Зубных дел мастер (СИ)
— А я продвинутый системник, последней разработки, — сказал невидимый собеседник. — С искусственным интеллектом. Меня поставили на бот, определив задачу любым путем спасти его хозяина. И в том числе означенным путем.
— Чтобы извлечь имплант, понадобится медицинский робот.
— На боте есть «Скам эм шестнадцать».
От неожиданности Кир присвистнул. Последняя модификация — с такими он даже не работал. Заботился покойный адмирал о бренном теле.
— Ну, хорошо, достали мы имплант, а дальше? Как переправить робот на планету, найти там донора и сделать пересадку?
— Имеется разведывательный дрон в спускаемом аппарате. Он и доставит робота, и выберет объект.
— Что, вправду?
— Я не умею лгать.
— Прости, — невольно повинился Кир, поймав себя на этой странности — перед системником не извиняются. — Но я хотел бы осмотреть дрон и медицинский робот.
— Получен доступ к технике.
Чуть в стороне от ложемента сдвинулась панель. В открывшейся немалой нише обнаружились спускаемый аппарат и робот в кофре из блестящего металла. В последующий час Кир занимался техникой: тестировал систему и проверял настройки. «Скам» впечатлял: компактный двигатель на изотопах — считай, почти что вечный, продвинутый системник, огромный выбор функций. Любая операция, включая пересадку органов, набор лекарств на первый случай. Овальный корпус на шести ногах-манипуляторах, при этом сам прибор компактный, легкий. В карман, конечно, не положишь, но в небольшую сумку — запросто. И управление дистанционное — через имплант. Не нужно открывать меню на корпусе и отдавать команду голосом. Для эксперимента Кир приказал извлечь его имплант, и робот, выдвинув манипуляторы, метнулся к голове — едва успел остановить.
Дрон походил на птицу с крыльями из композитного материала. Размах их больше, чем расставленные в стороны руки Кира, но при необходимости дрон складывает крылья, передвигаясь как ракета. Опять же изотопный двигатель, но дрон мог отключать питание реактора, используя для передвижения энергию от фотоэлементов. Для этого поверхность крыльев покрывала ячеистая сетка. Имелось маскировочное поле, объемный грузовой отсек… Покойный адмирал предусмотрел, казалось все, но это не спасло его пушек крейсера Империи.
— Согласен с вариантом, — ответил Кир системнику, определив осмотренную технику на положенное ей место. — С чего начнем?
— С изучения планеты, — ответил этот. — Устройство, общество, языки, политика и экономика. Первичных сведений мало для адаптации. Собранную мной и структурированную информацию я буду загружать в имплант. Вы изучаете и корректируете.
— Приступим, — Кир кивнул.
Последующие дни прошли однообразно. Он осваивал представленную информацию и задавал вопросы. Как оказалось, на планете с самоназванием Земля имелось два противостоящих блока государств. Один был во главе с страной с названием в виде аббревиатуры США, другой — с похожей, СССР.США походили на Республику — власть толстосумов, замаскированная под демократические процедуры, а СССР напоминал Империю, но без монарха, зато с диктатом единственной партии. Ее глава и управлял страной вкупе с ближайшим окружением. Все в СССР принадлежало государству, но одновременно, лишая граждан предпринимательской инициативы, им предоставляли социальные гарантии — бесплатное образование, медицину, жилье, работу. Кир выбрал СССР — здесь легче будет адаптироваться. К тому же ему нравилась Империя. Там тоже были социальные гарантии, причем, для всех без исключения. Бесплатное образование и медицина… В Республике ты будешь подыхать на улице — и тебя лечить никто не станет, если нет страховки или достаточной суммы на счету. Подъедет скорая, врач снимет данные импланта — и до свидания… Еще в Империи любили свою армию и флот. Военных очень уважали, им хорошо платили, заботились о вышедших в отставку. Кир мог там жить: когда сидел в плену, ему предлагали остаться. В Империи ценили медиков и инженеров, а он владел обеими профессиями. Тогда он отказался — в Республике его ждала семья, ну, Кир так думал. Вернулся по обмену. И оказалось, что жена ушла к более обеспеченному, детей они не завели, и он остался одиноким — в стране, которую терпеть не мог…
Аборигены голубой планеты с самоназванием Земля говорили на сотнях языков. Нет, их, конечно, можно было закачать в имплант, но системник предложил остановиться на самых популярных, используемых миллионами людей. Сам по себе язык в импланте не означает, что ты на нем заговоришь, едва услышав собеседника. Текст прочитаешь и поймешь, но осваивать произношение придется долго — для речевого аппарата непривычно.
