И друг может предать (СИ)

Когда Алекс резко притянул к себе, одной рукой удерживая затылок, ожидая моего сопротивления, а второй обхватывая талию, моё тело начало жаждать лишь одного — того, что так хотел от меня и Алекс. Точнее, его физическая сторона. Поцелуи парня были жадными, резким, будто он задыхался, а лишь я могла ему помочь. Рука, держащая за талию, пошла по бедру, а я, сдавленно охнув, поняла, что он, сломав свою волю, доломал и мою — желание взяло верх. Теперь и я хотела его. Хотела, чтобы яростные поцелуи накрывали меня, чтобы он прижимал меня сильнее к себе, чтобы начал уже делать то, что должен.
— Прости, Яра, — на мгновение оторвавшись от моих губ, виновато произнёс он. — Оно оказалось сильнее меня.
— Увы, видимо меня тоже, — парень взглянул на меня таким взглядом, что сразу стало понятно — этой фразой я признала своё поражение, протянула белый флаг. Рука парня опустилась на грудь, сдавливая, сминая, от чего из горла вырвался громкий стон. В другое время, я бы испугалась, что прислуга могла услышать, но не сейчас.
Пальцы проворно начали расстегивать рубашку на парне, а я почувствовала, как с меня, не особо заботясь о состоянии одежды, грубо пытаются содрать мягкий синий шифон. Удивительно, но ткань выстояла. А я меж тем справилась с пуговичками и, на удивление, робко дотронулась до груди этого мужчины, поскольку парнем я бы его назвать сейчас не смогла при всём желании. Он вздрогнул от моего прикосновения, а когда рука неосознанно пошла вниз по напряженным мышцам — шумно выдохнул.
В этот момент парень, до этого целующий лицо, шею и декольте — словом, всё, до чего смог дотянуться, не мешая исследовать его, внезапно переместил руки вниз и, схватив за бедра, резко подхватил, сажая на рядом стоящий стол.
— Алекс, — выдохнула внезапно, потому что в этот момент он оставил на моей шее очередной засос, не заботясь о последствиях.
— Что? — он взглянул в мои глаза, в это же время скользя руками по ногам, приподнимая лёгкий подол платья. — Ты возбуждена не меньше, поверь мне, внешне ты вся молишь, чтобы я наконец уже помог тебе, доставил удовлетворение, так думай уже потом о том, какой ужас совершила.
Самое страшное, что он был прав — все угрызения совести и ужас от того, что произойдёт, ушли на второй план, мне просто хотелось, чтобы он уже вошёл в меня. Как будто чувствуя эти мысли, парень наконец задрал до конца платье, сильнее раздвигая ноги, коленками которых сжимала его бёдра — я даже не обратила внимание, когда успела сделать это.
Пряжка ремня, как всегда бывает в важный момент, резко решила не поддаваться, от чего парень злобно шипел, но снять без этого штаны не смог бы.
— Давай уже, — стало внезапно холодно и даже страшно. Я доверчиво, но как-то отрешённо уперлась лбом в плечо парня, и, хоть он стоял не вплотную, попыталась прижаться к нему грудью, в надежде хоть немного согреться. Тем временем, он, наконец, разделался с ненужным предметом гардероба, а я прикрыла глаза и взмолилась, чтобы боль была не такой сильной, как представлялась.
— Ого! — в последний момент нас прервал Сат, который появился из неоткуда, держа в руках набор баночек и скляночек. — Всё же я вам помешал… — парень был обескуражен и шокирован.
— Нет, стой! — внезапной волной помутнение спало, и, толкнув Алекса в грудь, заставляя попятиться, я резко соскочила со стола, подлетая к властителю Ада, с надеждой протягивая руку. Парень, сосредоточенно глядя мне в лицо, протянул одну из бутылочек, пытаясь не смотреть ниже, за что я ему была безумно благодарна. Варево оказывается нестерпимо горьким, оно жжёт горло, но туман безумия наконец отступает.
— Это лекарство, — отдаёт он такой же бутылёк Алексу. — А в баночке противоядие, его нужно принимать три раза с интервалами около получаса.
— Спасибо, Сат, — поднимаю на него глаза и тут же будто лечу в ледяную воду.
— Не стоит, — его голос слишком спокоен, он смотрит на нас, как на какую-то прислугу, не заслуживающую внимания. — Удачи, — и растворяется в воздухе. В моём горле застывает горький всхлип, а затем приходит и осознание — я бы тоже после такой картины так себя вела с теми, кто обещал выстоять против соблазна. А мы не смогли, сломались, и если бы не Сат, так бы и завершили наше приключение.
 
