Рассвет для солнца (СИ)

— Или ты переходишь к основной части, или я тебя сама сейчас изнасилую, — прошептала Зина.
— Не получится, — тихо рассмеялся Хип. Он отстранился от нее.
— Это не честно! — возмутилась Зина.
— Секунду. Сама же сказала, что без резинки ты не трахаешься. Было дело? — открывая презерватив, сказал он.
— Грубо прозвучало, — выдохнула она, посмотрев на него.
— А тебе хочется нежности и ласки? — спросил он, возвращаясь к ней и проводя языком по верху груди. Она не удержалась от стона. Тело отказывалось ей принадлежать. Оно подчинялось его прикосновениям.
— Тебя хочу, — ответила Зина.
— Вижу, — входя в нее, сказал Хип. Голова закружилась. Она не успела дойти до разрядки. Все закончилось слишком быстро. Отголоски его разрядки дошли до нее, но этого было мало. Слишком давно у нее никого не было. Слишком сильно он завел ее, заставив желать большего. — Тихо. Вечер только начался.
— Я думала, что закончился. Но, признаюсь, ты умеешь удивлять.
— Потом расскажешь чем, — закрывая ей губы поцелуем. — Сейчас у нас другие дела.
Он ее просто зацеловал, заставляя теряться в ощущениях. Когда она уже думала, что сойдет с ума от бешеного желания, Зина почувствовала его. Разрядка. Острая, болезненная, приятная и желанная — она заставила прижаться к нему. Стать на миг единым целым.
— Больно? — спросил он.
— Нет. Хорошо. Все хорошо, — тихо ответила она, вновь оказываясь на грани падения и чувственной разрядки.
Зина лежала в кровати и не могла пошевелиться. Она чувствовала прохладу на разгоряченном теле. Каждая клеточка тела болела, но это было приятно, будто все старая энергия ушла, переполнив тело новой и приятной.
— Ты как? — протягивая ей стаканчик с мороженым, спросил Хип.
— Неплохо, — Зина посмотрела на Хипа. — Я уж думала, что у тебя проблемы по этой части. А у тебя тестостерон из ушей переть должен.
— Предпочитаю не размениваться на мелочи.
— Только серьезные отношения?
— Вроде того, — он лег рядом, довольно быстро расправляясь со своей порцией мороженого.
— С чего такие перемены? — спросила Зина. — Решил, что между нами все серьезно? Решил доказать?
— Первое, я это считал, когда к тебе переехал. Второе, ты еще не забыла тот случай, поэтому я не торопился. Третье, ты меня перестала злить.
— Хочешь сказать, что все это время я тебя злила?
— Довольно часто. А трахаться в таком состоянии, еще контроль потеряю, обижу тебя. Больно же тебе я делать не хочу. Как и доказывать, что ты не права.
— Хип, если я тебя так раздражаю, то какого хрена ты ко мне забрался в кровать? — Зина даже села.
— Это мне не мешает, как хотеть с тобой жить, так и целовать. Доела мороженое?
— Да. Но я тебя не понимаю.
— А не надо меня понимать. Я тебе не рецепт пирога, — он достал презерватив.
— Опять?
— И чего тебя смущает? Уж если дорвался, так надо развлечься по полной. Лично мне ощущения понравились.
— Сегодня решил не спать?
— Еще отоспимся. Ты ведь сама не против, — лаская ее грудь, сказал Хип.
— Не против.
— Тогда не будем спорить, — довольно сказал он.
— Не будем, — только и смогла повторить за ним Зина, чувствуя, как вновь начинает возвращаться голод…
  
Глава 12
 
Утро встретило ароматом кофе и сигарет. Холодом, что принес заглянувший в открытую форточку ветер, и Хипом.
— Доброе утро, — прошептала она, садясь в кровати. Почему-то под его оценивающим взглядом ей стало не по себе.
— Угу. Кофе?
— Не откажусь. Давно встал?
— А это важно?
— Как хочешь, — Зина пожала плечами. Отпила черный кофе, чувствуя, что начинает просыпаться. Выбравшись из кровати, она накинула рубашку и пошла умываться. Серый приветливо помахал ей хвостом. Диана еще спала. Часы показывали шесть утра. До подъема еще целый час. — Хип, тебе завтрак приготовить, или еще поваляемся?
— Я уже перекусил.
— У тебя сегодня настроение плохое?
— Нет, — ответил он. Затушил сигарету и залпом выпил кофе.
— Тогда чего грустишь?
— Ты иногда сама любишь погрустить.
— Но ты мне этого не даешь делать. Значит и я тебе не дам, — ответила Зина. Садясь рядом с ним и обнимая его. — Чего себя накручивать зря?
 
