследила до этого места.
— Кстати о тенях. Если у вас нет оракулов. То откуда у вас тут у всех классы? Как вы их выбираете?
— Мы их не выбираем, — пожала плечами Мариш. — У многих их вообще нет. Однако, если ты начинаешь активно исследовать бездну, попутно убивая монстров, рано или поздно бездна оценит твои старания и вознаградит тебя классом и умениями, исходя из твоих внутренних позывов. Я предпочитала охотиться в одиночку. Из засады. Подстрелила парочку суккубов, отбившихся от стаи. Потом несколько пауков. И получила класс теневого охотника.
— Понятно. Значит, мы на четырнадцатом этаже? А что находится выше?
— На девятом находится Гомморах. Самое крупное поселение на данный момент. Некогда нас вытеснили с четвертого этажа подсолнечники и основали там свои аванпосты. Теперь мы туда не суемся. Да и ловить там особо нечего. Пока что мы исследуем то, что ниже девятого.
— А что находится на первом?
— Выход в сам храм бездны. Тот, что находится наверху. Но через него невозможно пройти. Храм охраняют стражи. Монстры легендарного уровня. И их там много. Они убивают всякого разумного, что посмеет ступить в храм. И пропускают лишь других монстров во время зова.
— Зов, это когда они собираются группой и атакуют поверхность?
  
— Да. Есть предположение, что бездна таким образом «стравливает давление». Типа убирает излишки монстров.
— Не только, — возразил Афеллио. — Это ещё один из способов воздействия на мир. Можно захватить его территории силами монстров. Но если защитники достаточно сильны, то регулярные волны действуют на жителей мира психологически. Год за годом, век за веком. Жители привыкают к бездне. Начинают извлекать из неё выгоду, изучая монстров и артефакты. Таким образом, постепенно мир может перейти во власть бездны почти добровольно. Я многое забыл, отключившись от сети но, по-моему, асмы таким образом и стали частью бездны.
Я задумался и вспомнил кое-что:
— А что ты знаешь о Разрушителе?
— О-о-о! Это большая редкость. Но, кажется, такой способ поглощения тоже есть в её арсенале. Если мир слишком долго сопротивляется и слишком медленно поддается бездне, она может породить Разрушителя. Великого монстра, что поведет за собой бесконечные орды на поверхность. Но это если упрощенно. Просто так Разрушителя породить нельзя. Мир должен быть подготовлен к нему.
— Что значит подготовлен?
— Извини, но тут мои запасы памяти обрываются. Этот сосуд слишком ограничен, так что приходилось периодически освобождать место. Кажется, именно этот момент я стер под сериал про мою прекрасную няню. Как же я его люблю. Мама дарагая! Уже пятьсот сорок три раза пересмотрел.
— Какой нафиг сериал? Ты же говорил, что ты торчишь тут уже многие века! — возмутился я.
Кажется, если бы у Афеллио были руки, он бы сейчас ими развел:
— Для сети оракулов время не имеет значения.
— Ладно. Давайте тогда к делам более насущным, — подобралась Мариш. — У меня есть план, как нам срубить гору кристаллов и уладить дела с синдикатом.
— Угу. Ну, тогда удачи тебе с этим, — пожал я плечами, откусывая очередной кусок мяса.
— В смысле «тебе»? — вопросительно подняла бровь лилиту.
— А в смысле «нам»? — округлил глаза я в ответ. — Мне плевать на ваш синдикат, на ваш Камморах и вообще на всю вашу бездну мне тоже плевать. Ах, подожди! Совсем забыл. И еще на Эбис мне плевать ровно также.
— Ты что не понимаешь⁈ Они убьют тебя, стоит тебе прийти хоть в один из городов!
— А зачем мне приходить в один из городов?
— Ну. Как зачем? Ты не выживешь один в бездне.
— Поспорим?
Лилиту сменила удивление на улыбку:
— Самонадеянный, да? Ну, тогда в Гомморахе есть много чего интересного! — Мариш приняла соблазняющий тон. И подошла поближе, положив ладони мне на грудь. — Торговцы самыми разнообразными артефактами, оружием, броней. А то ходишь, как оборванец. Фи! Также в Гомморахе живет сам великий мастер алхимии Вертляк! Ах. Хотя ты вряд ли о нем слышал.
— Ну, почему же? Слышал. Увидишь его, передай моё большое и искреннее «спасибо». Благодаря его зелью я выжил.
Я, похоже, зря это сказал, потому что Мариш решила ухватиться за сей факт, чтобы меня уговорить:
— Ну, так поблагодаришь лично. Я могу тебя с ним познакомить. Мы хорошие друзья!
В какой-то момент её лицо оказалось настолько близко к моему, что я мог уловить даже запах её волос. Кстати, на удивление приятный, учитывая то место, где мы находимся и моё слабое обоняние.
В ответ я наигранно нахмурился, изображая задумчивость:
— Скажи, всё это вообще на кого-то действует? Вот эти твои ужимки.
Мариш неуверенно отпрянула, а я продолжил:
— Если хочешь уговорить меня на какую-то дурацкую, ненужную мне авантюру, то старайся лучше. Я не настолько дурак.
— Ах так? — Мариш сложила руки на груди. — Ну, тогда как тебе возможность не умереть от гиперэссенциального синдрома?
— Чего? — настал мой черед удивляться.
— Каждое твое движение отдает болью, так?
— М-м-м. Да-а-а.
— Ты ведь совсем недавно поглотил слишком много эссенции либо силы, либо выносливости. Так?
— Продолжай, — чертовка сумела меня подловить.