— Яра, что ты, в самом деле, он лишь бушует, застав свою любимую в шаге от измены с другим. Остынет, и ты с ним поговоришь, — выпив часть жидкости, попытался успокоить Алекс.
— Любимую? — посмотрела я на него с горечью. Конечно, мне хотелось, чтобы хоть кому-то я была нужна просто так, не из-за пользы или помощи, а за любимые черты лица, цвет глаз, умение говорить глупости или за что там любят, но с Сатом это было бы как минимум безнадежно — зачем ему я, какая-то глупая ведьма. — Он — властелин Ада, а я всего лишь обычная ведьма, почти попавшая в рабство самоуверенного принца, выполняющая все его прихоти. Что может быть между нами? — подняла на рыжего взгляд, желая увидеть, как он в очередной раз злорадствует мне. Но, увы…
— С чего ты это взяла? — он присел на край стола, куда ещё недавно сажал и меня, рубашка до сих пор была расстегнута, а рукава он успел как-то непостижимо быстро закатать, и ворошил волосы на голове, видимо, чувствуя себя неловко. — Он так бесился, что совершенно точно что-то к тебе чувствует.
— Бред, — фыркнула, некстати вспомнила момент у костра. — Он может быть таким же лицемером, как и ты. Ты тоже можешь быть разным: милым, добрым, смешным, романтичным, жестоким, мерзким, эгоистичным. Иногда я даже затрудняюсь ответить, какой же ты на самом деле, о чём думаешь, не очередная ли маска на тебе!
— Но злоба у него была вполне отчётливая, — заверил он меня. — Уж поверь, не лезь к нему сейчас, дай время успокоиться. Я думаю, он не дурак и поймёт, что всё это из-за цветочков, не более того.
— Хоть бы, — буркнула под нос, уже сотый раз проклиная себя, что согласилась помогать принцу. В конечном итоге оно всё вон во что вылилось.
«А с чего ему так беситься?» — внезапно появилась мысль в голове. Знает он меня не так и много, виделись мы лишь пару раз. С чего такие чувства ко мне, если вдруг Алекс прав? На бескорыстие похоже, но возможно, есть что-то глубже. Надо подумать об этом позже.
— Милый кабинет, почему я его не видела? — меж тем покрутила головой по сторонам, выхватывая тона комнаты, где всё было мягкого светло-серого цвета, а мебель деревянная.
— Когда ты могла? — фыркнул, на удивление, с тёплой улыбкой. — Твой ревнивец доставил нас во дворец. В столицу.
— Чего? — поражённо выдохнула я. — Отсюда возвратиться домой нам с тобой будет проблематично.
— А зачем нам возвращаться? Противоядие нужно здесь. Всё равно я туда больше не вернусь, а ты мне клялась, — он хитро взглянул, от чего меня дёрнуло, я не представляла глубины фантазии этого больного ублюдка, пусть он ещё ничего такого, кроме недавнего происшествия, не позволял себе.
— Ну, допустим, — кивнула я, отгоняя все негативные мысли, связанные с Сатом. Мне нужно успокоиться и подумать о его странном поведении через пару дней, когда все эмоции схлынут. — Но как ты меня здесь представишь? «Приветствую всех моих подчинённых, это Ярослава — она на месяц моя личная ведьма, всем любить и жаловать» — так? Сомневаюсь, что все будут кланяться и на шею бриллианты кидать. А вот верёвку с виселицы могут, я не сомневаюсь.
— Зачем так радикально? Мать моя тебя видела, ей я скажу, что ты помогла мне с противоядием, с этим вопросов не будет, она позволит остаться. А чтоб другие не лезли, будешь моей очередной любовницей. Слуги привычные, такое им принять проще, чем если бы ты была какой-нибудь гостьей, они бы стали наводить справки и сочинять слухи.
 
— М-да уж, Алекс, а можно какую-нибудь должность? К примеру, лекарка, что приехала проследить, как подействует зелье?
— Неплохая идея, но есть тут придворный лекарь — Гейл, если он начнёт с тобой общаться, сразу выявит некомпетентность.
— Почему же? Травы я знаю неплохо, из-за рода свой ведьмовской деятельности, а всё остальное… Живу же в захолустье, что с меня взять, не слышала о новых технологиях, которые внезапно начали развиваться, — и ведь почти не солгала — к нам доходило медленнее научное развитие чем в столице, хотя на тёмных землях уже во всю магия соседствовала с технологиями, но пользовались ими в большинстве эльфы и вампиры. Остальные доверяли магии. Как и люди — они ещё не могли смириться, что происходит что-то новое и невероятное. Хотя прорыв в одежде пришёлся по душе всем — молнии, лёгкие материалы, более удобная одежда, штаны для женщин, в конце концов, всё это было очень кстати.