Задача - выстоять (СИ)

— Он сейчас в шоке и ничего не чувствует, потому что нервные окончания сожжены. И все силы организма направлены на лечение. Для начала нужно очистить его раны и проверить не задеты ли кости и сухожилия. Я это уже сделала. Ожог поверхностный, но очень большой. Магической силы самого Ванечки не хватает, чтобы регенерация пошла быстрее. Я ей помогаю. 
Поток магии в Семушкина усилился и начал расползаться по груди и руке. Я наклонился, наблюдая, как сила Алевтины Юрьевны вычищает кожу Ивана. 
— Это долгий процесс, — сказала она и закусила губу. 
Глянув на нее, я понял — она слабый маг. Поэтому водник здесь так долго находится! 
Спустя еще десять минут, целительница окончательно выдохлась. Она взяла с тумбочки влажную тряпку и аккуратно потерла край раны на груди. Я с изумлением увидел, что под черными хлопьями теперь была нежно-розовая чистая кожа. 
— Ну вот. Еще несколько таких сеансов и Ванечка будет, как новый. 
— Вы просто волшебница, — восхищенно сказал я. — А как вы находите, где нужно лечить? Или это профессиональный секрет?
— Лешенька, ну какие секреты! Этому учат во всех медицинских академиях. Тут же дело не в глупом заливании пациента силой! Нужна тонкая работа. Увидеть все крошечные сосудики, каждую мышцу, всю нервную систему и по порядку сращивать это. 
— То есть простого желания вылечить тут недостаточно? 
— Бывали случаи, — горько усмехнулась она, — когда на войне неопытные и пугливые студенты, видя жуткие раны, пугались и так поступали. Выглядело как работа мясника-безумца! Шрамы были с такими буграми, что приходилось срезать кожу и заново все наращивать. В экстренных случаях так можно сделать, к примеру, если помощь запаздывает, а человек истекает кровью. Но опять-таки для такого существуют и немагические приемы. Зажать, надавить, охладить. 
Я крепко задумался. Учиться всей этой медицине я не собирался — нет времени. Но как-то мне же понять эту целительную силу? 
— А если сам доктор пострадает? Как действует его магия тогда? 
— Хороший вопрос, — Алевтина Юрьевна тяжело опустилась на стул рядом с кроватью. — Даже если сила уже находится в теле, маг должен сам направить ее в нужное место и действовать все также аккуратно. При сломанной ноге мало срастить кости, нужно еще и осколки убрать да поврежденные мышцы соединить. А уж нервы! Неопытный целитель может так все напутать, что место не только может потерять чувствительность, но и наоборот! Дотронешься, а боль отстреливает куда-нибудь аж в руку. 
— Спасибо за науку. Вы правы, целительство — крайне сложная наука! 
— Конечно. Не забывай, что при такой способности, мы все равно руководствуемся опытом и знаниям. 
— Желаю вам поменьше работы, — попрощался я и отошел от кровати. 
— Постарайся уж ко мне не попадать, хорошо? — подмигнула она мне и снова принялась за лечение Ивана.
“А тогда, почему меня магия лечит сама?” — подумал я, выходя из медицинского блока.
  
Глава 12
 
Сколько бы я ни узнавал про магию от других людей, они все твердили, что на одном желании далеко не уедешь. Нужно знать заклинание, принципы работы с силой, да те же механизмы природы! Плюс только в типе способности. Он позволяет быстрее и экономнее использовать силу. 
Именно поэтому воднику тяжелее даются простые воздушные заклинания. И в этом главное отличие меня от остальных. А меня моя магия слушается. 
Я в одно мгновение формировал на руке несколько крошечных электрических шариков. Они ярко светились в полумраке коридора, то подпрыгивая, то зависая в воздухе. 
Моей же основной проблемой было незнание основ. Я просто не представлял, на что способен! Оценили мою силу только Лискин и Кругликов, когда ошарашенно смотрели на проделанную мной дырку в полу. 
Поступив в академию, я искренне надеялся, что мне про все это расскажут. Но поскольку у меня младший класс, нас учат только базовым, уже известным мне, вещам.
Придется все изучать самому. Но как? От этих размышлений меня оторвал Кунцев, непонятно откуда выскочивший. 
 
