Как перестать быть миллионером (СИ)

Чувство юмора у Игорька было специфическое, с отпечатком циничной профессии. Именно поэтому Валерии и нравилось иногда с ним поболтать — хитрый и скользкий жук умел за полчаса вернуть ее с небес на землю. Да и сам он против подобных встреч не возражал — заказов-то все равно с гулькин нос, уйма свободного времени. Нет, не настала еще пора расцвести на Руси институту частного сыска.
Если Валерию и интересовал расцвет каких-либо институтов, то явно совсем других. Увольнение ее просто морально уничтожило, но уже через пару дней она оклемалась и села составлять бизнес-план. Зачем подстраиваться под чужие правила, если у нее есть деньги придумать свои? Остановилась она на идее открыть исследовательскую лабораторию — мало прибыли, много дорогого оборудования, куча рабочих мест для таких же, как она. Бывшему одногруппнику, Ване Максимову, письмо отправила — вдруг и он захочет присоединиться к новому проекту? Хорошо Валерия разбиралась в геодезии, а никак не в бухгалтерии, но даже ей было понятно, что такое предприятие сможет едва-едва держаться на плаву, выполняя заказы строительных организаций или беря разработки по госзаказу. Но это было как раз то дело, на котором ее сердце успокоилось. В конце концов, а куда еще стоит тратить деньги, если не на обеспечение себя бесконечным счастьем? Пока проект был на стадии строительства, но уже сейчас Валерия в предоргазменном состоянии предвкушала, как будет собирать всех отшибленных геологов и геодезистов под одной крышей.
Штат помощников она распустила не сразу, но лишь потому, что ждала от них сведений — когда же Петровичи с Олесей вернутся. Но те сильно задержались. Видимо, понадобилось много времени справиться с потерей, или они вообще решили не возвращаться, раз здесь их ничего не держит. С ума сойти, как эта троица сплотилась — и даже Олеся как будто нашла своего принца на белом коне, который еще полжизни на коня будет зарабатывать.
Валерия снова переехала в старую квартиру. В роскоши и на большом пространстве жить в одиночку очень тоскливо. Иногда она забывалась и, хватая телефон, думала позвонить лучшей подруге, но потом одергивала себя. А ведь раньше она уважала Олесю как раз за недостатки той — в смысле, за их разницу, которая и делала их отношения полностью насыщенными. Особенно Валерии не будет хватать немного хамоватого подхода к жизни Олеси, когда она примется набирать штат.
Собираясь позвонить сама, она дождалась весточки, когда совсем ее не ждала.
— Привет, Лерка, — пробурчала недовольно трубка поздно вечером. — Ты это… извини, если что. И сама извинись, если не считаешь себя безупречным ангелом.
— Да я никогда себя им и не считала, Олесь, — ответила Валерия, а получилось отчего-то сдавленным тоном. — Где вы вообще? Как поживаете?
— Все там же, на Мальте, — Олеся говорила спокойно, почти равнодушно. — Всегда мечтала жить в таком месте, но вот пожила — и знаешь, проблем с таким климатом больше, чем преимуществ. Сюда на две недели прилетать надо, отдохнуть, а потом назад отвозить организм, привыкший существовать в холодных дребенях.
Валерия чуть натянуто рассмеялась. Они так усиленно изображали, будто все еще подруги, будто все еще могут обсуждать каждую мелочь, что настроение само по себе начало немного подниматься.
— Так возвращайся, — предложила она, постаравшись, чтобы не звучало как признание, что соскучилась. — Я все твои недостатки наперечет знаю, потому даже работенку тебе выделю — в отделе кадров. Церберов не просто так сажают у ворот, зато внутри офиса будет спокойнее.
— Ну спасибо за комплимент, — хмыкнула Олеся и тут же вернулась к своим мыслям: — Пока не могу приехать, не брошу тут Ярика. Его каждый день надо вдохновлять. Вот тогда он герой, тогда все может — свалился же хомут на мою шею. Инвестор хренов, которому извилины надо пальцами заворачивать, чтобы не выпрямлялись. Второй еще хуже — молчит постоянно, аж пугает, но у меня вдохновлялки на двоих не хватает. Увезти бы их отсюда, пока на жаре окончательно не проквасились. Но они не готовы уезжать. Будто жалеют о каждом дне долгой дороги сюда… Будто хотят отца обвинить в этом, а уже поздно кого-то обвинять. Я не знаю, Лерка, наверное, должно пройти время.
 
