Медный Бык (СИ)

— Вы совсем охуели? И ты тоже не лапай меня, дрянь!
Даичи теперь наорал на Найду, и та плюнула ему в лицо вместо того, чтоб молча отойти по примеру Софии. Девушка показала ещё средний палец после того, как поделилась с сослуживцем ценной жидкостью.
— Сука драная! Я убью тебя, сука!
Кайрат отвесил хлёсткую пощёчину, и Даичи на пару секунд даже отключился, но быстро пришёл в себя. Сейчас он достаточно размяк, чтобы без вреда для здоровья его можно было перенести в шлюз. Эксперимент, не иначе, только ошибка может выйти ценой в чужую человеческую жизнь.
Я поднял Даичи за ноги, Кайрат же схватился за подмышки. Мы вытащили парня в шлюз, надели на него шлем. Он выглядел странно, полностью голый, но зато голова защищена. Не успел Даичи дёрнуться или запротестовать, как шлюз запустил свои особые протоколы по обработке находящегося в нём предмета.
Не знаю, кричал ли снова Даичи. Шлем был отключен, но сам Разведчик выгнулся, а его нога осталась в прежнем положении. Рана затянулась толстой голубоватой плёнкой и перестала кровоточить. Я понятия не имел, можно ли этой плёнке оказываться на незащищённых участках кожи. Лишь сейчас подумал, что обрёк другого человека на ужасные страдания в желании сохранить отряд в его прежнем виде и составе.
Шлюз открылся, и тонкий слой пара расстелился по полу, поначалу пряча Даичи в своих клубах. Парень стонал, его было слышно сквозь неплотно надетый шлем. Но он был живой, а рана на ноге перестала выглядеть смертельной. Кровь больше не шла, и даже слои мышечных волокон выглядели не так плохо. Кажется, сработало.
— Дайте ему воды. Шлюз забирает жидкость с поверхности всего, что оказывается внутри. — София снова заговорила, пряча взгляд. Но в этот раз она хотя бы повернулась в нам лицом.
Запах спирта добрался до ноздрей. Меня аж передёрнуло, глаза защипало. Представить не могу, что испытал Даичи, оказавшийся в самом центре дезинфицирующей коробки. Его кожа выглядела сморщенной, будто подвергшейся слабому ожогу. И невозможно смотреть на член бедолаги. Он сжался, лишившийся и тех немногих волосков, что были до обработки. Чувство вины подступило к горлу. Мы не спрашивали разрешения и силой запихнули парня в шлюз, не до конца понимая, зачем. Понадеялись на удачу, и в этот раз, вроде, нам это сошло с рук. Ну, по большей части.
Кайрат достал бутылку из принесённой упаковки, снял крышку и горлышком подставил к голове Даичи. Тот сам скинул шлем еле двигающимися руками. Мы словно подарили ему шанс вернуть немного гордости и уважения, позволив хотя бы это сделать самому. Даичи прильнул губами к бутылке и сделал несколько нервных глотков. Кайрат выдернул из его рта ёмкость и плотно закрыл.
— Ещё.
— Надо беречь.
— Гнида ебаная, дай ещё!
Даичи сжался в комок, выкрикнув оскорбления. Знаю, что Кайрат простил подобное только в этой экстренной ситуации. При любом другом случае он бы собственными руками вынул жизнь из наглого сослуживца. Новый командир сжалился над своим подчинённым и дал ему сделать ещё парочку глотков. Больше Даичи подобного себе не позволил и молча разлёгся на полу, одной рукой закрыв причинные места, а другой подперев висок. Он будто уснул, ну или же упал в обморок.
— Накройте его костюмом.
Дима накинул на Даичи его FA194. Юноша сразу засопел, видимо в болевом шоке провалившись в моментальный сон. Картина выпрыгивала из реальности, никак не верилось в происходящее. Я всё пялился на Даичи, мельком переводя взгляд на остальных. Никто не понимал, что делать дальше. У нас были приказы, а теперь они снова повисли где-то высоко, лишившись чёткости. Один из нас выбыл на какое-то время, и ощущение слабости проникло в сердце каждого. Глупо отрицать, что как бы ни были удачны небольшие моменты, сухой остаток оставался по-прежнему скверным. Если не сейчас, так позже подохнем. Надо бы брату написать, попрощаться.
— Дима, у тебя остались ещё твои пилюли? — Кайрат не глядя на моего друга спросил о ценных запасах.