— Леш, я тут подумал, — нерешительно сказал он, — нам нужно серьезно поговорить. 
Ох, не люблю такие разговоры! Каждый раз, когда слышу эту фразу, ожидаю, что мне начнут выкручивать руки или втягивать в сомнительные дела. Но от Кунцева веяло таким букетом эмоций, что я, не моргнув глазом, согласился его выслушать. 
Мы вышли на улицу, но вместо жилого корпуса, Дмитрий повел меня в дальнюю беседку. 
— Тут никто нас не услышит. 
Очевидно, что разговор действительно будет серьезный. 
Снедаемый любопытством, я посильнее запахнул куртку от холодного ветра и присел на край деревянной лавки. 
— Излагай, — сказал я. 
Кунцев походил кругами, повздыхал и, наконец, открыл рот. 
— После вчерашнего я много думал. По тот артефакт, про отца своего, про магию... 
Я не торопил его, хоть мне и было безумно любопытно. 
— Короче, я хотел рассказать тебе о том, что нашел в архиве семейной библиотеки. Я рассказывал тебе уже, помнишь? 
Кивнув, я весь подобрался — он говорил про то, что обуздавший магию, сможет завладеть всем миром. И если захват этого самого мира меня не слишком интересовал, то вот как обуздать магию — весьма. 
— Так вот, в том свитке сказано, что раньше, полторы тысячи лет назад или даже больше, маги были универсальные. Ну, могли любой тип магии использовать. Что-то получалось лучше, что-то хуже, но оно не стоило таких усилий, как, например, сейчас. Потом случился какой-то выброс энергии, и количество потоков сильно уменьшилось, силы стало в разы меньше. Люди решили, что все сразу использовать стало слишком затратно, и бросились совершенствоваться в чем-то одном. Это и дошло до наших дней. Один маг — один тип способностей. 
Кунцев замолчал, смотря поверх деревьев. Ветер трепал его волосы, отчего те встали вокруг его головы черным ореолом.
— И вчера я задумался, а что если мы и сейчас можем в эту самую универсальность? Просто не понимаем, как этого достичь. 
— А в том свитке не указано, как маги прошлого это делали? 
Дмитрий повернул голову, впившись в меня взглядом, и произнес:
— Об этом я хотел спросить тебя. 
Ничем не выдавая свое волнение, я спросил:
— Давно ты знаешь? 
— Скорее догадался. Ты старательно прятал это. Вычислил буквально по косвенным признакам. 
— Расскажешь? — попросил я. 
— Да рассказывать обо не о чем. Меня смутило поведение парочки в приемной. Слишком быстро они ушли, да и со мной ты действовал очень аккуратно. Если бы ты не разрушил мою ментальную защиту, я бы не сообразил. 
— Я так за тебя испугался, что даже не обратил на нее внимание. 
— Вот! Не обратил! А она у меня получается лучше всего! Поэтому я и начал этот разговор. У тебя, получается, две силы? 
Я с минуту размышлял, сказать ему или нет, но потом все же решился. 
— Четыре. 
Лицо Кунцева сначала сильно вытянулось. Он неверяще смотрел на меня, а затем взлохматил волосы и упал на лавку напротив. 
— Какие? 
— Целительство и... — я нахмурился, — Дим, тут такое дело. Я прошу тебя никому не говорить о том, что я тебе сейчас скажу. 
— Могу клятву принести. Я такое могу. 
Я кивнул, и он вытянул руку.
— Обещаю хранить втайне то, что сейчас расскажет Алексей Вереховцев. 
На ладони появился магический знак, вспыхнул и тут же растаял. Я в первый раз видел, как это происходит. 
— У меня есть способности к темной магии, — выпалил я и с вызовом посмотрел на Кунцева.
Тот ошалело распахнул рот и закашлялся. 
— Что?! Как?! 
Он вскочил, снова закружил по беседке. От него пришла яркая волна эмоций. Недоверие, шок, страх. 
— Я не знаю, как это работает на самом деле, — я дернул плечом, отгораживаясь от его реакции, — но тут, наверное, нужно рассказать всю историю. Ритуал показал, что я полный ноль. Неодаренный. Вообще. Ни капли магии. Отец отправил меня сюда, так сказать, подальше от чужих глаз и позора. Сам знаешь, что про таких детей говорят. А потом на меня напал маг с электричеством. Через какое-то время оно появилось и у меня.