У Валерии больно сжалось в груди.
— Злятся на меня? — спросила, поскольку не могла не задать этот вопрос.
— Злятся, — признала Олеся. — Но на себя злятся больше — за то, что были слепыми. Что до всего этого довели.
Валерия покивала, будто телефонная собеседница могла ее видеть. Это здорово, когда есть враг, и очень-очень плохо, если злость направлена только на самого себя: себя-то не победишь и далеко не спрячешься. Действительно, просто требуется время.
— Ты это, Олесь, звони иногда, — у Валерии фраза практически вырвалась.
— Еще чего, — опомнилась Олеся. — У меня много подруг, лучше я им звонить буду!
Тоска Валерии в тот вечер не прошла, но стало как-то проще с ней смириться, потому что где-то там в будущем, когда нужное время пройдет, все заново станет совсем другим.
— Господи, как ты меня напугал! — закричала Валерия, распознав в силуэте знакомые черты и хватаясь за сердце. — Мирослав! Ты как здесь оказался?
Тот, как обычно, не выглядел виноватым — даже за то, что перепугал Валерию до смерти, вынырнув из знакомого палисадника, когда она возвращалась домой.
— В смысле как? — он решил продолжить череду идиотских вопросов. — Самолетом, такси, ногами. Это действительно самое важное, о чем ты хотела меня спросить?
Валерия уже успела отдышаться и даже немного обрадоваться, что все-таки вернулся. Но поощрять его улыбками нельзя, потому она усиленно сводила брови:
— Я вообще не планировала тебя ни о чем спрашивать. Но раз уж нарываешься, то поинтересуюсь — ты как?
— Работу ищу. Опять, — он сделал шаг к ней и взмахнул рукой. — Нет-нет, на этот раз не уволили, просто мои амбиции не вмещаются в старый отдел. Поговаривают, что ты целую индустрию георазведки открываешь. Есть вакансии?
Валерия усмехнулась:
— Ну, открываю. И что?
Мирослав снова шагнул в ее сторону и слегка наклонился.
— Меня возьми, — потребовал нагло. — Тебя отец умной называл, так докажи, что ты умная. Я в бизнесе хоть что-то понимаю, а твой потолок — общаться с лабораторными крысами. Уверен, от денег остается все меньше и меньше, а вывести прибыль в плюс в такой сфере выглядит настоящим чудом. Но есть я, обладающий списком возможных заказчиков. Делегируй полномочия — дай хоть шанс своему предприятию стать успешным. Тебя уже миллионершей не назовешь, но на отпуск заработать сумеем!
— О-о, понятно, — Валерия невольно рассмеялась. — Заодно и своего родственника-маркетолога пристроить хочешь?
— Ярика-то? Ни за что. В смысле, я его уже никакими печеньками в офис не заманю. Он, кстати, в биржевой торговле осваивается. Ты будешь смеяться, но в ближайшее время собирается заняться благотворительностью.
— Зачем? — удивилась Валерия.
— Схема сокращения налогов, представь себе, — Мирослав пожал плечами. — Так что можно сказать, что твои мечты сбываются, хотя и через предсказуемое место. Осталось пристроить меня — и увидеть все мои положительные черты.
Валерия всерьез об этом задумалась. На самом деле, кадровый вопрос стоял очень остро — она с самого начала чувствовала, что в одиночку подобное не потянет. А все ученые, бывшие студенты-отличники, писатели различных научных трудов, профессора, опытные специалисты и прочие одобренные ею коллеги в организации такого масштаба понимали еще меньше, чем сама Валерия. Тут ведь не только ум нужен, а больше изворотливость, бизнес-жилка и умение договариваться сразу с тысячей сторон. У Махалиных, похоже, это семейная черта.
 
— А приходи завтра на собеседование — я как раз до завтра подумаю, — она приняла самое мудрое решение.
— Отлично! — Мир сделал еще шажочек в ее сторону. — Тебе же обязательно надо знать, что перевоспитательный процесс прошел успешно. Я даже ничем не рисковал. Но предлагаю начать собеседовать меня прямо сейчас, по всем другим вопросам.