Как перестать быть миллионером (СИ)

— Заказывай-заказывай! — угрожающе произнес Яр и рявкнул в сторону: — Официант, будьте уже добры меня заметить!
Валерии оставалось наблюдать, как два этих странных человека наперебой называли количество довольно емких блюд — даже официант оторопел.
— Три!
— Тогда мне четыре!
Официант вкрадчиво предложил:
— Может, вам сразу горку заказать — в ней восемь видов закусок к пиву, шесть уровней, с лихвой хватит на всю компанию…
— Да, точно. Несите две этих ваших горки!
— Тогда мне три!
— А не лучше ли сразу по пять? — официант начал издеваться, решив, что издеваются над ним. — Размеров столика, правда, не хватит, но у нас приличное заведение — что-нибудь придумаем. Пиво сразу канистрами ставить? Просто боюсь, что цистерна в проем не въедет.
— Это что еще за обслуживание? — Ярослав отвлекся от спора и уставился на официанта — он, конечно, в таких дешевых заведениях никогда раньше не бывал, но все равно не мог представить настолько хамское обращение с клиентами. — Ваша задача записывать, а не ёрничать!
У официанта на лице не дрогнул ни один мускул, он ответил так же монотонно:
— Я не ёрничаю, просто предполагаю, что к вам присоединятся еще гости. Например, массовая делегация из голодающей страны или конвенция любителей чеснока, — он не дождался очередного гневного окрика, потому поспешил закончить: — В общем, я записал и все сделаю в наилучшем виде. Первая оптовая партия будет готова через полминуты, если на кухне поверят. Девушки, я правильно понимаю, что ваш заказ потом отдельно считать, или вы тоже участвуете в массовой благотворительности?
Он не ждал ответа и почти бегом улетел к кухне — наверное, испытывал потребность срочно прохохотаться.
Валерия однозначно уловила только одно — молодые люди каким-то образом почувствовали себя соперниками и начали соревноваться, кто на девушек произведет большее впечатление. До них не дошло, что оба здесь лишние. Хотя Олеся выглядела непривычно заторможенной, молчаливой… а без ее решения Лера не могла добавить наглости в свою просьбу. Вдруг лучшая подруга имеет виды на этого Ярослава? Получится очень некрасиво, если ему нагрубить. А вот Мирослава можно и выпроводить. Но Валерия с этим мешкала — уж больно возникшее напряжение обещало быть забавным. И она спонтанно добавила огонька:
— Я тоже обожаю их хрустящие гренки. Могу и двенадцать штук съесть за раз!
— Тогда я восемнадцать, Валерия Андреевна, — принял вызов Мир. — Я же вас килограммов на двадцать толще.
— Но я выше, — задумался Яр. — Потяну двадцать пять.
Все с ними понятно — придурки. И с математикой нелады — они даже не прикидывают, что только что заказали раз в семь больше, чем требуется деревне средних размеров. На этом дикую встречу можно считать завершенной, но вначале лучше все-таки выяснить, что у Олеси на уме — и почему она переводит взгляд с одного на другого и не может сосредоточиться.
— Пойду носик попудрю, — намекнула Лера. — Олесь, составишь компанию? С твоим носиком тоже разберемся.
— А… да.
Подруга медленно поднялась и пошла вслед за Валерией. Она и сама не понимала, что именно происходит. Ей не хватало миллиона пазлов для общей картины, но чем больше она наблюдала за парнями, тем ей сильнее мерещилось их сходство. Ярослав одет чуть солиднее, Мирослав чуть моднее. У Ярослава строгая деловая прическа, а у Мирослава по-молодежному высветлена челка. Брюнетов в мире хватает, сложно считать это безумным совпадением, но какие-то черты или повадки у них были будто одинаковыми. А когда она еще убедилась, что оба являются обладателями не такого уж частого светло-карего оттенка глаз, то совсем растерялась. Кажется, ее прежние встречи с каждым из них были лишь частью спланированной операции… И удивительно ли, что Валерия тоже знакома с обоими? Олеся так и не рассказала о двух позорных эпизодах своей подруге, но теперь, по всей видимости, наступила пора признаний. Тут такая интрига намечается, разгадать которую может только умняшка наподобие Лерки.
Парни, оставшись вдвоем, тут же склонились друг к другу и озлобленно зашептали.
 
