Тот самый сантехник 10 (СИ)

— Ну… где-то тут был.
Оба разбрелись по участку, то в автомобиль внедорожного типа заглядывая, то в дом возвращаясь, то под кунгом просмотрев всё досконально. Нет нигде Вишенки. Даже за контейнером со строительными материалами заглядывали и на катер забраться пытались.
На всякий случай в строение номер один заглянули. Стасян даже в «очко» покричал до верного. Провалился, может, человек? С кем не бывает? Но следов Вишенки деревенский сортир не подавал. Зато полковник был обнаружен в душе. В трусах в горошек и со множественными следами комариных укусов по всей поверхности тела.
  
Боря сразу понял, что меньше всего российский офицер в сложной ситуации думает о себе. Потому как открыв мутный глаз, полковник почесался и сразу спросил о самом главном, минуя область второстепенного:
— Ну что? Кто? Мальчик или девочка?
— Так мальчик, и девочка, — улыбнулся Глобальный. — Ульяна и Степан.
— Хорошие имена, — тут же поднялся Вишенка и добавил на полном серьёзе. — Крёстным буду. Ты не против?
— Не против, — только шире улыбнулся отец. — Ты и Стасян. Вы же оба по жизни… победители. Идём, чая попьём. Я там тортик взял. Со сгущёнкой.
— Тортик — это хорошо… сладкого хочется, — признался Вишенка и они пошли к кунгу с полотенцем через одно плечо и формой через другое.
Но не дошли. Телефон зазвонил у Бори, а на дисплее «Дуня».
— Привет, сеструха. Поздравить меня звонишь? — беззаботно ответил Боря в хорошем настроение.
— Поздравить? С чем? — не поняла сестра, которой уведомления из роддома почему-то по телефону не приходили и Госуслуги не докладывали.
— Так дети родились у меня. Мальчик и девочка, — поделился Боря.
— Да? О, тогда поздравляю! — ответил сеструха и честно призналась. — Но я не за этим.
— А что, Лёху потеряла? — чуть скис младший брат, но тут же включился режим давно приобретённой защиты от родственников, которых не выбирают. Но жить с ними приходится. А вместе с той жизнью иммунитет на желчь вырабатывается, который можно хоть по банкам фасовать с надписью на этикетке «Желчь родственная, от производителей».
— И не за этим, — даже удивила сестра. — Работает там у тебя и пусть работает. Я тут сама курсы закончила и ноготочки стала делать. Уже больше этого компьютерщика доморощенного зарабатываю. Пашке на памперсы хватает, не переживай.
— Да я и не переживаю, папу твоего до ума довожу только следом. Он же тебе на квартиру собирался заработать. Ну вот… идёт процесс! — хмыкнул Боря, глядя на ногу, торчащую из кунга, где Болеславу очень полено приглянулось, что с весны валялось, но мальчика из него выточить никто так и не решился.
— Идёт и пусть идет. Главное, чтобы не сворачивал. А тебе тут бумаги пришли. По почте… Обычной, — наконец, донесла сестра. — Из налоговой тебе пишут, брательник. Просят явиться в налоговый орган для выяснения. А ты же у нас до сих пор прописан. Вот и прислали, где нашли.
— А на Госуслуги чего не прислали? — засомневался Глобальный.
— Боря, я не знаю, — ответила сестра, шурша бумагой. — Но тут номер есть. Тебе прислать? Сам им и позвонишь, разузнаешь всё.
— Присылай, ага. Спасибо, — ответил Боря и отключил связь.
Внутри как холодок прошёл по телу. Налоговая!
Чего хотят? Зачем пишут?
«Известно, чего», — тут же донёс внутренний голос зловеще.
Да, он только почти полгода как с самозанятого на индивидуального предпринимателя перешёл. А на руках уже четыре автомобиля, включая Битин джип, свой честно заработанный микроавтобус, легковушку Егора и «буханку», которую на СВО хотел отправить, но на себя оформил. А по факту на него ещё прицеп оформлен. И легковушка Ромина, которую отец брату собирался подарить, но пока всё по бумагам на нём числится. И это только то, что касается транспорта. А если за недвижимость спросят? А с этим уже сложнее. Только один гараж ему отец подарил, а второй, Антоновский, через него прошёл. А квартир на нём сколько? Пальцев рук не хватит. Но можно попробовать посчитать: «мамина» квартира, Лесина