Задача - выстоять (СИ)

— Врешь!
Силы почти кончились, мои потоки стали похожи на тончайшие нити. 
Я на миг прикрыл глаза. Эмоции немного успокоились и навалилась дикая усталость. 
Собрав по крупицам остатки магии, я махнул рукой, выпуская ментальное заклинание. 
— Говори. 
Взгляд командира остекленел, и из-зо рта вырвались рубленые фразы:
— Нас наняли Михеевы. Нужно похитить сына великого князя Владимира Кунцева. Его необходимо было взять живым. Доставить в заброшенное имение под Бийском. Запереть. Охранять. Ждать распоряжений. 
Я вздохнул и глянул на карету. Великий князь! Во что я ввязался? 
— Сейчас соберешь трупы в карету, поедешь в то имение. Там останешься ждать дальнейших распоряжений, забыв о том, что видел тут. 
Он кивнул, встал с колен, деловито подхватил ближайшего товарища по оружию за ногу, и начал подтаскивать его к карете. 
А я подошел к лежащему кучеру, влепил ему пару звонких пощечин и также внушил ему, что на них напали обычные разбойники, никто не пострадал, только забрали карету. Жертва моего воздействия послушно кивнула и встала на ноги. 
Когда я закончил, то осел на землю и невидящим взглядом уставился на черные деревья. Боль в ноге уже почти затихла, но я все равно боялся даже смотреть на рану.
Через минуту скрипнула дверца. Наружу высунулось бледное лицо Дмитрия. Он осторожно вышел, увидел меня и шумно выдохнул. Медленно подошел ко мне и едва слышно спросил: 
— Леша, это ты? 
— Я. 
— И все это ты?.. — он в ужасе озирался вокруг, глядя на застывшие тела.
— Я. 
— Спасибо, — пролепетал он, садясь рядом. 
Взглянул на него. До меня донеслись его эмоции — он до смерти меня боится. Пришлось успокоить его: 
— Я очень за тебя испугался. Рванул сразу, как увидел карету. Я не трону тебя, обещаю, великий князь. Ты мой друг. 
Дмитрий шумно выдохнул. 
— Пошли тогда? 
— Кучер придет в себя через минуты три или пять. Как раз успеем хоть немного отойти от... — у меня не нашлось слов, чтобы описать это место. 
Кунцев кивнул и помог мне подняться. Кучер поплелся позади нас.
***
Возле ворот нас встретил обеспокоенный Эдуард Львович. Его волосы были в беспорядке, куртка кое-как висела на плечах, а на шее криво болтался шарф. 
— Почему вы оказались за пределами территории академии? Мы вас везде ищем! 
Дима умоляюще глянул на меня, но в разговор вмешался кучер. 
— Доброго дня! На нас напали какие-то подозрительные личности. Отобрали карету. Нам с Дмитрием Владимировичем пришлось долго идти. По дороге мы встретили вашего ученика. Он проводил нас. 
Директор внимательно разглядывал нас, а потом заметил кровь на моих штанах. 
— В медблок! Живо! Оба!
— Я в порядке, упал просто, — попробовал возразить я. 
Как мне ему объяснить, что рана сама зажила? 
— Живо, — твердо сказал Эдуард Львович. 
И так посмотрел на меня, что разом пропало желание спорить. Пусть Алевтина Юрьевна лучше Диму осмотрит, он, кажется, до сих пор в шоке. 
Оставив кучера с другими учителями, мы пошли в медблок. 
Целительница оказалась на месте, но сильно занята — она лечила раненых бойцов, что попали под обманную атаку. 
Мы с Кунцевым присели в сторонке, и он тихо меня спросил:
— И какого это? Убивать?
— Мерзко, — выплюнул я и глянул на него. — А как в этой академии оказался сын великого князя? 
Дмитрий чуть побледнел и опустил голову. 
— Отец не хотел, чтобы все знали, кто я. Директору было сказано, что мне нужно научиться общаться с обычными людьми. Но я-то знаю, что он просто хотел сбагрить меня из дома туда, где меня никто не знает. 
— Почему? 
— Вся наша семья — земляные маги. А я... — он развел руками. — Отцу это не нравилось. Кто ж знал, что и тут меня могут найти. Выкрасть сына великого князя. Кому же такое в голову пришло-то?!
Последние слова он сопроводил ударом кулака по колену. 
— Дим, а почему ты сам не воздействовал на нападавших? 