— Думаешь надо жить одним днем? — в свою очередь спросил Хип.
— А, ясно. Задумался о будущем, — она отстранилась. Закурила.
— Еще забыла добавить, что я предупреждала, — он покосился на нее.
— Чего ты из обыденных вещей делаешь трагедию? Под венец я тебя не тащу. Каждый день спрашивать о свадьбе не собираюсь. Чего ты так напрягся? Переспали и ладно. Получил каждый свое. Относись ты к жизни проще.
— Почему-то я так был уверен, что ты скажешь именно это.
— Чего ты от меня ждал, Хип? Что я к тебе на шею кинусь?
— Ничего я от тебя не ждал.
— Давай без этих обидок и выноса мозга. Есть, что сказать, так говори. Нет, так хватит делать вид, что тебя тут обидели. Это мне надо сидеть, надув губы, и ныть, а не тебе.
— У тебя какая причина? — не скрывая улыбки, спросил Хип.
— Надо найти? Сейчас найду, — в тон ему ответила Зина. Неожиданно она стала серьезной. — Ты определись, чего тебе от меня надо и какого ты ко мне в кровать лезешь. Если честно, то мне все равно, почему ты решил со мной переспать. Злить я тебя перестала или там у тебя в голове диски и колеса объединились, чтоб куда-то поехать, звезды сошлись или тестостерон из ушей полился — мне плевать. Это твои проблемы. Тебе в себе разбираться надо. Раньше надо было, чтоб понять для чего тебе все это нужно. Я меняться и прыгать перед тобой не буду. Могу поиграть, но не больше.
— И во что ты играешь?
— В семью. Мне это интересно. Ново и пока не надоело.
— А когда надоест, то что будет потом? — спросил он.
— Найдем новую игру, — ответила Зина.
— Значит для тебя все это игра?
— Вся жизнь — это игра. А правила игры выбираем мы. Я тебе правила озвучила с самого начала. Ты решил играть в свою игру. Пожалуйста, но это не значит, что я буду следовать твоим правилам.
— Почему? — спросил он. Серьезно так спросил.
— Зачем быть той, кем я не являюсь? Зачем обманывать тебя? Себя? Окружающих? Никогда не замечала за собой любви к театру. Это тебе нравится драмы.
— Вот не надо. Сама притворяешься…
— Кем? Кем я по-твоему притворяюсь? — спокойно спросила Зина. — Молчишь. Хип, это не любовь. Пойми. Влечение, желание, похоть в конце концов, но не любовь. Не надо путать эти понятия.
— Да с чего ты решила, что это так? Почему ты не хочешь понять, что могут быть и чувства? — он подошел к окну. Закрыл форточку.
— Так вижу. Нет, вначале показалось, что чувства были. Но это обман. Интерес, влечение, жалость друг к другу. Одинокие люди, которые понимают друг друга. Принимают такими какие есть. Без навязывания своих идеалов. Ты сейчас в таком возрасте, что лепи чего хочешь. И главное почему-то ты хочешь, чтоб тебя использовали вместо пластилина. Но я не собираюсь этого делать. Могу, но не буду. Хотя вначале руки чесались показать кем ты можешь быть. У тебя же были мысли сделать из меня свою принцессу. Фею, которую можно возвести на пьедестал и ей поклоняться. Но мне не нужно поклонение. Не нужен преданный щенок, который будет вертеться вокруг меня, виляя хвостом. В идеале, если я кого-то вижу рядом с собой, то это мужчина. Он уверен в себе и не боится принимать решения. И который не будет ждать от меня ответных признаний в любви после секса. И обижаться, когда услышит другое, — Зина допила кофе. — Так как я не хочу, чтоб ты лепил из меня принцессу, то я не буду из тебя лепить своего идеального мужчину. В своих эгоистических желаниях мы только больше жизнь запутаем. Потом будет разочарование и взаимные обиды. Люди не меняются, если сами этого не хотят. Если ты завтракать не будешь, то я готовлю только на Диану.
 
Она оставила его. Потом услышала, как он ушел не попрощавшись. Зина это проигнорировала. Спросонок она вначале и не поняла с чего весь сыр-бор. А причиной было глупое признание, которое она услышала от него, когда уже засыпала. Любовь. Да что он знает о любви? Зина горько усмехнулась. Дурак. Никогда раньше она не думала, что попадет в такую дурацкую ситуацию. Ладно, когда женщина в порыве чувств скажет после такой ночи. Но чтоб мужчина… Только Хип и не был обычным. Не походил на тех, с кем она привыкла иметь дело. И наступает на те же грабли, что когда-то наступала она. Тогда ей хорошо объяснили, что такое любовь и секс. И где ее место. От нее этой любви не хотели. Лишь хорошо проведенное время. Игрушка и не больше. Зина легко усвоила правила игры. Пока была молодость, она порхала и училась, понимая, что такое положение дел не вечно. Но любви не было. Были влюбленности с ее стороны, о которых она предпочитала молчать, симпатии, но не страстная любовь была лишь однажды. Вначале. В этом городе с парнем, который принимал ее воздыхания как должное, потому что считал, что ему все должны поклоняться.