— Ты понимаешь, что мы похожи на идиотов? — начал Мир. — В итоге ни один ничего не добьется!
Ярослав сложил руки на груди и тоже зашипел:
— Видишь ли, я же твой брат-близнец, как ты ляпнул, то есть не могу не знать, что тебе нельзя доверять. И да, мы ведем себя как клоуны. Но что поделать, если уступить дорогу нельзя?
— И что, мы это будем жрать? — Мир наблюдал, как два официанта несут первую горку и освобождают для нее место на столе.
— Будем, — со вздохом признал Ярослав. — У нас нет выбора: мы или клоуны с гастритом, или один должен довериться второму.
— Тебе купить билет на Мальту?
Яр лишь отмахнулся.
— Кстати, моя зарплата выше твоей, — вспомнил он. — Тебе денег-то хватит на эти свистопляски? — он указал взглядом на многоярусную конструкцию из закусок, которая обещала быть далеко не последней.
— У меня хватит, — заверил младший брат. — Я-то никогда не тратил все до копейки, потому и имею хоть какие-то запасы. Тебе самому-то хватит?
— У меня кредитная линия пока открыта, — очень нехотя признался Яр.
— Как и у меня, — тяжело вздохнул Мир.
Они оба понимали, что это тупик. Они здесь даже не для того, чтобы очаровать Валерию, а больше помешать второму очаровать ее. И с последним справляются успешно — это их единственное пока достижение. Таким образом Лера скоро даже разговаривать с ними не будет, посчитав сумасшедшими. Но они оказались в таком затыке, что даже возможность не дать выиграть другому — уже своеобразная победа. До чего они докатились: пусть мне будет плохо, лишь бы конкуренту было еще хуже.
Мир смирился:
— Нам нужен компромисс. Просто заключить пакт, иначе денег нам не видать. Ты нашел общий язык с Олесей — развивай эту тему, она реально может помочь. У меня установилось хоть какое-то взаимодействие с Лерой…
— Которую ты все еще называешь Валерией Андреевной, — усмехнулся старший.
— Да какая разница? Будем честны — к такой девице в близкий круг пробиться очень сложно. Но при моем опыте есть хоть один шанс на восемь миллионов!
Ярослав вздохнул, признавая:
— Может, и так. Но ты сразу ставишь себя ближе к главной цели. И я тебе не доверяю.
— К главной цели? — Мирослав даже рассмеялся. — Очнись! Намного больше шансов что-то выведать у ее болтливой подруги! Мы ведь вообще ничего не знаем — может, Лера уже давно спустила деньги, а мы бьемся за несуществующий приз. У нас с тобой нет ни единого источника информации. А Олеся при правильном подходе как раз и может им стать.
— Тоже верно. Но куда она могла бы слить такую сумму? На благотворительность? Что-то очень сомневаюсь — я пытался подкинуть ей идей.
— Да куда угодно! Хоть на развитие своего любимого института — она же на всю голову геодезией отбитая. Нам нужно перемирие хотя бы для того, чтобы не пить друг другу кровь из-за пустоты.
— Согласен, — Ярослав нехотя кивнул. — Временное перемирие нам необходимо. Я все равно не смогу это жрать.
— Сможешь, — Мир потянулся за самой крупной гренкой. — Клоунаду надо как-то закончить.
* * *
Олеся была готова признаться хотя бы в самом основном, но не совсем оценила, что подруга всегда смотрела на мир иначе:
— Какие наглецы! — начала Лера ругаться перед зеркалом в женском туалете. — Самовлюбленные, невоспитанные и непредсказуемые! Я про таких избалованных парней раньше только в книгах читала — и оказалось, что образы еще и преуменьшают. Одному консультацию подавай — и плевать, что у меня выходной! Вынь да положи, ты же обслуга — всего лишь какой-то преподаватель. Другой решил, что раз хватило денег на стильный костюм, то может изображать из себя психа? Нет, ты видела?
 
— Видела, — аккуратно согласилась Олеся, продумывая следующее предложение.
Продолжить она не успела, Валерию несло:
— Да это просто смешно! Избалованные перцы будто ожидают, что все вокруг должны штабелями от восторга складываться. Им невдомек, что ни одна уважающая себя девушка на таких не посмотрит!