Кунцев сжал зубы и часто заморгал. 
— Я не мог, — выдохнул он. — Не здесь об этом, ладно? 
Я кивнул, а затем взял его руку. 
 
— Все будет хорошо, Дим. 
В Кунцева потекла целительская и ментальная магия одновременно. Одна искала физические повреждения, другая — душевные. 
Мне оставалось лишь наблюдать, как розовеет лицо друга. Вскоре у него выровнялось дыхание. 
К нам подошел один из помощников Алевтины Юрьевны, пухлый парнишка с русыми вихрами, и строго на нас посмотрел. 
— Вам нужна помощь? 
— Нет, спасибо, — я встал и потянул за собой Кунцева, — нам уже помогли. 
Мы вышли из медблока. Кунцев уже был намного бодрее и сразу же потянул меня в столовую. Я был таким голодным, что съел бы и подошву от сапога! 
Определенно я хорошо постарался с лечением друга.
***
Мы сидели за общим столом и, я уплетал наваристый борщ с куском черного хлеба. Кунцев отдал предпочтение сладкой рисовой каше с фруктами. 
Вокруг нас было столько учеников, что разговор снова пришлось отложить. Да я и не против был. Слишком устал. Слишком хотел есть. Все — слишком. 
Лишь когда наши тарелки опустели, зашел директор и разрешил разойтись по комнатам. 
На улицах дежурили учителя. Они не давали возможность детям уйти дальше двора и жилых корпусов. 
Мне ужасно хотелось принять горячий душ и завалиться в кровать. Но на пороге появился Кунцев и команду “Спать” пришлось отложить. 
— Рассказывай, — махнул ему рукой на стул. 
Вместо ответа, он начал расстегивать рубашку. Я с сомнением покосился на него, но вдруг увидел на его груди странный знак — оплетенный лозой круг с закрытым глазом. Кое-где витиеватые линии были совсем тоненькие, словно вот-вот исчезнут.
— Что это? 
— Ограничитель силы. Какой-то знакомый отца наложил на меня это, после того как я воздействовал менталкой на мать. 
— И как от него избавиться? 
— Не знаю, — он застегнул пуговицы и взлохматил волосы. — Я все библиотеки облазил, чтобы узнать это. Но ничего не нашел. 
— Поэтому ты такой умный, да? 
— Что? — он удивленно уставился на меня и криво улыбнулся. — Нет, это я от природы такой. 
— Я заметил, что рисунок слегка нечеткий. Может, он со временем разрушается? 
Вместо ответа Кунцев сорвался с места и побежал к зеркалу, снова обнажив знак на груди. 
— А ты прав! — закричал он. — Действительно, линии стали тоньше. 
— Ты не замечал это раньше? 
— Я стараюсь вообще не смотреть на него. У меня в ванной даже зеркальце совсем крохотное. 
— Да, заметил. Подумал еще, как твоя большая голова туда помещается. 
В меня тут же полетел скомканный шарик из бумаги. Я усмехнулся, но потом сразу же стал серьезным. 
— Не знаю, что это за знак, но если он исчезает, то у тебя есть надежда, что ты вскоре сможешь пользоваться сильной нормально. 
Кунцев пожал плечами и снова вернулся за стол. А затем удивленно стал оглядывать комнату. 
— Леш, а что с тайником? Я его больше не чувствую. Вижу теперь только какой-то ком из силы. 
— До меня, наконец, дошло, как изолировать силу камня. 
Глаза Дмитрия тут же загорелись.
— Обмотал его ментальной силой, как вы поступаете с защитой от чужого воздействия. 
Брови друга приподнялись. Он снова глянул на дырку в стене, потом на меня, снова на стену. 
— Эту жуть сделал ты? — неверяще спросил он. 
— Жуть? — я нахмурился, внутри шевельнулся огонек гнева, но он очень быстро пропал. 
— Ну да, точно ты. Кто ж так работает с магией? Как мясник на скотобойне! Дай мне полчаса, я все поправлю. 
— Силы хватит? 
— Да я ж не заново переделывать буду, а поправлю только. 
Он сразу же принялся за дело. Я с любопытством следил за его действиями через магическое зрение. Кунцев аккуратно подцеплял мои нити и передвигал их. 
И ровно через полчаса я увидел результат работы ментального мага. Защита стала идеальной. Мне до такого еще учиться и учиться.