квартира, Степаныча, которую Новокуровой обещал, потому и стала Глобальной, а рядом с той — Хруща квартира бывшая, да на себя Стасяна и две квартиры на первом этаже в сталинке оформил его братьям как риелтор, пока ремонт делают, а как приедут — отдаст с ключами в руки и всеми бумагами по продаже. Но налоговая-то не знает! А ещё двенадцать участков на нём, и это только в Глобальном посёлке, а ещё с дюжину вдоль забора посёлка Жёлтого золота — и тоже на нём. Ну а дальше по мелочи: пошивочная мастерская в центре города, как офис для Раисы, бомбоубежище под звукозаписывающую студию его, да ресторан Глобальный жор на нём, опять же.
«Аглая же тогда как сказала? На ней и так куча недвижки висит, а ты — чистый», — добавил внутренний голос и музыку из новостного расследования выдал фоном, чтобы мурашки по телу прошлись и сердце тревожнее билось. А как задумал об этом Боря как следует, так тут же добавила: «А деньги ты где на всё это взял, а? Риелтор недоделанный!»
Оставив мужиков в кунге, Боря тут же к личному автомобилю вернулся, который теперь очевидно, в болоте утопить надо. Так как не может честный человек на таком ездить. А как наскоро всю недвижимость и подучётную налоговому органу землю и автомобили на листике расписал для себя, так и присвистнул. Выходило, что с осени больше чем на тридцать пять миллионов приобрёл всякого. Года не прошло по возвращению с армии, как миллионером стал. Но официально как сантехник только три месяца проработал. Плюс по договору с Вишенкой ещё полгода вип-сантехником на обслуживании Жёлтого золота числился. Плюс закрытые сделки, как проценты от риэлтерских услуг. Но в сумме это даст не больше десяти миллионов всё. Ещё миллионов пять-семь как последние доходы от ресторана, звукозаписывающей, авторских отчисления, прибыль от магазина для взрослых и чёрт с ними, даже гонорар для фильмов для взрослых в актив возьмёт для отчётности. Вот семнадцать миллионов и получится. Но где ещё семнадцать взять, которые от золота получил? Как за них отчитаться? Половина доходов — теневых выходит, а то и вовсе в чёрную.
Не помня себя, Боря тут же за роль сел и никому ничего не объясняя, к Зое Ивановне погнал. Она бывалый бухгалтер, концы в воду прятать умеет. Кому, как не ей рассказать ему, горемычному, как люди бизнесменами становятся, если речь не только о постели?
Ужинал он уже среди семьи Дедовых. Степаныч с заметным трудом помалкивал и над мясом, запечённым в рукаве у духовки суетился, пока Зоя на бумаги как гипнотизёр на бабку внушаемую смотрел, да обеспеченную. Первый совет от неё ещё не глядя на бумаги прилетел. На женщин своих часть активов переписать. И всё, кому что обещал — раздать скоро. Сам, мол, только микроавтобус и имеет, да дом строящийся. На такое заработать — можно. Ну а что женщины его вдруг активами обзавелись, так кто с тех спросит, кому материнский капитал положен? Ясно же дело, что государство обеспечило. Только предварительно, а не потом.
Но изучив всё досконально и неторопливо, Зоя второй вариант предложила:
— Слушай, да не паникуй ты так. У тебя ещё первый подотчётный год не завершился. К декабрю я сама тебе декларацию подам. Там всё в ноль и сведём. Заодно и свою фирму подключу, акты на работу в офисе моём и прочие подключим. Типа нам ремонт делала твоя бригада и услуги оказывала. Я так часть и своих трат спишу. Инвесторы оценят. Бумаги компании подрастут. А это новая капитализация. Тебе процент с такого полагается. Но всё это будет потом, а сейчас предлагаю тебе делом заняться.
— Я же всегда готов… что делать надо? — тут же подскочил Боря.
  
И судя по многообещающему взгляду бывшего главного бухгалтера Похлёбкиной, теперь предстояло ещё больше вертеться, чтобы активы не потерять, а преумножить.
— У нас же в городе управляющая компания разорилась. А вторая всё не вытягивает. А на весь город одной работать не положено. Тут уже антимонопольная служба подключается и в оборот берёт. Должна быть хотя бы видимость конкуренции.