Через декаду Кир закончил с первичным блоком знаний. Остальное, если с пересадкой все получится, он доберет в процессе выживания. С системником связь сохранится, транслируемая через дрон. А если не получится, тогда и жаловаться некому.
Еда с водой закончились, и Кир дал команду роботу извлечь имплант — ждать далее бессмысленно. «Скам» справился легко: вскрыл череп и достал из мозга капсулу. Проделал это быстро и без боли, закрыв гель-пластырем образовавшуюся рану. Кир загрузил «Скам» в отсек разведывательного дрона, а тот — в спускаемый аппарат. Бот находился на рассчитанной орбите — системник позаботился, и капсула спускаемого аппарата стартовала к голубой планете. А через несколько часов пришел доклад от дрона: благополучно приземлился в глухом лесу, аборигенами не обнаружен. Спускаемый аппарат утоплен в большом болоте, которых в этой местности довольно много. Дрон начинает поиск донора.
Кир, выслушав доклад, достал каньяс и, откупорив дорогой напиток, пристроился на ложементе.
— Когда усну, все сделаешь, — велел системнику.
— Понял, — ответил искусственный интеллект.
Прихлебывая из бутылки, Кир вспоминал законченную жизнь, по крайней мере, эту. Он рос в детдоме, отданный туда родителями, у которых не хватало денег, чтоб прокормить ребенка. Там обнаружили у мальчика способности к наукам. Республике нужны были военные — дешевые, но знающие. Их подбирали из таких сирот. Приготовительный корпус и военное училище, чин медика-стажера… Тогда еще не инженера. В ту пору их учили оперировать руками, хирурги-роботы пришли на смену много позже. Кир научился ими управлять и программировать устройства, нередко ремонтировал капризные пока еще машины. Их совершенствовали, но поначалу на военных кораблях его коллеги порою отключали роботы и брали в руки лучевые скальпели. Потом наладилось…
Что было дальше? Служил, участвовал в конфликтах — Республика почти все время с кем-то воевала, завел друзей, которых скоро потерял — погибли парни. Чинов больших не выслужил, поскольку не прогибался перед начальством, держался независимо. Не подличал, не доносил, поэтому не получал наград. Его терпели, поскольку заменить было довольно трудно. И выперли на пенсию по истечении пятидесяти лет службы.
Внезапно Кир подумал, что кончить жизнь — вот так, в забвении от недоступного ему в прежние годы элитного каньяса, совсем не плохо. На Агорне бы не получилось — ему бы не хватило средств купить такой напиток. А здесь — пожалуйста… Спасибо адмиралу, чтоб ему икалось в преисподней. Дерьмо был человек, но Киру жизнь продлил и позволил уйти в небытие приятно.
Допив бутылку, Кир не заметил, как уснул. И тут же щелкнули замки, открылась крыша бота. Остатки атмосферы вылетели в космос, ворвавшийся внутрь холод убил агорнца в один миг и заморозил его тело. Бот дернулся вперед, труп выплыл из кабины, став спутником Земли. Со временем он, увлеченный гравитацией, войдет в слой атмосферы, где и сгорит подобно метеору. Кир, медик-инженер второго ранга, офицер Республики, исчезнет навсегда.
Освободив кабину, бот захлопнул крышу и, пшикнув двигателями, стал забираться на синхронную с Землей орбиту. Связь с дроном лучше обеспечивать оттуда…
* * *Гроза застала путника на выходе из леса. Раскаты грома он не услыхал, поскольку был глухим с рождения. И только ливень, хлынувший сплошной стеной, сказал ему о непогоде. Испуганно замычав, он ринулся вперед, и спрятался под кроной дуба, стоявшего неподалеку от опушки. Он не знал: в грозу опасно прятаться под одиноким деревом, за что и поплатился. Сверкнула молния, ударив в дуб, и, путник, замычав от нестерпимой боли, рухнул навзничь на влажную траву. Дыхание его остановилось, а вместе с ним — и сердце.