— Да, но я дам только в случае нового нападения мух. Иначе этот придурок просто бесцельно будет скакать по рубке, а потом снова выключится. Толку от этого ноль.
 
Кайрат молча кивнул, отойдя в сторону к столу с микрофоном. Он гладил его по ножке, водя пальцем вокруг кнопки связи. Никаких сигнатур, Совет больше не пытался с нами связаться, оставив на наших плечах обязанность самим сообщить, удалось ли сохранить базу под флагом человечества.
— Это Кайрат Сычёв с базы «Омбра». Приём?
И тишина, еле уловимые помехи скрипят где-то на фоне. Вся злость из Кайрата вышла, и он в самом спокойном состоянии ждал, пока на том конце ответят. Не та ситуация, где можно тратить нервы попусту.
— Это Кайрат Сычёв с базы «Омбра». Мы отразили нападение Ингулов. Приём?
Мы переглядывались друг с другом, наш командир в холодном рассудке пытался доложиться Совету, всё ещё оставаясь проигнорированным. Безнадёга, вот именно то, что клокотало у меня в горле вместе со слабым сердцебиением. Я еле сглатывал слюну, боясь, что с нами больше никогда не свяжутся.
— Говорит Кайрат Сычёв с базы «Омбра». У нас раненый. Приём?
Правило третьего запроса не сработало. Нас не слышали или не хотели слышать. Расходный материал сообщал, что ещё жив — всего семь человек из десятков тысяч, так же умеющих держать автомат и отслеживать мух по датчикам умных устройств. Так к чему тратить энергию? Мне тошно и обидно.
— Говорит Кайрат Сычёв с базы «Омбра». У нас раненый. Каковы дальнейшие действия?
Знакомый писк. Он вгрызается тебе в дёсны и щекочет мочку уха. Пустота на линии и бесполезные попытки Кайрата получить хоть немного внимания со стороны верхушки. Наша гордость, наш Город, построенный предками, находится в нескольких сотнях километров от нас, но делает вид, что не замечает.
Кайрат отложил микрофон и всё в том же пугающем спокойствии подошёл к Софии, что-то прошептал ей на ухо, и та немного пришла в себя. Во мне взыграла ревность, но я отлично осознаю иррациональность этого чувства. Ситуация такая, что удержание себя в руках забирает необоснованно много сил, и если ещё могу стоять, то это уже непризнание поражения. Маленькая победа над ситуацией.
— Через час распределим провиант и перекусим.
Каждый кивнул головой, но не произнёс ни слова. Мы разошлись по углам прямо как в душевой после первых стрельбищ. Никакого зрительного контакта, никаких песен, каждый предоставлен только самому себе. И даже чувство, будто ты голый, прямо как на ладони, щебечет у затылка. Маленькая комната давит, слишком прижимает нас к друг другу, в эту секунду желающих скрыться ото всех во что бы то ни стало. Насильственное объединение.
Я устроился в теньке, положил рядом ПП. Тот уже перестал себя вести как генератор и совсем стих. Вместе с этим и непонятное успокоение нахлынуло на моё тело. Какой-то автоматический блок на осознание, что Пехота будет не сегодня и не завтра. Так должны пройти дня три, а то и четыре. Это ещё при благоприятных прогнозах. В худших случаях придётся поголодать пару дней. Я открыл СМАРТ, снова включил поиск Ингулов, но на минимальных мощностях. Заряд рюкзака остановился на восьмидесяти процентах. Неплохо, если учесть, что не у меня одного имеется подобное устройство.
Написал маме коротенькое письмо, само собой опустил огромное количество подробностей. «Привет, мам. Я на задании, пишу в перерыве. У меня всё отлично, справляюсь. Служба нравится. Вы там как?»
Отметка о прочтении появилась почти сразу. Я подумал, что уже брежу, но СМАРТ высветил, что собеседник набирает сообщение. Я задержал дыхание и так сидел, пока на СМАРТ не нарисовалось ответное письмо. Казалось, прошла вечность.
«Здравствуй, сыночек. Спасибо, что написал. У нас тоже всё хорошо. Сегодня с папой ездили на Верхний Уровень, там на рынке распродажа одежды. Она новая, просто старые модели. Папа взял себе куртку и новые ботинки, чтоб на работе таскаться. Мне купили пальто, а то по новостям сообщили, что скоро запустят симуляцию поздней осени Земли. Ты пиши иногда, будем ждать. Сами боимся беспокоить. Любим, целуем. Мама и папа»